Академия пяти стихий. Возрождение - Матлак Ирина - Страница 47

47

настоящей реальностью. Иногда на сцене появлялись ассистенты, которые помогали воплотить тот или иной элемент представления. За куполом собралась внушительного размера толпа, жадно взирающая на шоу, и хотя эти люди не могли видеть всех деталей, даже размытые картинки вызывали у них восторг.

— Хочешь с ним пообщаться? — спросил Лосгар, когда представление закончилось и все начали расходиться. — Если есть желание, можем зайти в его фургончик.

Желание у Джолетты было, причем очень большое, поэтому уже через несколько минут они обошли сцену и оказались перед тем самым фургончиком, о котором говорил ректор. Иллюзионисты были бродячими артистами, и даже те, кто неплохо зарабатывал и имел множество государственных наград, предпочитали такой образ жизни шику и роскоши. Но конкретно этот иллюзионист все же оказался личностью широко известной, и фургончик у него был соответствующий — большой, комфортный и оснащенный всевозможными удобствами. Впряженные в него лошади были породистыми и дорогими, что также говорило об обеспеченности их хозяина.

Когда они вошли внутрь, артист негромко переговаривался со своей помощницей — девушкой, которая разливала для гостей чай. Иллюзионист передал ей какой-то сверток, и та, заметив стоящих у входа Джолетту и Лосгара, быстро спрятала его в сумку. Суетливо поклонившись, каринийка спешно покинула шатер.

— Исполнительная девочка, — улыбнулся иллюзионист, видя, что гости провожают ее заинтересованными взглядами. — Еще раз мое почтение, лорд, леди. Надеюсь, представление пришлось вам но вкусу?

— Более чем, — улыбнулась в ответ Джолетта и без перехода поинтересовалась: — Как вы это делаете?

Иллюзионист засмеялся:

— Ловкость рук и никакого мошенничества. А еще — магия и хорошие артефакты.

Джолетта с интересом осмотрела интерьер фургончика и наткнулась на афишу, которую не заметила сразу.

— У вас такой интересный псевдоним.

— Странник — не только псевдоним, но и образ жизни, — усмехнулся иллюзионист, — и я очень рад, что дорога привела меня в Фейран, где я смог увидеть знаменитую Джолетту де Лэйр.

Джолетта удивилась:

— Не думала, что слухи о моей персоне достигли и далекой Каринии.

— О, вы себя недооцениваете, — вновь улыбнулся Странник. — Ваши портреты украшают все известные издания.

— Жаль, что вы не прихватили с собой свежую прессу, — со смехом заметила Джолетта. — Было бы любопытно посмотреть, что обо мне пишут за рубежом.

— Ну, в последнее время только и разговоров, что о вашей помолвке с не менее знаменитым лордом Лосгаром. — Иллюзионист посмотрел на ее спутника.

— Я польщен, — сдержанно улыбнулся тот.

Еще некоторое время Джолетта расспрашивала Странника о жизни в Каринии, где ей никогда не доводилось бывать, об артефактах, производимых там, и, конечно, о магии, которую он применял на шоу. Джолетте очень хотелось узнать, каким образом в воздухе появляются сменяющие друг друга картинки. Всех профессиональных секретов иллюзионист выдавать, естественно, не стал, но в общих чертах объяснил. Основой такой магии являлся тот же принцип, что и в образовании радуги. Свет отражался от поверхности воды до того, как попадал на капли, и происходило преломление. Магия усиливала эффект и благодаря некоторым хитростям трансформировала это в картинку. Каким именно хитростям, Странник опять же умолчал.

Когда они покидали фургончик, время было уже позднее, и Джолетта думала, что сейчас они вернутся в академию. Но, как оказалось, у Лосгара на этот счет имелись другие планы. Вместо того чтобы идти к ожидающему их экипажу, он повел Джолетту в противоположную сторону. Они обогнули площадь, миновали множество палаток и подошли к пятиэтажному зданию, гордо возвышающемуся над площадью. Оно одновременно являлось и недорогим магазином одежды, и цветочной лавкой, и цирюльней, а два верхних этажа были жилыми.

Джолетта решительно не понимала, для чего они сюда пришли, и когда ректор позвонил в висящий на двери колокольчик, удивленно на него посмотрела.

Спустя несколько минут по ту сторону стены раздались громкие шаркающие шаги, дверь приоткрылась, и из нее высунулась голова заспанного гнома. Именно заспанного — даже ночной колпак на голове имелся.

— И угораздило же меня поселиться на этой дарховой площади! Никакого покоя нет! — прокряхтел он, смерив визитеров недовольным взглядом. — Чего надобно?

В следующее мгновение в его припухших глазах промелькнуло узнавание, и он несколько оживился.

— А, это вы! — Запрокинув голову, гном посмотрел на Лосгара. — Проходите!

Пока они поднимались по лестнице на верхние этажи, он не уставал болтать:

— Не извольте беспокоиться, уважаемый лорд, все сделали, как вы велели. В лучшем виде, так сказать!

Гном шел впереди, освещая путь желтым фонарем. Внутреннее убранство здания выглядело просто, без всяких намеков на роскошь и изыски. Деревянные ступени поскрипывали под ногами, слышалось, как в каминной трубе гуляет ветер.

Джолетту грызло любопытство, и она с трудом дождалась того момента, когда лестница осталась позади, и они оказались на пятом этаже, откуда поднялись на крышу.

— Как и договаривались, кушанья доставили из «Сиятельного», — заулыбался гном, поправляя съехавший колпак. — Приятного вечера и вам, и вашей леди!

Лосгар протянул владельцу увесистый, туго завязанный мешочек. Проворно его схватив, гном еще раз рассыпался в пожеланиях и был таков.

Джолетта в это время удивленно хлопала ресницами, взирая на мягкую софу, застеленную бежевым пледом, и на кофейный столик, где возвышалась ваза с фруктами и бутылка белого игристого вина. Магический купол не позволял проникать сюда снегу и холодному ветру. С крыши площадь просматривалась как на ладони, а ночное небо, на котором сквозь разрывы туч проглядывала россыпь звезд, казалось очень близким.

— А вы романтик, — улыбнулась Джолетта, позволяя Лосгару помочь ей снять верхнюю одежду.

— Иногда можно, — доверительно шепнул тот и проводил ее к накрытому столу.

Откупорил бутылку вина и в ответ на красноречивый взгляд Джолетты улыбнулся.

— И это иногда можно. Даже если вы адепт и ректор, которых завтра ждет сложный учебный день.

Джолетте было невероятно приятно, что для нее устроили такой прекрасный вечер. Конечно, она и раньше не была обделена вниманием и подарками поклонников, но сейчас все было по-другому. Принимать ухаживания от человека, который небезразличен, оказалось вдвойне приятно, и Джолетта чувствовала себя как никогда счастливой. Какая разница, что весь мир висит на волосок от гибели, если сейчас все так восхитительно?

С площади доносилась приятная музыка, которую приглушал магический