Приют - Варго Александр - Страница 34

– Он будет жить? – как-то вяло спросил Ярик, решив про себя, что это, в общем-то, его уже не интересует. Для него Митрич умер еще вчера.

Рута неопределенно пожала плечами, что могло трактоваться как угодно.

– Почему в таком случае мы не слышали криков? – спросил Ярик, обращаясь скорее к себе.

– Потому что она не могла кричать. Он перерезал ей глотку, и ей оставалось только хрипеть.

Вздохнув, Ярик направился к телу Ласки. Стараясь не смотреть на рану, он снял с нее наручники. Затем вытащил труп из машины и положил его в нескольких метрах от Митрича. Со стороны могло показаться, что произошла страшная авария, в которой трагически погибли двое влюбленных. Странно, но сейчас он чувствовал к ней только жалость.

Ярик отряхнул ладони и задумался. Что делать с трупом? Закопать? Но у них нет лопаты, да и с его рукой это сделать невозможно. Везти труп с собой? Но они и так в дерьме по самые уши, не хватало еще возить с собой в багажнике мертвое тело.

Пока он раздумывал, Рута приводила в порядок Митрича. Она вытерла его лицо, еще раз прослушала пульс, затем открыла багажник и достала оттуда аптечку. Долгое время она изучала ее содержимое, после чего достала какие-то ампулы и наполнила жидкостью шприц. Ей пришлось потратить достаточно много времени, чтобы найти у Митрича нормальную вену – исколотые, уродливо-желтые вздутия на руках для этого не подходили. Наконец она сделала укол в шею и принялась осматривать его рану. Повязка снова была красная, значит, ночью рана опять открылась. Рута разбинтовала поврежденное место и нахмурилась. Края раны покраснели и опухли, словно обожженные. Плохой признак.

Тем временем Ярик достал из багажника старый грязный мешок. Взвалив на плечи мертвое тело Ласки, он поплелся к берегу. «Прости меня, Ласка, – думал он. – Хотя ты и не плакала бы над моей смертью, прости».

Вернулся он примерно через полчаса, мокрый и измученный. Рута наложила Митричу новую повязку и поднялась на ноги. Взглянула на Ярика.

– Пришлось утопить ее в реке, – устало сказал Ярик. Он вытер лоб, оставив на нем грязную полосу. – Надо ехать. Что с ним?

– Должен прийти в себя. Но если сегодня он не попадет к врачу, то скоро последует за Лаской, – проговорила она. – Похоже, у него началось заражение.

– Рута, о каких врачах ты говоришь? – кисло поинтересовался Ярик.

Внезапно Митрич открыл глаза.

– Бии… Б… – еле ворочая языком, выдавил он из себя и улыбнулся улыбкой круглого идиота. Потом поморщился.

Ярик присел над ним.

– Очнулся, значит, – удовлетворенно отметил он, но в голосе его чувствовалась неприкрытая ярость. Митрич продолжал тупо улыбаться. Изо рта потекла струйка слюны.

– Би-би, – утвердительно выдал он, и Ярик с Рутой переглянулись.

– Похоже, он окончательно спятил, – сказала девушка.

Ярик исподлобья взглянул на нее.

– Весьма резонное предположение. Скажи еще, что ему кажется, будто он управляет автомобилем…

– Б-и-и!.. Би-би! – Осунувшееся лицо Митрича вновь расплылось в улыбке. Ярик отвесил брату оплеуху.

– Ты слышишь меня, Митрич? – Он принялся хлестать брата по лицу, но тот реагировал на брата не более чем на муху.

– Ярик, перестань. Сейчас это не поможет, – подала голос Рута.

– Би, – словно соглашаясь с ней, сказал Митрич.

– Ладно. – Ярик поднялся на ноги и, схватив за шиворот Митрича, потащил его к машине. Тот заверещал, брызгая слюной, колотя руками и ногами. Не обращая внимания на его сопротивление, Ярик затащил брата на заднее сиденье, как какой-то тюк. После этого достал из кармана наручники и сковал ими руки брата.

– Вот так, – вполголоса сказал он. Он склонился над Митричем так, что их лица почти соприкасались, и сказал: – Не знаю, слышишь ли ты меня сейчас, Митрич, но я вот что хочу тебе сообщить. Сейчас мы тебя не бросим, так уж и быть. Но когда мы выберемся из леса, ты пойдешь своей дорогой. Понял меня?! А если ты хоть пальцем шевельнешь, я выброшу тебя из машины. Садись, поехали! – крикнул он Руте.

Девушка истерично рассмеялась:

– Ты думаешь, я смогу сесть на это? – Она показала на залитое кровью сиденье. – Только не говори мне, что я могу расположиться на заднем сиденье в компании Митрича.

Ярик почувствовал, как его охватывает раздражение.

– Ты что, предпочитаешь ехать в багажнике?

– Нет, но я могу вести машину, – невозмутимо ответила она, подходя к автомобилю. – Не бойся, я знаю, как нажимать на педали, – усмехнулась девушка. – А ты садись куда хочешь. Давай-давай, – поторопила она Ярика. Он молча передвинулся на пассажирское сиденье.

– Ты не перестаешь меня удивлять, – наконец вымолвил парень. – Что ты еще умеешь, Рута?

– Узнаешь, – хмыкнула она, поворачивая ключ в замке зажигания. Двигатель зафыркал, но заводиться отказывался. Лишь с третьей попытки мотор заработал. Прогрев машину, Рута уверенно вырулила на знакомую колею. «Пятерка» поехала дальше, в самую глубь леса.

26

Огромный иссиня-черный джип «Хаммер» на бешеной скорости несся по шоссе № 62. По всему было видно, что внедорожник недавно вымыли, и блики утреннего солнца весело играли на безупречно-глянцевой поверхности автомобиля. Агрессивно выставленные вперед дуги безопасности, напоминавшие рога разъяренного буйвола, сверкали хромом, как жидкая ртуть. В джипе сидели трое: двое на переднем сиденье и один сзади.

– Ваха, сбавь скорость, – сказал сидящий рядом с водителем человек. Это был Шмель.

– Боишься? – ухмыльнулся краем рта Ваха. Он крутанул руль, объезжая большую выбоину в асфальте, и уверенным движением вернул джип на прежнюю полосу движения.

– Нет, Ваха, просто в следующий раз, если к нам прицепятся менты, будешь расплачиваться из своего кармана.

Ваха, здоровенный тридцатилетний азербайджанец с фигурой штангиста, нахмурился, словно перед ним возник замысловатый ребус, от решения которого зависела его жизнь. Не найдя что возразить, он промолчал и снизил скорость.

Шмель закурил. Он задумчиво разглядывал пейзаж, однообразной серой лентой проносящийся за окном. Со стороны могло показаться, что мужчина наслаждается покоем и своей сигарой, но на самом деле он был погружен в размышления. Вот уже почти три часа они колесят по окрестностям, но никаких следов красного «БМВ», на котором сутки назад должны были приехать Серж с Денисом, не наблюдалось. «БМВ» как сквозь землю провалился, и самое паршивое, провалился вместе с бабками Главного.

Он решил пока не выходить на контакт с Главным, благо время еще есть. Кроме того, Главный имеет весьма плохую привычку: он не приемлет плохих новостей ни под каким соусом.

По дороге их остановили патрульные. Они долго выясняли, за каким чертом Шмель со своей компанией приперся в их городок, но в конце концов отпустили. Лишь немного позже по радио передали сообщение о каких-то убийствах, которые произошли в окрестностях днем раньше.

Он взял с собой Ваху и Тиму, наиболее проверенных людей Главного. Все трое были хорошими стрелками, владели приемами рукопашного боя, и им не в новинку было устраивать охоту на людей, невзирая даже на то, что это твои бывшие напарники.

Куда могли заехать эти кретины? Он развернул карту и принялся в сотый раз ее изучать.

Тима откупорил банку кваса и, не давая выплеснуться пене, жадно приник губами к отверстию.

– Шмель, ты что-то совсем закис. Или твой регулятор хорошего настроения временно вышел из строя? – Он вытер губы и хищно улыбнулся, обнажая крепкие зубы.

– Пей свой квас, Тима, – сухо ответил Шмель, продолжая внимательно изучать карту. Он потер переносицу. Так, если они доедут до этой развилки и свернут сюда…

– Спасибо за совет, к тому же я все равно его пью, – сказал Тима. – Супер, не то что кока-кола…

– Да? – оторвал взгляд от карты Шмель. – Ты поражаешь меня мудростью своих изречений.

– Лучше отвлекись и отгадай загадку. – Тима снова сделал большой глоток, больше чем наполовину опустошив банку.