Возлюбленная леопарда - Гилганнон Мэри - Страница 78

– Вы забываете, Вилли, – ответила Маргарита, благосклонно глядя на него с соблазнительной улыбкой. – Я еще не встречала мужчину, которого не могла бы подчинить своей воле. Не считая вас, конечно, потому что вы надежно защищены от женского очарования, – добавила она колко.

– Ах вот, оказывается, в чем дело, да? – Вилли пробормотал сквозь стиснутые зубы. – Вы не хотите выходить за меня замуж, потому что не можете манипулировать мной. Вы не воспринимаете своего мужа как равного себе, вы жаждете иметь мужчину, над которым могли бы осуществлять свою власть!

– Вы всегда были очень умны, Вилли. Я рада, что вы наконец увидели истинную причину моих поступков, – промурлыкала Маргарита.

Вилли вздохнул. Он знал, что Маргарита своенравна, но не подозревал, какой упрямой она была на самом деле. Будучи властной, как мужчина, она стремилась к тому, чтобы держать всех под своим каблуком. Что он мог сделать? Да ничего, лишь сказать Астре, что пытался помочь, но потерпел сокрушительное поражение.

Глава 37

Проснувшись, Астра поняла, что одна. Впервые она проспала так долго и даже не заметила, когда ушел Ричард. Странно, что он не пожелал ей доброго утра после такой проникновенной близости прошедшей ночью.

Она потянулась, расправляя занемевшее во сне тело, и почувствовала разлитое в ней томное удовольствие. Ее кожа как будто все еще ощущала ласкающие прикосновения Ричарда, а лоно пульсировало в ритме любви. Это была ночь чудес. Ричард любил ее на тысячу разных ладов: быстро и медленно, неистово и нежно. Он не оставил ни единого уголка ее тела забытым или неудовлетворенным.

Хотя доставленное Ричардом наслаждение казалось полным до избыточности, Астра все еще не насытилась. Даже в неистовстве страсти Ричард не позволял ей ласкать и нежить свое тело. Она изнывала от желания тихо обнять мужа, погладить его не с вожделением, а с материнской нежностью, так, чтобы ослабить душевное напряжение и сумятицу чувств, прогнать страх из испуганных глаз. Но когда она пыталась прийти ему на помощь, он прерывал ее тихие ласки очередным взрывом страсти. Всякий раз, когда она хотела его приголубить и усыпить, его плоть обретала упругость, пульсируя от желания. Ричард как будто боялся ее нежности и защищался от нее ненасытным вожделением.

Астра задумалась. Кажется, Ричард поверил ей. Она пробилась сквозь его ироничную маску, но не могла преодолеть смятение чувств, которое скрывалось под ней. Астру охватила тревога оттого, что Ричард не хотел быть понятым. Он полюбил ее, но не принял еще ту любовь, какую она хотела и могла ему дать.

В который раз она возвращалась мыслями к прошлому Ричарда. Почему он стал таким? Рассказ Вилли о матери Ричарда сделал ее любовь более глубокой и проницательной. Теперь за его самоуверенным, задиристым поведением и напускным высокомерием она видела измученного обиженного мальчика, который боялся любить и верить. Она понимала его лучше, чем прежде, но знала, что потребуются долгие годы, чтобы разбить стену обиды и недоверия, окружавшую его сердце. Когда-нибудь Астра сломает ее. Нужно просто любить, и однажды старые раны исцелятся.

Она поднялась с постели, умылась, оделась, убрала волосы и вышла из спальни поискать Маргариту. Сложное положение подруги тревожило ее, и она решила в последний раз попытаться отговорить Маргариту от брака с Гаем Фокомбергом.

В коридоре, ведущем в покои королевы, Астру поджидал Вилли де Лэйси. Он был мрачен, а в уголках нежно очерченного рта залегли упрямые складки.

– Маргарита не желает продолжать разговор, но я придумал, как заставить ее выйти за меня замуж. Что скажете, Астра? Поможете мне?

– Она не стала вас слушать? Вилли отрицательно покачал головой.

– Маргарита на редкость упрямое создание, просто Ричард в юбке. Она уверена, что справится с любым мужчиной, даже с таким дьяволом, как Фокомберг.

– И что же вы намерены делать? Вилли мрачно улыбнулся:

– Пойду к Фитц Хагу и скажу, что Маргарита беременна и я – отец ребенка.

– Отец ребенка… но зачем?

– Только так можно переломить Маргариту. Если Фитц Хаг поверит, что ребенок мой, он вынудит Маргариту выйти за меня замуж даже против ее воли.

Астра казалось ошеломленной.

– А если она будет все отрицать? Если она скажет отцу о вашей неспособности зачинать детей, потому что вы… из-за вашей особенности?

– Я с радостью пойду на такой риск. Маргарита обещала хранить мою тайну, и я верю, что так и будет, как бы она ни разгневалась.

– Она выйдет из себя от бешенства, уверяю вас. – Астра нервно покусала губы. – Маргарита ненавидит любые формы насилия. Ее можно только уговорить или убедить сделать что-либо добровольно, но если вы попытаетесь ее принудить… – Астра вздохнула. – Она рассердится и станет такой же несносной и сумасшедшей, как Ричард.

– Да, мне это известно, и именно поэтому я придумал такой план действий. Хотя мне не по душе то, как вы заставили Ричарда на себе жениться, Астра, но все обернулось к лучшему. Вы созданы друг для друга.

– Так же, как вы с Маргаритой? Вилли пожал плечами:

– Конечно, это не совсем одно и то же, но я склонен думать, что мы очень друг другу подходим, по крайней мере как напарники. Я готов прощать Маргарите шалости, как никто другой. Меня не расстроит, если она заведет хоть дюжину любовников.

– А вы, Вилли, что выиграете от этого брака?

– Во-первых, моя семья успокоится, а во-вторых, утихнут слухи о моих противоестественных наклонностях.

– Да, кажется, здесь немалые преимущества для каждого. И какова же моя роль?

– Вы должны подтвердить мои слова лорду Фитц Хагу. Есть все основания предполагать, что Маргарита будет отрицать мое отцовство. Если так, то вы – единственный человек, способный убедить барона.

Астра поежилась от такой перспективы. Ей придется подтвердить заведомую ложь, принудить к браку свою самую близкую подругу вопреки ее желанию, как когда-то она поступила с Ричардом. Ричард простил ее, но простит ли Маргарита?

– Я сомневаюсь, Вилли. Ложь неизбежно влечет за собой еще более тяжкие грехи. Кто мы такие, чтобы принимать решение за Маргариту и принуждать ее к браку?

– Все обернется к лучшему. Я уверен!

– Возможно. Но я не могу обещать, что буду бессовестно лгать лорду Фитц Хагу, если он спросит меня. Вилли в гневе стиснул зубы.

– Я все равно сделаю это. Если Фитц Хаг мне не поверит, я придумаю что-нибудь еще.

– Желаю вам успеха. – Астра пожала ему руку. – Я буду молиться, чтобы все обернулось к лучшему.

Вилли большими, решительными шагами направился на поиски лорда Фитц Хага, а Астра осталась в коридоре с щемящей тоской в груди. Она тревожилась не только из-за Вилли. Какой-то безымянный необъяснимый страх сжимал ее сердце. Она хотела увидеть Ричарда и убедиться, что с ним все в порядке. Так и не открыв двери в королевскую горницу, она повернулась и заторопилась вниз по коридору.

В беспокойстве Астра дошла до рыцарских казарм. Раньше она никогда не искала Ричарда здесь и неуверенно вступила в мужской мир, где он провел так много времени. Для бодрости она сказала себе, что имеет полное право искать мужа и решительно переступила порог низкого деревянного строения. Тяжелый запах пота, кожи и лошадей ударил ей в ноздри. Этот запах, исходивший от Ричарда, не казался неприятным, но, умноженный телами дюжины спавших вповалку бойцов, он превращался в труднопереносимую вонь.

Помещение скудно освещалось дымящими фитилями ламп, пол лоснился от грязи. Хотя время давно перевалило за полдень, из темного угла доносился храп мужчин, перебравших вина минувшей ночью. Астра остановилась в нерешительности, сомневаясь, что отыщет здесь Ричарда. На его месте она бы не стала проводить время в этом отвратительном бараке без особой надобности. Она собралась уходить, когда какой-то воин, чистивший в углу оружие, поднялся и подошел к ней.

– Госпожа, что я могу для вас сделать?

Сердце Астры замерло при его приближении. Она запомнила этого человека с того вечера, когда в окружении грубых вояк Ричард насмехался над ней. Одна надежда, что он ее не помнит.