Санкция на жизнь - Палий Сергей Викторович - Страница 28

Над горящим силуэтом сосен появилась гигантская туша межпланетника, закрывшая собой полнеба.

Шаттл вертикально приземлился прямо на шоссе, превратив асфальт под собой в пузырящуюся лужу, а военные машины в бесформенные оранжевые огарки. Если бы Стас с Верой не лежали за естественным бруствером дорожной насыпи, вихрь плазмы мгновенно превратил бы их в угольки.

Нужный вжался в горячую грязь лицом. Одной рукой он прикрывал голову Веры, другой – свою собственную. Пекло так нещадно, что казалось – волосы вот-вот вспыхнут.

Наконец корабль опустился и вырубил тормозные двигатели. Сразу создалось ощущение, что вокруг отключили звук. Махом. Напрочь.

Нужный еще некоторое время продолжал валяться ничком, заставляя себя поверить в то, что остался жив, не сгорел в этой преисподней. В ноздри и рот набилась противная слякоть, уши заложило.

Вера часто, но неглубоко дышала, прижавшись к его боку.

– Безумие, – сказал Нужный через минуту и не услышал своего голоса. Тогда он проорал что было мочи: – Слышишь, Вера! Это просто безумие какое-то! Кто-то окончательно рехнулся! Сажать межпланетник посередь леса…

Вера подняла измазанное грязью лицо, и Стас увидел, как она двигает губами. Слов он не разобрал.

В это время над головой снова пронеслось звено истребителей. Но гул их движков по сравнению с посадочным громом корабля показался Нужному комариным писком.

И тут его рванули за шкирку вверх.

Пронзительная боль в затылке, стрельнувшая вниз по позвоночнику…

Перепуганные глаза Веры, так и не успевшей подняться на ноги…

Жесткий наплечник чьего-то скафандра…

…быстротечно меркнущий мир…

Стас очнулся и сел на койке, отодвинув в сторону скомканную простыню. Он медленно обвел взглядом до омерзения знакомую каюту и удивленно моргнул несколько раз подряд…

Сон.

Это был всего лишь фантастический сон, вызванный усталостью мозга и остального организма после стартовых перегрузок. Электромагнитный импульс, вышедшие из строя двигатели, странная точка за плоскостью эклиптики… Неправильная Земля, неухоженные московские улицы, погибший двойник, безумный секс с Верой, бойня на шоссе – все это ему приснилось.

Ничего не было.

И сейчас «Ренегат» спокойно летит к Марсу, четко придерживаясь рейсового расписания…

– Как детально… – проговорил Нужный. – Не приведи вакуум такой доскональный кошмар еще раз увидеть.

Он поднял руку, чтобы размять онемевшую после сна шею, и замер. Ладонь была грязная.

Стас опустил взгляд и машинально подрыгал ногой: джинсы и футболка тоже были заляпаны засохшими серо-коричневыми пятнами.

– Не может быть… Это же сон… – с детской обидой в голосе прошептал он.

Быстро ощупал пальцами легкую ссадину на лбу, полученную во время кувыркания в микроавтобусе, а затем – темечко. Зашипел от боли – под волосами обнаружилась здоровенная шишка. Значит, его все-таки оглушили!

Получалась какая-то ерунда… Если произошедшее – не сон и не плоды фантазии, если и вправду существует другая Земля… то как он мог очутиться на «Ренегате»? Это же, без всяких сомнений, его каюта, его койка, его любимая простыня с крошечной дырочкой возле уголка! Правильно! Вот она! Как такое могло случиться? К тому же шаттл был неисправен! А теперь на борту – нормальная сила тяжести… Стало быть, компенсаторы в порядке… Но как он попал сюда? Ведь искалеченный челнок оставался на орбите… Нет, что-то тут не так. А может, «Ренегат» спустили на поверхность? Бессмыслица…

Дверь с шипением отъехала в сторону, заставив Нужного вздрогнуть от неожиданности.

– Етить твою! – выругался он, вылупившись на вошедшего. Тупо проговорил, обращаясь скорее к себе, чем к высокому человеку в полумягком скафандре: – Я… я что, не один на корабле?

– Здравствуйте, – произнес мужчина, перехватив отстегнутый шлем поудобней. – Голова не очень сильно болит?

– Жить буду… А где Вера? – неожиданно вспомнил Стас, не двигаясь с места.

– Я не знаю, кто такая Вера. Умойтесь, переоденьтесь в комбез и следуйте за мной.

– Где я нахожусь? – осведомился Стас, нащупывая под койкой чистый комбинезон в целлофановой упаковке.

– Вы находитесь на борту грузового шаттла «Ренегат», пристыкованного к боевому кораблю.

– К… чьему боевому кораблю? – чувствуя, что снова теряет нить происходящего, уточнил Нужный.

– Станислав Нужный, вы не имеете права на дополнительную информацию. Считаю своим долгом предупредить: с этой минуты вы лишены всех социальных санкций до окончательного подтверждения личности и выяснения обстоятельств, которые побудили вас уклониться от исполнения прямого приказа, полученного со станции «Багрянец».

– Приплыли… – выдохнул Стас, споласкивая руки и отмывая грязь с лица. – То есть я опять в родных пенатах? Так выходит?

– Следуйте за мной.

– Скажите… просто из любопытства… – уже стоя на комингсе, спросил Стас. – Неужели это вам взбрело в голову сажать межпланетник на шоссе? А если бы меня расплавило? Господи, там же люди были…

– Следуйте за мной, – в третий раз повторил мужчина. – Вы не имеете права на допинформацию до получения соответствующих санкций.

Нужный нахмурился и вновь аккуратно прикоснулся к шишке на затылке. Похоже, он действительно вляпался по самое не хочу. И на этот раз угодил не к какому-то там полумифическому СКВП альтернативной Земли, а в лапы незабвенных санкциров– безопасников. Самых что ни на есть настоящих.

Круг замкнулся.

Человек направился к переходному шлюзу. Он шел спокойно, не оборачивался: похоже, был уверен, что Стас последует за ним. Взять вот сейчас и долбануть наглеца по балде чем-нибудь, чтоб неповадно было…

Нужный отогнал преступные помыслы. Его теперь всерьез заботила собственная судьба, ведь лишение социальных санкций – это очень серьезно. Можно и в комплекс для душевнобольных загреметь, а оттуда немногие возвращаются. Или, не приведи вакуум, попасть в категорию лиц с повышенным риском гражданской опасности. Это вообще – крышка.

А еще Стасу не давала покоя мысль о Вере – случайной женщине, хотевшей помочь ему в память о погибшем пилоте, в шкуру которого он так бесцеремонно влез. Образ этой русоволосой красавицы нестираемым оттиском отпечатался в мозгу. Стас до сих пор ощущал прикосновения ее страстных рук, видел этот диковатый взгляд, чувствовал прерывистое дыхание…

– Заходите, – велел мужчина.

Нужный встряхнул головой. Они уже находились в шлюзовом отсеке. Внутренняя переборка была открыта.

– Без скафандра? – спросил он. – Вы ополоумели?

– С другой стороны – стыковочный рукав.

– Согласно техинструкции…

– Заходите в шлюз.

Мужчина сказал последнюю фразу так же негромко и хладнокровно. Но в глубине его голоса Стасу послышались нотки раздражения и злости. Он решил не испытывать судьбу. Если перед ним и впрямь санкционер-безопасник, то оспаривать приказы было бы не самым лучшим способом наладить взаимопонимание.

Нужный шагнул в шлюз, чувствуя, как по телу пробежал озноб. Все-таки, даже если снаружи пристегнут рукав, никто не мог дать гарантии, что при переходе в стыковочных узлах не образуется микротрещина и Стаса не разорвет на клочки от декомпрессии…

Стало быть, не так уж он важен для безопасников.

Это умозаключение заставило Стаса по-новому взглянуть на складывающуюся обстановку. Возможно, он далеко не единственный человек, побывавший в альтернативной Солнечной. Одним больше, одним меньше…

Черт.

Тем временем мужчина задраил внутреннюю переборку и подошел к красной рукоятке, разгерметизирующей внешнюю. Система функционировала в ручном режиме, а значит, люк можно было открыть в любой момент.

– Знаешь, мазут штатский… – Мужчина вдруг повернулся к Стасу и посмотрел на него в упор. В мигающем багровом свете его лицо казалось искаженным зловещей гримасой. – Здесь нас никто не прослушивает, поэтому я тебе могу сказать все, что хотел. Скорее всего больше ты этого не услышишь ни от кого… Но запомни мои слова. Ты виновен в том, что со дня на день начнется самая масштабная и кровопролитная война в истории цивилизации.