Другая история войн. От палок до бомбард - Калюжный Дмитрий Витальевич - Страница 102

С рыцарства началась эволюция военных структур. А в традиционной истории рыцарство являет собою лишь средневековое преломление античных воинских забав!

От рыцарской конницы к кавалерии

В своей книге «История рыцарства» Ж. Ж. Руа относит начало рыцарства к X–XI векам, в крайнем случае — к VIII веку. Это, в общем, довольно давно сформировавшееся мнение историков-медиевистов. Однако исторические писатели не стесняются применять слово «рыцарь» к древности. Герои Гомера — рыцари, персы — рыцари… В книге Ф. Шахермайра «Александр Македонский» разноплеменные «рыцари» рассыпаны по всем страницам, будто горстями. И не только в этой книге, а и во многих других.

Не удивительно, что Ф. Кардини предложил рассматривать военное дело народов-всадников, начиная с IX–VIII веков до н. э. Во всяком случае, он пишет:

Мы выделили в этой цитате слово «теперь»: из него следует, что древние парфяне и сарматы уже задолго до появления тяжелой кавалерии имели воинские структуры, в том числе конные. Стало быть, и армейские структуры, и воинское искусство, и производство оружия и доспехов, — все прошло в Азии и в апеннинском Риме свой эволюционный путь. Парфяне, сарматы, персы, греки, римляне воевали со своими соседями, и у тех, естественно, тоже сложилась армия, развились стратегия и тактика, появилось оружие и доспехи.

Рыцарь. Гравюра XVI века.

До этого «теперь», когда древние азиатские воины образовали тяжелую кавалерию, они удивляли тяжело вооруженных греческих и римских воинов умением быстро носиться на конях и очень быстро стрелять из лука. С. И. Лучицкая так и пишет:

Итак, всем историкам известно, что в древности тяжеловооруженным воинам из, условно говоря, Европы и Малой Азии противостояли легковооруженные воины из Азии, которые «теперь» — в той же древности — обрели тяжелую кавалерию и, надо полагать, продолжали свою военную эволюцию. И развитие это шло тысячу лет.

В V веке, когда германские варвары положили конец римскому господству над миром, скинув с трона последнего римского императора, в освободившемся от римской тирании мире — по всей Евразии, по данным самой традиционной истории, — здравствовали миллионы мужчин, обученных воинскому искусству. Оставим пока ситуацию в Азии, и посмотрим на историю Европы. Предположим, что после завоевания Рима по какой-то причине (из-за эпидемии, например, или из-за глупости германцев) на территории Европы ВСЕ умелые воины умерли. Не осталось ни одного. Забытым оказалось и римское, и греческое военное мастерство. Лишь через несколько столетий, в VIII, а то и в X–XI веке германцы начали создавать военные структуры. Между новоявленными европейскими рыцарями немедленно начались войны, которые были еще не войны, а куртуазные «драки».

Как воевала рыцарская конница того времени? Чтобы сохранить строй к моменту схватки, рыцари подходили к противнику шагом, конница была «покойна и невозмутима, подъезжала не торопясь, как если бы кто-нибудь ехал верхом, посадивши впереди себя на седло невесту», — сообщает один средневековый автор. И, только подъехав совсем близко к врагу, рыцари бросали коней в более быстрый аллюр. Медленное сближение имело еще и тот смысл, что экономились силы лошади для решающего броска и схватки.

«…Рыцари очень любили сражаться, но совсем не хотели умирать — ни за сеньора, ни за святую церковь. Они должны были и хотели только побеждать», — пишет М. Горелик в книге «О Бальмунге, Дюрендале и их хозяевах». С такими намерениями — побеждать — они в конце XI, начале XII века вторглись на азиатские просторы, начав свою крестоносную эпопею. И что же? Они были изумлены невиданной тактикой противника!

С. И. Лучицкая в своей интереснейшей книге[53] пишет:

Именно эти черты портрета воина-мусульманина — лук и стрелы как неотъемлемая часть вооружения, искусная езда верхом — чаще всего бросаются в глаза хронистам. Они кажутся им в высшей степени необычными. Это то различие, на котором они сосредоточивают свое внимание… Хронисты подчеркивают разительное отличие мусульманской манеры сражаться от христианской. Так, Гвиберт Ножанский говорит:

Похоже, если в Европе военная «рыцарская» эволюция едва началась, то в Азии она не только остановилась, но и пошла вспять; здесь уже позабыли о тяжелой коннице и опять, как когда-то римлян и греков, поражают европейцев своей манерой воевать. Лишь затем, в ходе боевого контакта, стали учиться и те воины, и эти. В Азии снова появилась тяжелая конница, например, у Тимура. И рыцари Европы начали осваивать тактические приемы, — например, построение «клином». Ведь когда отряд рыцарей медленно, шаг за шагом, приближается к врагу, он становится великолепной мишенью для лучников противника. А если наступать «клином», то впереди можно поставить самых бронированных воинов, спрятав остальных за ними.

«Клин», «кабанья голова», или «свинья», как называли его русские дружинники (любившие, кстати, это построение ничуть не меньше своих западных коллег), пожалуй, самое удобное построение для тяжелой конницы. «Кабанья голова» имела вид колонны, слегка зауженной спереди. Водить конницу в таких колоннах очень выгодно, так как в этом случае лучше всего сохраняется сила ее массированного, таранного удара. Но ведь до такого построения надо было додуматься!

Если бы историки расставили войны разных «эпох» в правильном хронологическом порядке, они увидели бы много интересного. Поскольку им невмоготу отказаться от традиционной схемы Скалигера, мы сделаем это за них, воспользовавшись книгой Дж. Денисона «История конницы», а особенно примечаниями к ней, написанными Г. Бриксом.

Мы дадим здесь цитаты из этой и других книг не в традиционной последовательности, а по «линиям веков» нашей синусоиды. Правда, в большинстве случаев здесь не устанавливаются даты; наше дело — определить направление процесса эволюции. Начнем с линий № 1–3, не забыв напомнить, что греки (византийцы) — в науке, технике и военном деле все же опережали Западную Европу.

Помните, мы говорили о тяжелой коннице парфян? Римские писатели видели в парфянах единственных соперников Рима в главенстве над всем миром. Любой историк знает это, но вот вдруг читаем:

Впечатление такое, что автор, приступая к истории Средних веков, начисто забывает все, что известно об античности.