Академия пяти стихий. Возрождение - Матлак Ирина - Страница 46

46

в ее душе все переворачивалось.

Экипаж остановился у центральной площади, на которой раскинулась шоколадная ярмарка. Сегодня был последний день этого фестиваля, но за всеми проблемами и нескончаемыми тренировками Джолетта совсем об этом забыла. Сейчас здесь сновала куча народа, гуляния были в самом разгаре. Отовсюду доносились громкая музыка и голоса сотен людей, пришедших отметить последний день ярмарки.

В центре прямо возле шоколадного фонтана установили огромную сцену, на которой с минуты на минуту должно было состояться выступление иллюзиониста — мага, избравшего профессию фокусника. Благодаря симбиозу дара и ловкости рук иллюзионисты творили невероятные вещи, и их выступления причисляли к высокому искусству. Как правило, они гастролировали по городам и редко надолго задерживались на одном месте. Поэтому то, что сегодня именитый иллюзионист выступал в Фейране, являлось целым событием, которое никто не хотел пропускать.

Перед сценой установили ряды кресел, и свободных мест уже практически не было. Импровизированный зал окружал защитный купол, позволяющий пройти внутрь только обладателям специальных билетов, которые, к слову, были распроданы еще несколько месяцев назад. Зрителям, не успевшим их приобрести, приходилось довольствоваться видом со стороны, но купол был создан таким образом, что очертания сцены размывались и увидеть выступление во всей красе было невозможно.

Джолетта ничуть не удивилась, когда Лосгар, предложив ей взять его под руку, направился прямиком к вип-местам. Они спокойно миновали защиту и заняли кресла, которые находились в первом ряду. Здесь была специально оборудованная зона с множеством мягких подушек и низким столом, уставленным всевозможными яствами. Кресла отличались мягкостью и удобством, в отличие от тех, что находились позади.

Под куполом было очень тепло, и Джолетта сняла шубку, оставшись в платье. Она не пожалела, что остановила свой выбор именно на нем — темно-синем, приталенном и украшенным мелкими переливающимися камушками, которые красиво мерцали при тусклом свете.

Как только они опустились в кресла, к ним подошла невысокая молодая девушка, судя по внешности, уроженка Южной Каринии. Почтительно поклонившись, она принялась разливать чай по маленьким фарфоровым чашкам. Каринийцев отличала очень смуглая кожа, пепельно-белые волосы и близко посаженные глаза, являющиеся расовой особенностью.

Разлив чай, девушка протянула чашечки Джолетте и Лосгару, после чего снова поклонилась и отправилась к другим высокопоставленным гостям. Кариния славилась своими плантациями, на которых произрастало более двух тысяч видов чая. Тот, что им подали сейчас, имел насыщенный пряный аромат и оттенок какао — последний и самый удачный эксперимент магов земли. Объединив два таких разных вкуса, они получили восхитительный напиток.

Джолетта сделала маленький глоток, и в этот момент зазвучала барабанная дробь, на сцене заполыхали факелы, и появился иллюзионист. Опять же кариниец.

— Добрый вечер, дорогие друзья! — сняв цилиндрическую шляпу, он забавно поклонился и, выпрямившись, обвел зрителей пытливым взглядом. — Сегодня мы с вами будем ломать стереотипы! Как вы думаете, живут ли бабочки поздней осенью? Что? — Он демонстративно приложил ладонь к уху. — Нет?

Иллюзионист хитро улыбнулся, взмахнул руками, и в ту же секунду над сценой закружились сотни горящих бабочек, созданных из огня.

Зал восторженно загудел, раздались аплодисменты, а иллюзионист продолжил:

— А умеют ли рыбы летать?

Еще один взмах рукой — и в воздухе появились чудесные золотые рыбки, сотканные все из того же пламени. Они кружили вместе с бабочками, касались их и рассыпались на множество горящих искр.

— Возможно ли воскресить лето среди бушующей метели?

Зрители буквально впились в иллюзиониста горящими от предвкушения глазами, и вскоре их взору предстал самый настоящий летний пейзаж. Мановение руки — и в воздухе появилась картинка голубого неба и зеленого луга, пестрящего яркими цветами.

— Как это? — потрясенно выдохнула Джолетта, которая хотя и бывала на подобных представлениях не один раз, такое видела впервые.

Ей вспомнился рассказ Ники о том, что в ее мире существуют так называемые фильмы, с помощью которых можно наблюдать за любыми действиями и временем. Тогда Джолетта даже представить такое не могла и уж тем более не подозревала о том, что это возможно в Дагории.

— Последние достижения в искусстве иллюзорной магии, — шепнул ей Лосгар. — Это представление — премьера в Агавийском королевстве, раньше он выступал с этой программой только в Каринии.

Ректор не стал пересказывать подробности и замолчал, давая Джолетте в полной мере насладиться представлением. Летний луг сменился морем, куда тут же нырнули созданные золотые рыбки. Едва они коснулись воды, как с шипением исчезли, обратившись в пар. Тот тут же взмыл вверх и превратился в пушистые облака, зависшие в лазурном небе.

Один элемент сменялся другим, вплетаясь в общую канву рассказываемой истории. Во время шоу иллюзионист шутил, дискуссировал с залом и даже приглашал на сцену добровольцев.

— О прекрасная леди! — Неожиданно его взгляд остановился на восхищенной Джолетте. — Что это у вас?

Казалось бы, типичный прием всех иллюзионистов, но, когда он спустился со сцены и подошел к ней, Джолетта затаила дыхание.

— Что же? Что же? Что же? — Он протянул вперед руку и коснулся кончиками пальцев ее волос.

В следующий миг на его ладони оказалась огромная огненная бабочка, на крыльях которой виднелись маленькие копии пейзажей, показанных на сцене. Увидев это чудо, Джолетта ахнула. Магия просто поражала воображение — искусная, красочная, тонкая работа, какой прежде не видел никто.

Джолетта протянула руку, и бабочка перепорхнула на нее, оставив за собой шлейф горящих искр. За куполом, окружающим площадку, было холодно и снежно, и от этого контраста происходящее казалось еще более нереальным. Бабочка была теплой, и от соприкосновения с ней по коже пробегали легкие энергетические разряды.

Иллюзионист щелкнул пальцами, и прекрасное создание взмыло в воздух, закружилось и затерялось среди своих собратьев, осыпав зал новыми искрящимися крупинками.

Когда иллюзионист взял руку Джолетты и изящно приложил ее к губам, выражая почтение, взгляд леди зацепился за перстень, поблескивающий на его безымянном пальце. Небольшой черный камушек в золотой оправе мерцал в полумраке и отражал красные всполохи огня. Джолетта не знала, с чего вдруг обратила внимание на такую мелочь, и, едва подумав об этом, тут же себя одернула.

Иллюзионист вернулся на сцену и продолжил представление. Шоу длилось несколько часов, которые пролетели как одно мгновение. Маг показывал множество трюков, которые казались и не трюками вовсе, а самой