Я стану твоей - О'Бэньон Констанс - Страница 66

Май 1781 года

В тот самый день, когда пришли известия о том, что войска генерала Корнуоллиса выдвинулись в Вирджинию, Ройэл родила сына.

Утро началось как обычно. Ройэл помогала Альбе складывать в погреб сушеные фрукты. Вдруг начались первые схватки. Она уперлась рукой в стену погреба, пытаясь отдышаться.

– Так и знала, что вам не нужно было сюда спускаться! – запричитала Альба.

– Ничего, – проговорила Ройэл. – Помогите мне дойти до дома и позовите повивальную бабку.

Когда Ройэл шла к дому, опираясь на руку служанки, Альба сказала:

– Нужно позвать доктора!

– Нет, – возразила Ройэл, останавливаясь, – доктор Хэбершем поддерживает англичан, и я не хочу, чтобы он принимал ребенка Деймона!

Ройэл перевела дыхание и двинулась дальше.

– Я не желаю, чтобы этот человек появлялся в Сванхаузе! – сказала она.

– С тех пор как вы вернулись на родину, вы сильно переменились, – заметила Альба. – Было время, когда мне казалось, что вы на стороне англичан.

Они медленно поднялись на крыльцо.

– Удивительное дело, Альба, – призналась Ройэл, – чем больше мы терпим поражений и чем больше укрепляется неприятель, тем меньше во мне остается лояльности к Англии…

Когда они вошли в дом и на пути им попался Джон Бартоломью, Альба сказала ему:

– Началось!.. Я провожу мисс Ройэл наверх, а вы сами знаете, что надо делать.

Впервые Ройэл видела на лице Джона смятение.

– С вами все в порядке, мадам? – спросил он, подбегая к ней. – Может быть, мне отнести вас наверх?

– Не надо, Джон. Я в полном порядке, – заверила она его.

Роды длились почти сутки. Около Ройэл неотлучно находились Альба и повивальная бабка по имени Джози Эвенс.

Внизу томились ожиданием Джон, Тобиас и Эзекиль. В библиотеке, где они ждали новостей, было так тихо, что было слышно, как тикали часы.

Перед рассветом сверху донесся слабый крик. Джон вскочил и вышел из библиотеки, прислушиваясь к тому, что происходит наверху.

– Может, это младенец? – пробормотал он. Крик повторился. На этот раз громче.

Все трое мужчин ждали у лестницы. Минуты казались им часами. Наконец появилась Альба. В руках у нее был маленький сверток, который она продемонстрировала собравшимся. Сойдя вниз, она откинула край одеяльца и показала маленькую головку с черными волосиками.

– У мистера Рутланда родился сын, – гордо сообщила она.

– А как Ройэл? – спросил Эзекиль.

– С ней все в порядке, – ответила служанка. – Ей, конечно, пришлось помучиться, но теперь она спит.

Эзекиль, Джон и Тобиас неуклюже столпились у кровати Ройэл и любовались молодым хозяином Сванхауза.

Ройэл приподняла младенца, чтобы им было лучше видно.

– Ну разве он не чудо? – гордо спросила она.

– Он похож на отца, – заметил Тобиас.

– Вовсе нет, – возразил ему Эзекиль. – Скорее уж на Ройэл!

– Глупости! – вмешался Джон. – Все младенцы на одно лицо. Сходство проявляется, когда они подрастают. – Он скупо улыбнулся. – Но он миленький!

Ройэл окинула мужчин радостным взглядом. Как все они были ей близки! У Джона – всегда такого сухого и педантичного – было щедрое сердце, и он всегда заботился о ней. Тобиас – сильный и коренастый, словно старый дуб, – в любой момент был готов подставить свое крепкое плечо. Милый и любящий Эзекиль был настоящим другом, на него можно было положиться… Ройэл улыбнулась. Даже несговорчивая Альба, если доходило до дела, ради блага девушки была готова на все…

Ройэл посмотрела на сына и подумала, что Сванхауз будет ему настоящим домом.

Эзекиль подвинулся поближе. Его глаза восторженно сияли.

– И все-таки я утверждаю, что младенец похож на вас, Ройэл! – заявил он и тут же спохватился: – А как вы его назвали?

– Я решила не давать ему имени, пока не вернется домой его отец.

Эзекиль одобрительно кивнул головой.

– Это правильно!

– Хотите подержать его, Эзекиль? – спросила Ройэл.

– А можно? – воскликнул он, просияв.

Она кивнула и передала ему ребенка. Он прижал младенца к груди, словно величайшее сокровище в мире.

– Когда он подрастет, Ройэл, я научу его охотиться и удить рыбу, как когда-то учил его отца…

– Ловлю вас на слове, – улыбнулась она. Младенец разразился пронзительным криком, и перепуганный Эзекиль поспешно сунул его смеющейся Ройэл.

В дверях показалась Альба. Она сурово шикнула на мужчин и выгнала их из комнаты, чтобы Ройэл могла отдохнуть.

Молодая мать склонилась над своим ребенком, осторожно трогая его крошечный носик, щеки, пересчитывая пальчики.

– Он само совершенство, Альба! – сказала она, целуя нежные детские губки.

– Ну еще бы! – отозвалась служанка. – Вам нужно поспать и набраться сил, – добавила она.

Альба забрала младенца и отнесла его в колыбель, а Ройэл опустила голову на сложенные ладони, закрыла глаза и быстро заснула.

Вернувшись в комнату, Альба взглянула на спящую Ройэл и улыбнулась. Во сне она была особенно хороша. Служанка накрыла ее одеялом и на цыпочках вышла из спальни.

Август 1781 года

Во всей Джорджии стояла удушающая жара. В воздухе не было ни ветерка, а в небе – даже маленького облачка, которое могло бы оросить землю живительной влагой.

Хозяин Сванхауза по-прежнему был в отсутствии, и никто ничего о нем не знал.

О войне в Сванхауз приходили лишь самые скупые новости, и все говорило не в пользу американцев. Юг до сих пор находился в руках неприятеля, и, казалось, конца войне не будет.

Генерал Корнуоллис захватил Вирджинию. Было ясно, что если ему удастся удержать юг, то война закончится для американцев самым печальным образом.

Ройэл проехалась верхом по пастбищам и заметила, что овцы и крупный рогатый скот истосковались по свежей зеленой травке. Она сняла шляпку и привычным движением отерла перчатками пот со лба. Солнце стояло в зените, и, решив, что для прогулки верхом слишком жарко, Ройэл направила Прелесть к дому, мечтая лишь о прохладной воде.

Подъехав к конюшне, она увидела, что ее дожидается Тобиас.

– Приехал герцог. Он хочет вас видеть, – сообщил слуга, помогая ей слезть с лошади.

– Престон! – воскликнула Ройэл.

Альба усадила его на веранде и угостила стаканом лимонада. Там, сказала она, попрохладнее…

Ройэл счастливо улыбнулась.

– Как я рада снова его увидеть. Я хочу расспросить его о семье…

Обогнув дом, она увидела, что Престон ждет ее. Она протянула ему руку, и он сбежал по ступенькам, чтобы заключить ее в свои объятия.

– Я с ума сходил, не зная, где вас искать, – сказал он. – Никто не мог сказать, куда вы отправились… В конце концов я решил приехать в Сванхауз и обнаружил, что вы здесь. Вы поступили мудро, уехав из Саванны.

Ройэл улыбнулась и взяла его под руку.

– Вы прекрасно выглядите, Престон, – заметила она. – Воздух Америки вам на пользу.

Он приподнял бровь и добавил:

– Чего не скажешь о других англичанах!

– Я думала, что вы уже уехали в Англию.

– Я действительно уезжал, но премьер-министр настоял на моем возвращении. Дела здесь обстоят не лучшим образом. Я должен встретиться с Корнуоллисом в Вирджинии.

Они направились на тенистую веранду, и Ройэл облокотилась о перила.

– Я бы предпочла, чтобы ваш Корнуоллис уехал в Англию, – сказала она.

Престон поморщился.

– Честно говоря, я тоже против этого не возражаю. Генералы мне изрядно надоели… Взять хотя бы генерала Клинтона. Он отдает один приказ за другим, причем один глупее другого… – Он язвительно усмехнулся. – Наверное, он думает, что эту войну можно выиграть приказами!

– Да, – с гордостью сказала Ройэл, – здесь ему приходится нелегко.

– Вот-вот, – кивнул Престон. – К своему изумлению, Корнуоллис обнаружил, что южане чрезвычайно грубы. Они не испытывают желания вступать в его армию и не собираются ее кормить. Более того, они отказываются предоставлять ему информацию о противнике, а когда он посылает разведчиков, те бесследно исчезают…