Королевское предложение - Маршалл Паола - Страница 26

Этим летом ко всем прочим городским неудобствам добавились толпы сторонников королевы Каролины.[11] Они останавливали прохожих, вытаскивали из карет пассажиров и требовали, чтобы те кричали: «Да здравствует королева!» Угрожали даже министру внутренних дел лорду Сидмауту, когда тот возвращался домой после заседания кабинета. Герцогу Веллингтону пришлось посылать вооруженных гвардейцев. Перед поездкой в Лондон Джесс получил письмо от Бена Вулфа, поэтому первым делом он отправился в его контору в Сити.

– Ты был прав, – сказал Бен, крепко пожимая ему руку, – когда говорил, что по долгам банкира Боулби надо обращаться к Кларку и Смиту. Кларк отчаялся получить деньги с Боулби, но на радикальные меры не решался, потому что в случае банкротства банка не получил бы вообще ничего. В конце концов решил продать по дешевке все векселя и страховые документы Смиту, рыбешке помельче. Я связывался с этим Смитом от твоего имени, как ты просил. Так вот, он с радостью отдаст бумаги Боулби по цене, которую мы с ним согласовали.

Джесс кивнул:

– Спасибо. Ты избавил меня от хлопот.

– Не за что, – ответил тот и, усмехнувшись, добавил: – Только перемени платье, прежде чем поедешь к нему, а то оделся, как на аудиенцию к королю.

– Я сегодня к нему не поеду. Загляну сейчас к Коуттсу выписать чек. Потом намерен повидаться если не с королем, то кое с кем близким к нему.

– Ты меня заинтриговал. Желаю удачи, – сказал Бен и спохватился: – Сельская жизнь еще не наскучила? По моим расчетам, ты уже должен вернуться в город.

– Ничуть не наскучила. Так что и не жди, – воскликнул, смеясь, Джесс.

– А как насчет женитьбы? Есть кто-нибудь на примете?

Лицо Джесса мгновенно приняло серьезное выражение:

– Возможно. Это пока все, что я тебе скажу. Надежда есть, только я не хочу торопить события, и тебе не советую, старый ты хрыч. Всему свое время.

– Хорошо, – сказал Бен Вулф. – Еще раз пожелаю тебе удачи.

Да уж, удача не помешает, думал Джесс, держа путь в наемном экипаже к Министерству внутренних дел, куда его непременно должны были впустить, ради этого он и принял обличье богатого, влиятельного человека.

– Мне надо видеть мистера Бьюкэмпа по срочному делу, – небрежно сказал он швейцару, вытаскивая из карманчика монокль на золотой цепочке и приставляя его к глазу.

У него был такой самоуверенный вид, что швейцар отступил в сторону, пропуская его, и кликнул служителя. Когда тот пришел, Фицрою пришлось повторить просьбу и назвать свое имя.

Служитель повел его по длинному коридору, и вскоре они остановились перед дверью.

– Прошу подождать, сэр, – проговорил служитель и исчез за дверью, но почти сразу появился со словами: – Мистер Бьюкэмп будет рад принять вас немедленно.

Джесс вошел в огромное помещение, где за средних размеров столом сидел крохотный человечек.

Увидев Джесса, он поднялся, обогнул стол и с поклоном приветствовал его:

– Мистер Фицрой. Чем могу служить, сэр?

Джесс улыбнулся, поклонился в ответ и, гипнотизируя человечка своим моноклем, протянул:

– Прошу проводить меня к лорду Сидмауту. Насколько мне известно, он сегодня на месте.

– Увы, сэр, – с сочувственной улыбкой произнес мистер Бьюкэмп. – Лорд Сидмаут принимает только по предварительной записи. Прошу изложить ваше дело, и я с удовольствием помогу вам.

– Министр счел мои личные дела столь важными, что почтил меня непрерывной слежкой в государственных, так сказать, интересах. Потому дело я буду иметь с ним, а не с какой-то мелкой сошкой. Ведите меня к нему немедленно.

– Сэр! Вы можете изложить свои претензии в письменной форме, однако разбирать их будет поручено мне. Если вас это не устраивает, я должен попросить вас уйти. В случае отказа я вызову охрану и прикажу вывести вас силой.

Джесс решительно двинулся на Бьюкэмпа.

– Вы не хотите понимать, что я пришел сюда переговорить с лордом Сидмаутом. Я знаю, что вход к нему из вашего кабинета.

– Мне неприятно повторяться, мистер Фицрой… – с надменным видом заговорил Бьюкэмп, но умолк, увидев глаза Джесса прямо перед собой.

– И не надо, – Джесс потрогал галстук Бьюкэмпа… и внезапно вцепился в него, сдавив горло чиновника так, что тот взвизгнул от боли и испуга. – Пропустите меня к лорду Сидмауту, и я обещаю немедленно вас освободить. Иначе… – он схватился за галстук обеими руками.

– Вас за это повесят, – прохрипел Бьюкэмп, воспользовавшись тем, что Джесс немного ослабил хватку.

– Без сомнения, только вам не удастся полюбоваться этим зрелищем. Делайте, что говорю.

– Под угрозой насилия?.. Вы за это ответите.

– Не думаю. Ведите же!

Тихонько постанывая и потирая горло, Бьюкэмп постучался в дверь и, получив разрешение войти, ступил в кабинет. Джесс вошел следом.

Лорд Сидмаут, солидного вида мужчина средних лет, поднял глаза от стола и раздраженно спросил:

– В чем дело, Бьюкэмп? Я же просил меня не беспокоить.

– Это Джесмонд Фицрой, милорд. Он силой вынудил меня, хотя я предупреждал, что вы заняты.

Джесс быстро заговорил:

– Думаю, милорд, то, о чем я намерен вам рассказать, может нанести государству непоправимый вред, если станет известно всем. Удалите из кабинета этих лакеев и позвольте говорить с вами с глазу на глаз. Вы не пожалеете, обещаю вам. В противном случае я обращусь в радикальные газеты и представлю им информацию самого взврывоопасного характера. Лондонская толпа будет очень рада. – Джесс секунду помолчал, потом многозначительно добавил: – Уверен, вы понимаете, о чем я говорю.

Лорд Сидмаут подошел к Джессу и пристально посмотрел ему в глаза.

– Похоже, и вы понимаете, что говорите. Хорошо. – Он перевел взгляд на Бьюкэмпа. – Никому ни слова о том, что сегодня произошло. Мистер Фицрой ко мне не приходил. Он был у вас, Бьюкэмп, по незначительному делу и остался удовлетворен вашими разъяснениями. Вы меня поняли?

Бьюкэмп и клерк Сидмаута молча кивнули и удалились.

– Ну говорите, зачем явились, и если ваше объяснение бесцеремонного вторжения покажется мне неудовлетворительным, вы будете строго наказаны.

– А вы, выслушав, что я скажу, позаботитесь, чтобы все осталось в стенах этого кабинета. Затем отзовете всех шпиков, пущенных по моему следу, и ничего больше не станете предпринимать против меня и моих близких.

– Я не собираюсь покупать кота в мешке. Но если сказанное вами покажется мне важным, я соглашусь.

Джесс покачал головой.

– Вы прекрасно знаете, милорд, знаете или догадываетесь, о чем пойдет речь. – И он протянул Сидмауту документ, обнаруженный среди бумаг мисс Джесмонд. – Ознакомьтесь, – сухо сказал он и отошел к окну, выходящему на Уайтхолл. Над головами людей, толпившихся на улице, качались лозунги: «Помилуй, Господи, королеву Каролину».

В кабинете царила мертвая тишина. Джесс отвернулся от окна – Сидмаут стоял и пристально смотрел на него.

– Да, – тихо подтвердил Джесс. – Оно существует, это свидетельство о браке. Бракосочетание Фредерика, принца Уэльского, и мисс Анны Джесмонд состоялось, хотя и тайно. И случилось это до того, как были приняты акты о королевских браках, согласно которым член королевской семьи, вступая в брак, должен получить разрешение монарха. Таким образом, пока Анна Джесмонд была жива, брак Фредерика и принцессы Аугусты был незаконным. А посему король Георг III и все его потомки, прямые и побочные, являются незаконнорожденными… Именно по этому поводу вы устроили за мной слежку? Вы боялись, что мой кузен Георг, который вряд ли достоин быть королем, будет свергнут, если я окажусь человеком честолюбивым, и в результате возрастет угроза революции? Уж вам-то лучше всех известны нынешние настроения Англии.

Сидмаут кивнул.

– Думаю, вы знали о браке принца Фредерика и Анны Джесмонд, знали, что ей удалось сохранить брачное свидетельство. Это стало государственной тайной такой важности, что вы не сказали ни слова ни Бьюкэмпу, ни кому бы то ни было еще из своих слуг. Знали вы также, что меня и моего патрона, Бена Вулфа, считают людьми жесткими, лишенными сантиментов. И вы боялись, что в один прекрасный день я воспользуюсь тем, что мне известно?