Пленница. В оковах магии - Сурикова Марьяна - Страница 72

72

ручки, и Зор прижал ее к себе. Когда маг вставал, его взгляд скользнул по занавеске, Бэла отшатнулась, укрылась за более плотными шторами, но тут же отругала себя.

Ну словно юная пансионерка, которая в своей жизни видела мужчин только через ограду. Это же надо. У нее от этого человека ребенок, а она краснеет за занавеской. Когда снова выглянула на улицу, карета уже тронулась и покатила вниз по дороге.

Глава 20

Цветок

Бэла сидела над сборником, делая пометки на полях напротив устаревших формул и тех, которые казались ей таковыми, чтобы в начале рабочей недели принести Зору уже готовое задание. Снова весь день сидеть с ним в кабинете, занимаясь подробным анализом, ей совсем не хотелось. Она вообще собиралась насколько возможно уменьшить количество встреч, особенно наедине. Уже на середине книги веки ее налились тяжестью, а в голове загудело. За окном стемнело, но мама с Лией еще не вернулись. Потерев глаза, Бэла прилегла на подушку, подсунула ладонь под щеку и решила, что немного отдохнет до их возвращения.

Проснулась она оттого, что в носу щекотало и ужасно хотелось чихнуть. Подняв руку, нащупала на своем лице мягкий пушистый комочек с довольно острыми коготками, которые в данный момент вцепились в ее волосы. Попытка приказать дочери снять с себя Снежка успехом не увенчалась, поскольку мех зайца только и ждал момента, чтобы набиться в рот.

В следующий миг на живот упало нечто покрупнее снежного кролика, а именно – изрядно потяжелевшая за последнее время Лия, которая прокатилась по маме сначала в одну, потом в другую сторону, подлезла под руку, а потом переползла на грудь.

Спихнув зайца на подушку, окончательно разбуженная Бэла раскрыла глаза и столкнулась нос к носу с маленькой мордашкой в обрамлении лохматых кудряшек.

– Мама, ты проснулась? – заявило это несносное существо с невинными большими глазами, а потом принялось целовать Бэлу, и всю досаду от раннего пробуждения как рукой сняло.

Целительница крепко прижала к себе дочь и поцеловала в макушку. Лия вытянулась поверх мамы, свесила по обеим сторонам ручки и ножки, прижалась щекой к груди и закрыла глазки, а Бэла нежно гладила ее по мягким кудряшкам. Через несколько минут ребенок крепко уснул, а мама со вздохом перевела взгляд за окно, где только-только вставало над горизонтом солнце. Ей погрузиться в сон было гораздо сложнее. Голова уже наполнилась сотней мыслей и задач, требовавших незамедлительного решения.

Осторожно отодвинувшись в сторону, Бэла переложила дочку на кровать и накрыла сверху покрывалом. Щелкнула по уху прыгавшего по подушке зверька, который тут же поджал ушки и подобрал под себя лапки, точно маленький котенок. Положив Снежка рядом с дочкой и устроив крошечную ладошку на спине притихшего кролика, Бэла тихонько вышла из спальни.

Она решила сначала приготовить для всех завтрак, но, к удивлению, застала мать на кухне.

– Доброе утро, дочь, не дождалась нас вчера?

– Вы как-то припозднились, мама. Я ждала, а потом вдруг уснула.

– Я велела Лии тебя не будить, сказала потерпеть до утра. Хотя она ужасно хотела поделиться тем, как вчера впервые покаталась на лошадке, а еще ела воздушное мороженое.

– Как все прошло, мам?

– В целом нормально. Я опасалась, что Лия выкинет что-нибудь из ряда вон выходящее, особенно когда мы поехали в тот дорогущий замок для детей.

– Где Лия однажды разрушила стойку злющего распорядителя и куда нам запретили приходить?

– Именно. Помнишь, как малышка огорчалась и сколько раз просила снова сходить туда?

– Помню. Но, мама, у них же там защита. В последний раз нас не пропустили.

Мать пожала плечами.

– И в этот раз пытались не пропустить, но, когда Лия расплакалась, Зор взял ее на руки и просто пронес внутрь.

– Сквозь защиту?

– Да.

– А как же работники и этот их злющий начальник, который лебезит только перед самыми богатыми клиентами? Я хорошо помню, как он выговаривал мне за ту дурацкую стойку в прошлый раз и демонстрировал образцы дерева, расписывая его стоимость. Я только недавно до конца расплатилась за причиненный ущерб.

– Он тоже прибежал. Там человек пять примчалось, четверо из охраны и этот начальник. Очень нехороший мужчина. Представляешь, подошел и заявил прямо при Лии: «Уберите отсюда этого несносного ребенка, ей запрещено здесь появляться».

У Бэлы даже сердце защемило от обиды за дочь. Она уже несколько раз объясняла малышке, почему не может снова сводить ее в красивый замок поиграть. Самое печальное, что Лия нанесла разрушения не специально, а просто потому, что испугалась окрика распорядителя, который запретил ей пройти в зону с лошадьми. Туда пускали лишь детей элитных посетителей. Даже в носу защипало, стоило припомнить личико малышки в ту минуту.

– И что, мам? – выдавила Бэла из себя, ожидая очередного унизительного повествования о том, как ее крошку снова куда-то не пустили.

– Не знаю, дочь.

– А?

– Зор передал мне Лию и приказал распорядителю следовать за собой.

– Приказал?

– Именно. Тот даже рот раскрыл, но пошел. Я не знаю, о чем они там говорили, только нас потом везде пропустили, даже в тот закрытый детский манеж, где Лия выбрала самого красивого пони. А потом еще мороженщика откуда-то привели, и у нашей малышки так сияли глазки, что я чуть не расплакалась. – Мать не договорила, махнула рукой и приложила к глазам платок. Бэла в свою очередь потянулась к салфетке, потому что и ее глаза подозрительно повлажнели.

Поднимаясь на второй этаж научного центра, целительница размышляла над тем, стоит ли благодарить Зора за праздник, устроенный для дочери, или это нормально, учитывая, что первые три года жизни ребенка прошли мимо отца. Бэла ведь уже приняла решение общаться с аристократом как можно меньше. Если начать рассыпаться в благодарностях, есть вероятность ввести мага в заблуждение касательно их отношений. А может, Зор все это специально делает? Бэла даже притормозила, обдумывая эту мысль. С него станется – добьется своего любым способом. Ему и через ребенка действовать не стыдно.

Поразмыслив подобным образом, премагистр Хингис решительно подняла подбородок и направилась к кабинету начальства, чтобы без лишних церемоний вручить результаты своей работы и гордо удалиться. Однако, перешагнув порог приемной, Бэла резко остановилась, осматривая собравшуюся здесь толпу исключительно из сотрудниц женского пола.

Переговаривающиеся дамы сформировали нечто вроде живой очереди в кабинет начальства, а сбоку от этой извилистой змейки, скрестив руки на груди и подперев внушительный бюст, стояла недовольная секретарша. Заметив в дверях Бэлу, она скривилась, точно говорила: «Еще одна!» – и махнула целительнице рукой.

Обогнув толпу коллег, премагистр приблизилась к сверкающей глазами женщине, которая в данный момент больше походила на разъяренную фурию.

– Вы тоже по личному вопросу? – ядовитой гадюкой прошипела секретарша.

– По рабочему, – на миг опешила Бэла.

– Прекрасно, – с этими словами обозленная мисс прошествовала к столу, склонилась над ним в излюбленной позе (платье весьма откровенно обтянуло нижнюю часть тела), а потом грохнула по столу объемистой папкой.

– Господин Анделино велел передать вам этот список