Хюгге или Уютное счастье по-датски - Хелен Расселл - Страница 49

49

испачканная песком.

– Сначала я, конечно, побаивалась, но в Дании дети пользуются полной свободой, и это закладывает предпосылки для их дальнейшего развития.

Многочисленные исследования свидетельствуют о том, что американские и британские дети лишены радости полноценного детства. Ими постоянно управляют, их в буквальном смысле кутают, защищают от грязи и пыли, от разбитых коленок и синяков. Конечно, мир iPad безопаснее, зато датское детство гораздо ближе к миру «Великолепной Пятерки» из захватывающих детективов Энид Блайтон, повествующих о том, как дети раскрывают всякие тайны. Малыши, которых я видела, были счастливы.

Конечно, у такой системы есть свои критики.

– Это не свобода, а лень, – сказала мне датчанка, мать троих детей. – Персонал детского сада, куда ходит мой сын, просто сидит и пьет кофе, а дети бесятся.

Еще одна американская мать утверждала, что в Дании довольно косо смотрят на матерей, которые предпочитают не работать и воспитывать детей самостоятельно.

– Здесь принято, чтобы оба родителя работали.

Мой статус явно снижен.

Я обсуждала эту проблему со многими датчанами, и все они говорили одно и то же:

– Почему вы стремитесь остаться дома? Почему не хотите, чтобы ваши дети росли среди других детей, с которыми можно играть?

Датчане искренне верят, что, отправляя малышей в ясли, они оказывают им услугу, и дети очень рано социализируются. Датчанам трудно понять, почему женщина после родов не хочет вернуться к работе, любимому занятию, которое приносит стабильный доход, притом что заботы о воспитании ребенка государство берет на себя. Хелена уверена, что датские дети социализированы лучше британских, потому что они раньше получают навыки общения и взаимодействия со сверстниками.

– Но как быть с теорией привязанности,[65] потребностью маленьких детей чувствовать защиту своей матери? – спросила я, вспомнив многочисленные шоу Опры Уинфри. – Разве датские дети не испытывают неуверенности? Неужели им не кажется, что родители их бросили и все такое?

По мнению британского психолога Джона Боулби[66], степень уверенности взрослых людей зависит от опыта, полученного ими в возрасте от шести месяцев до трех лет. Если основные потребности маленького ребенка не удовлетворяются взрослым, обычно матерью, то из него вырастает зависимый и неуверенный в себе человек, постоянно испытывающий страх остаться в одиночестве.

– Любопытно, – сказала Хелена, с которой я поделилась этой теорией. – Но в Дании детей воспитывают именно так, и у нас все хорошо, не так ли? Или вы считаете всех нас неуверенными в себе людьми?

Мне нечего было ей возразить.

В Интернете я нашла статью Шарлотты Хойлунд, матери семерых детей (да, именно семерых – эта женщина вырастила собственную спортивную команду!) и специалиста по детско-родительским отношениям. Я подумала, что, если уж кто-то и может мне рассказать о том, как датчане воспитывают своих детей и делает ли это воспитание детей счастливыми, так это Шарлотта.

Она одна из тех моложавых женщин, каким я всегда завидовала, и при этом у нее семеро детей в возрасте от двух до двадцати лет. Она пишет книги по проблемам воспитания и регулярно выступает на датском телевидении в программах, посвященных отношению родителей и детей. Я решила спросить начистоту: считает ли она датскую систему воспитания эффективной?

– Наша система эффективна. Я читала о теории привязанности и понимаю, что в некоторых культурах матери воспитывают детей до двух-трех лет в домашних условиях. Возможно, в этом есть свои плюсы, но мы уже не можем отступать. Сегодня большая часть датских матерей работает. Так устроена жизнь нашего общества.

И датчане хорошо с этим справляются. Все исследования, декларирующие, что «работающие матери знаменуют собой конец цивилизации», проводились в Америке и частично в Германии или Голландии, но таковых не было в Скандинавии, где женщины обычно приступают к работе, когда их дети не достигли годовалого возраста.

Шарлотта рассказала, что в Дании очень серьезно относятся к развитию детей. Когда малыши начинают посещать детские сады, родители не просто приводят их туда и отправляются на работу, как это происходит в большинстве стран. В Дании это тщательно продуманный и последовательный процесс.

В первый день родители оставляют детей в саду всего на десять минут, во второй – на двадцать и так далее, пока ребенок не научится обходиться без них в течение целого дня. Привыкание к детскому саду может растянуться до трех недель. Местная коммуна оплачивает работу дополнительных воспитателей, когда появляется ребенок с особыми потребностями. Если детям нужна какая-либо помощь, этим занимается детский психолог.

– Для связи мы широко используем Интернет, – сказала Шарлотта. – Родители постоянно получают по электронной почте сообщения о том, чем занимаются их дети. Честно говоря, я бы предпочла меньший объем подобной информации: у меня семеро детей, поэтому мой электронный ящик постоянно переполнен!

Поскольку в течение дня родители избавлены от забот о детях, они компенсируют это по вечерам и в выходные дни.

– Многие родители испытывают чувство вины за то, что не могут уделять детям достаточно внимания из-за занятости на работе, поэтому стараются окружить детей заботой в остальное время. Возможно, в этом одна из причин такого большого количества разводов, – сказала Шарлотта, которая тоже разведена. – Родителям приходится ограничивать личные отношения, поскольку они не хотят сокращать время общения с детьми или жертвовать работой.

Я прочитала результаты исследования Открытого университета: бездетная супружеская пара более счастлива, чем семья, имеющая детей. Пожалуй, для меня это запоздалая информация. Ставки сделаны. Однако ученые этого университета пришли к выводу, что женщины, познавшие материнство, счастливее бездетных. То есть мой брак может рухнуть, но я стану счастливее? Неплохо! И решила не показывать эту статью Лего-Мену, но про себя утешилась мыслью, что датские матери – самые счастливые в мире.

А счастлива ли Шарлотта?

– Конечно! – воскликнула она. – Я бы оценила свое счастье на «девять» из десяти. Дания – лучшая страна в мире, чтобы обзавестись детьми.

Разумеется, такая оценка ласкала мой слух, но у меня возникло подозрение, что все, с кем я общалась, являются тайными агентами датского совета по туризму. А может, я попала в датский вариант «Шоу Трумана»[67].

Успокоенная и обрадованная перспективой, что мой будущий ребенок получит такой хороший старт в жизни, я поймала себя на том, что уже думаю о предстоящих в январе родах. К тому времени наш датский год плавно перейдет во второй, и мы этого даже не заметим. Я понимала, что предпочтительнее остаться здесь, несмотря на языковой барьер, незнание многих реалий жизни и повседневные унижения, связанные даже с такими мелочами, как покупка молока или попытка припарковать машину.

Жить в Дании проще, чем в Лондоне. Конечно, не так интересно, но все эти датские правила, традиции и ритуалы избавляют от массы стрессов и проблем. В Дании можно просто быть. К тому же меня немного пугал переезд на позднем сроке беременности или с новорожденным младенцем.

Конечно,