Хюгге или Уютное счастье по-датски - Хелен Расселл - Страница 50

50

мне бы хотелось, чтобы ребенок появился на свет в окружении моих друзей и родных; в стране, где я могу понять все, что говорит мне доктор; где я представляю, в каком месте и как купить достойную моего нового положения одежду. Но в то же время осознавала, что всего этого могло бы не случиться в моей прежней жизни. Казалось, что жизнь по-датски хотя бы отчасти способствовала такому чуду, и потому считала себя обязанной этой стране. Если мои замечательные университетские подруги продолжат присылать мне полезные диски, журналы и красивую одежду для беременных, то все будет в порядке.

Я стала воспринимать Данию как родной дом. Когда мы сообщали свои новости нашим друзьям по Skype (технарям нужно поднапрячься и придумать возможность «виртуальных объятий»), они всегда спрашивали:

– Значит, рожать вернетесь в Англию?

И мне сразу приходилось выстраивать оборону:

– Знаете, в Дании тоже есть больницы…

Главной проблемой оставалась моя мама. Сколько ее помню, она всегда мечтала стать бабушкой, и я собиралась выполнить свою часть сделки в январе. Но я находилась почти в 900 километрах от Англии. Конечно, это не Австралия, но у мамы была работа, жизнь, отношения в Англии. Я не вправе рассчитывать, что она все бросит и будет постоянно приезжать к нам.

Если ребенок родится в Дании, мама будет лишена очень многого: семейных прогулок, купаний, ласк и всего того, что доступно бабушкам, живущим неподалеку. Ей придется довольствоваться фотографиями и видеосвязью. Я убеждала сама себя, что год – не такой уж большой срок, но если мы здесь задержимся, это может разбить ей сердце.

У нас еще было в запасе время, чтобы принять решение, и я защищала свое право оставаться истинной британкой, подавляя в себе другие мысли, старалась забыть об искушениях и проявлять сдержанность. Отвлечься от тяжелых мыслей мне помогало печенье – один из немногих продуктов, которые я спокойно могла есть в этот период. Я поздравляла себя с тем, что приняла правильное решение – ничего не планировать заранее. Датская система детских садов уже казалась мне вполне разумной и надежной. Тогда я решила побольше разузнать о системе школьного образования.

Когда маленьким датчанам исполняется шесть, они отправляются в folkeskole, государственные школы, где на протяжении десяти лет обучаются бок о бок с двадцатью одноклассниками. Постоянное окружение на протяжении всей школьной жизни вселяет в ребенка ощущение уверенности и безопасности, развивает в нем доверие к окружающим, а это – столпы датской жизни. Образование в Дании основано на принципах равенства и самостоятельности. Школьники изучают обязательный набор предметов.

Однажды ко мне обратился коллега Лего-Мена и попросил выступить в школе, где училась его дочь. Я была иностранкой и писателем, поэтому окружающие считали, что я: а) способна связать пару слов и б) открою детям глаза на то, как воспринимают Данию в остальном мире. Я была польщена подобным предложением и согласилась. Все подростки, которых там увидела, выглядели невероятно уверенными в себе и спокойными. Они обращались к учителям по имени и при первой возможности устраивали в классах дебаты. После увлекательного выступления я покинула здание школы и отправилась в Орхусский университет, где на педагогическом факультете работает Карен Бьерг Петерсен. У нее я собиралась разузнать о «датском пути» в сфере образования.

– Мы учим детей самостоятельно мыслить и принимать решения, а не просто готовим их к сдаче экзаменов, – сразу же сказала Карен. – Мы считаем, что образование – это развитие социальных и когнитивных навыков ребенка и основанное на опыте обучение. И учим детей критически относиться к системе.

Карен рассказала, что образование и демократия в Дании неразрывно связаны со времен Второй мировой войны.

– Детей приучали думать и смело выступать против авторитетов, если они не соглашались с тем, что им говорят. Такая позиция укрепилась в сознании после оккупации Дании нацистами. Для датчан это серьезный фактор. Нам нужны граждане, которые понимают, что такое демократия, и имеют собственную позицию и идеи. Саморазвитие – важнейшая составляющая датской системы образования.

– Выходит, привычка не полагаться на авторитеты зародилась с подачи Гитлера?

– В значительной степени.

Ставка на самостоятельность и самовыражение школьников со стороны может показаться слишком неформальной. Я призналась Карен, как меня удивило то, что дети не носят форму и обращаются к учителям по имени. Когда я училась в школе, мы вообще не знали, как зовут наших учителей. Имя – это власть. Мы бы шептались перед сном и хохотали до колик, зная, что находимся в полной безопасности, а учительница домоводства миссис Льюз не вызывала бы в нас столько страха, если бы знали, что ее зовут Сью.

– Испытывают ли датские дети такое же уважение или даже страх к своим учителям?

– Конечно, уважение обязательно присутствует, – ответила Карен. – Но главная идея заключается в том, что даже ребенок как личность выступает на равных с учителем, несмотря на разницу в возрасте. Учитель несет знания, но и в детях следует видеть и уважать человека.

Невероятная мысль для выпускницы монастырской школы для девочек!

– Значит, в датской школе нет иерархии учеников и учителей?

– Совершенно верно. Закон Янте справедлив и для школы. Все равны, и никто не лучше других.

Это правило распространяется и на отношения учеников и их родителей. Карен сказала мне, что руководители корпораций обычно отправляют детей в те же школы, в каких обучаются дети продавцов или секретарей.

– Мы не приветствуем ничего показного, – сказала она. – У нас богатое общество, но для нас очень важно, чтобы, выходя на международную арену, наши дети не бахвалились и не заявляли: «Делайте, как мы! Нам лучше знать!»

Еще в мае я узнала, что датских детей учат толерантности. У школьников обязательно проводится «час хюг-ге по пятницам», когда все дети по очереди угощают одноклассников булочками и кексами и обсуждают всякие пасторальные темы.

– Моим детям в «пятничный хюгге» учительница рассказывала о преследовании и хулиганстве. Она говорила об этом спокойно и взвешенно, убеждая детей в том, что у всех есть право на равенство и уважение. Она сказала: «Может быть, не все, с кем вы встречаетесь, вам нравятся, но вы должны уважать эти различия».

На обязательные уроки физкультуры отводится один-два часа в неделю. Но основные спортивные занятия проходят после уроков. Родители сами организуют различные клубы, где дети занимаются настольным теннисом, танцами, театральным искусством, футболом или гимнастикой. Судя по всему, привычка к клубам формируется у датчан с детства.

– У детей есть множество возможностей заняться самыми разными вещами после уроков; здесь многое зависит от интересов их родителей, – сказала Карен.

Я рассказала ей об Американской Мамочке, которая днем работает маркетологом, а по вечерам тренирует волейбольную команду. Другая моя знакомая, журналистка, как и я, с удовольствием помогает тренеру по гимнастике.

– Это очень хорошая система, – подтвердила Карен. – Так мы показываем детям,