Королевское предложение - Маршалл Паола - Страница 25

Джорджи, возмущенная назойливостью ухажера, приглушенно, но резко сказала:

– Мое представление о приличиях велит держаться подальше от доктора Шоу. Фиц, вашу руку. Я умираю от жажды.

Джесс многозначительно посмотрел на брата с сестрой и покачал головой: мол, сами видите, как обстоят дела.

– Разумно ли вы поступили?

– Нет, Фиц, неразумно. Но не понимаю, почему им хочется, чтобы я непременно встретилась с этим ужасным человеком. С Гартом я еще могу как-то справиться, он глуп, но доктор Шоу – человек умный и хитрый.

– Согласен с вами. Знаете, миссис Джорджи, я не стану считать вас трусихой, если вы решите срочно уехать домой. Надеюсь, вы позволите мне отвезти вас?

Джорджи согласилась. Она попрощалась с супругами Фирт, которые уговаривали ее проститься и с доктором, но напрасно. Джорджи села в двуколку Фица, и они поехали вдвоем по дороге, освещенной луной.

Вот так бы и ехала с ним бесконечно… Джорджи поглядывала искоса на его четкий профиль, твердый подбородок, решительно сжатые губы… Странно, что нетертонцы попали в ловушку, которую он им расставил, выдав себя за простого сельского джентльмена.

Всю дорогу оба молчали.

– Надеюсь, все было хорошо, – сказал Джесс, когда они подъехали к Памфрет-холлу.

– Да, большое спасибо, Фиц.

– Не за что, миссис Джорджи. Я счастлив, что спас вас. Прежде чем расстаться, хочу сказать вам, что на днях еду в Лондон. Есть кое-какие дела, которые Кайт не может за меня сделать. Вы будете скучать по мне, миссис Джорджи?

– О, Фиц, вы же знаете, что буду.

– Это хорошо, – он взял ее руку. – Я люблю вас, миссис Джорджи. Однажды вы мне поверите, и тогда… – Он умолк, глядя на нее с улыбкой.

– И что тогда, Фиц? – любопытство боролось со смущением на ее лице.

– Тогда и увидите. А пока, миссис Джорджи, позвольте вашу руку. Приличия это допускают.

Глава двенадцатая

Джесс решил срочно заняться сэром Гартом Мэннингом, еще до поездки в Лондон. Если он вытянет из Мэннинга его замыслы, то в столице сможет сделать сразу два дела.

Все обдумав, Джесс пришел к выводу: действовать надо напролом. Ему было известно, что сэр Гарт по пятницам вечером играет в карты в небольшом игорном заведении у ротонды, где нетертонцы пьют воду. Игра по шиллингу в вист с сельскими дворянчиками помогала ему чувствовать себя действующим актером на житейской сцене. Он много пил и уже начал накапливать долги.

В Памфрет-холл сэр Гарт возвращался неизменно одной дорогой. Шел он пешком – своего экипажа не было, Каро продала лошадей, а Джорджи отказывала в фаэтоне, памятуя о его плохом обращении с лошадьми.

В тот вечер Джесс тоже наблюдал за сэром Гартом. Проиграл он немного, пил меньше, чем обычно, боясь, видимо, увеличить свой долг. В конце концов он поднялся, опрокинул в рот стакан и, громко чертыхнувшись, вышел вон. Джесс, немного выждав, пошел следом за ним. Тускло светила луна, полускрытая облаками. Сэр Гарт брел с опущенной головой, воплощенное уныние. Так они добрались до околицы, где дорога делала поворот и от нее в поле уходила тропа.

Момент был удобным. Джесс бесшумно догнал сэра Гарта, обхватил рукой за шею, протащил несколько шагов по дороге и свернул в густую высокую траву. Тут он его отпустил. Сэр Гарт застонал, схватившись за горло и делая попытки вдохнуть. В темноте он не видел нападавшего, потому извлек из кармана кошелек и дрожащей рукой бросил его Джессу.

– Возьми, – прохрипел он. – Это все, что у меня есть. Отпусти меня.

Джесс ухватил сэра Гарта за галстук и приблизил его лицо к своему.

– Мэннинг, мне нужно нечто более ценное – информация.

– Фицрой?! Какого дьявола? Сию же минуту отпустите меня, в противном случае…

– Вы ничего не сможете, я слишком многое о вас знаю.

Джесс рывком за галстук вскинул голову сэра Гарта, так что тому пришлось подняться на цыпочки, чтобы не задохнуться.

– Вы с ума сошли, – хрипел сэр Гарт. – Напились, что ли?

– Я трезв как стеклышко, – ухмыльнулся Джесс. – И отпущу вас, если вы мне расскажете, от кого получили письмо, – и он слегка ослабил хватку.

Сэр Гарт шумно сглотнул.

– Какое письмо?

Джесс снова сжал галстук и начал его медленно выкручивать.

Сэр Гарт задергался, стараясь вырваться из крепких рук, наконец почти невнятно просипел:

– Пустите… Бьюкэмп…

Джесс убрал руку.

– Кто такой Бьюкэмп, какого дьявола он пишет вам, откуда знает, что я делаю в Нетертоне?

– Кортни Бьюкэмп из Министерства внутренних дел. Он объяснил все государственными интересами.

– Что? Наши с миссис Херрон отношения касаются государства? Кто вам поверит? А ну-ка, говорите правду, иначе задушу.

Сэр Гарт, ухватившись руками за горло, залепетал:

– Я расскажу все, только не трогайте меня. Некоторое время назад он вызвал меня в Лондон и пригрозил расправой, если я откажусь следить за вами. Но про вас с Джорджи я не знал. Он прислал мне письмо, в котором выговаривал за неполную информацию о вас. Он-то и писал, что я уклоняюсь от выполнения своего долга перед страной и должен следить за вами получше.

– Прямо так и написал?

– Да. Видимо, за вами следит кто-то еще. Но он и милорд Сидмаут полагают, что я должен знать больше. Ради бога, Фицрой, в чем вы замешаны? Почему они думают, что вы угрожаете интересам государства?

– Это все?

– Господь свидетель, все!

Единственное, соображал Джесс, из-за чего могли переполошиться власти, – его происхождение. Он даже мог сказать, чего именно боятся Бьюкэмп и милорд Сидмаут. Пожалуй, лучше ему поторопиться.

Сэр Гарт стоял и смотрел на Джесса как на самого дьявола. Банкир Боулби ошибся в оценке своего нового соседа, и все остальные – тоже. Теперь сэр Гарт знал об этом очень хорошо.

– Слушайте меня внимательно. Вы никому ничего не скажете. Будете посылать донесения этому ослу Бьюкэмпу, написанные под мою диктовку. Завтра отошлете сообщение, что в конце недели я буду в Лондоне и эта поездка мне очень важна. Напишите о стычке с доктором Мейнардом Шоу, чтобы им было над чем поломать голову.

– Да-да, Фицрой, я все понял.

– И последнее. Держитесь подальше от миссис Херрон. Если я услышу, что вы снова ее преследуете, вам не поздоровится. Теперь все.

Сэр Гарт медленно попятился.

– Я пойду?

– Идите. Ваша компания мне неприятна.

Сэр Гарт потрусил к дороге. Джесс смотрел ему вслед и усмехался. Вырвать правду у этого подонка оказалось легче легкого. К тому же он больше не будет докучать миссис Джорджи.

Потом Джесс задумался. Значит, вот почему Кайт видел сэра Гарта в Министерстве внутренних дел.

– Кайт сказал Форшоу, что мистер Фицрой завтра утром едет в Лондон к своему портному. Ты знала об этом? – Каро изучающе смотрела на Джорджи.

– Да, кажется, он говорил, когда мы ехали от Фиртов.

Завтрак уже заканчивался, и сидевший напротив женщин сэр Гарт пил кофе, кривясь при каждом глотке. Он ничего не ел, и, по его словам, у него сильно болело горло.

– Позволь мне позвать врача, Гарт, – озабоченно проговорила Каро. – Ты выглядишь совершенно больным.

– Не надо, – с усилием выдавил Гарт, уверенный, что любой врач, увидев синяки у него на горле, не удержится от вопросов.

– Каро права, вы выглядите очень плохо. Надо непременно показаться врачу, – присоединилась к невестке Джорджи.

– Пойду лягу, – не выдержал он взглядов женщин.

Как только за ним закрылась дверь, Каро с заговорщическим видом наклонилась к Джорджи:

– По-моему, его мучает совсем не ларингит. С тех пор как вернулся в Нетертон, он ходит сам не свой, чем-то подавлен. Раньше ему на все было наплевать, а теперь посмотри, какие у него печальные глаза.

Джорджи подумала: пожалуй, Каро права. Сэр Гарт не хочет, чтобы о нем заботились. И почему-то отказывается от врача.

Приезжая в Лондон, Джесс всякий раз убеждался, что столица нравится ему все меньше и меньше. После Нетертона, с его чистым, прозрачным воздухом, от зловония запруженных толпой лондонских улиц перехватывало дыхание.