Хюгге или Уютное счастье по-датски - Хелен Расселл - Страница 3

3

скандинавская страна сумела добиться впечатляющих коммерческих успехов. В Дании работают такие компании, как Carlsberg (по-моему, это лучшее пиво в мире!), Arla[7] (занимает седьмую позицию среди компаний – производителей молочных продуктов; в том числе выпускает масло “Lurpak”), Danish Crown (именно отсюда поставляется бóльшая часть английского бекона) и, конечно, LEGO – крупнейший производитель игрушек в мире. Согласитесь, неплохо для страны с населением в пять с половиной миллионов человек (примерно столько же людей проживает в Южном Лондоне).

– Пять с половиной миллионов! – воскликнула я, прочитав эту информацию.

В квартире были только я и собака, но даже мой пес проявил интерес к беседе, издав недоверчивый звук. Или он просто чихнул?

– Разве пять с половиной миллионов человек могут населять целую страну? – спросила я у пса. – Это всего лишь население города средних размеров! Интересно, а зачем им собственный язык?

Пес тявкнул, словно давая понять, что подобный вопрос выше его понимания, но я уже переключилась на дальнейшее чтение. Оказывается, Дания считается самой дорогой страной в Евросоюзе (согласно данным Центрального статистического бюро Ирландии), и граждане там платят запредельные налоги. А это значит, что и нам придется столько же платить. Замечательно! В конце месяца мы будем еще беднее, чем сегодня… Однако на суверенную датскую крону можно получить фантастическую систему социального обеспечения, бесплатные медицину и образование (включая высшее!), субсидии на содержание детей и пособие по безработице, которое гарантированно будет составлять восемьдесят процентов вашего заработка в течение двух лет.

Дания относится к числу стран с наименьшим разрывом между доходами самых бедных и самых богатых. И хотя ни одна страна мира еще не достигла полного гендерного равенства, Дания значительно приблизилась к этой цели благодаря усилиям премьер-министра (на тот момент, когда я писала книгу, этот пост занимала женщина) и множеству других женщин, работающих на ответственных государственных постах. В отличие от США и Великобритании, где женщины до сих пор получают за равный труд меньшую плату, чем мужчины, и постоянно слышат призывы поумерить свои потребности и больше работать, в Дании можно жить, как тебе заблагорассудится, и чувствовать себя при этом прекрасно. Здесь женщины не занимаются самобичеванием, если им чего-то не удалось добиться в жизни. «Что ж, – подумала я. – Это неплохо!»

Если в Соединенных Штатах и Великобритании мы выступаем за повышение оплаты труда, то в Скандинавии отстаивают право на увеличение свободного времени. Здесь люди хотят больше времени проводить с семьей и отдыхать, стремятся к более разумному балансу работы и отдыха. Данию часто упоминают как страну с самой короткой продолжительностью рабочей недели. Судя по последним данным, датчане в среднем работают по 34 часа в неделю (для сравнения: британцы трудятся в среднем 42,7 часа в неделю). Вместо того чтобы работать на износ и тратить свой заработок на поддержание различных сфер своей жизни (начиная с приготовления еды и заканчивая уборкой, уходом за садом и даже циклеванием полов), датчане предпочитают обслуживать себя сами.

Дании принадлежит внушительное количество мировых рекордов. В Копенгагене находится лучший ресторан в мире – “Noma”[8]. Датчане считаются самой надежной нацией, и они совершенно не терпят иерархии. Но больше всего меня поразило не это. Наше потенциальное место жительства было официально признано самой счастливой страной мира! По данным ООН, величина внутреннего валового продукта на душу населения, большая продолжительность жизни, отсутствие коррупции, высокий уровень социальной поддержки, свобода выбора и свойственная населению щедрость позволили соседям Дании – Норвегии и Швеции – занять весьма почетные места в списке самых счастливых стран мира.

Но Дания превосходит даже их. По оценке английского статистического бюро, Дания признана самой счастливой страной мира и уже на протяжении сорока лет удерживает первое место по показателям индекса благополучия и счастья, который рассчитывается Еврокомиссией. Эта информация, несомненно, весьма привлекательна.

Тема счастья – это святой Грааль для любого журналиста, освещающего вопросы образа жизни. Все мои статьи в той или иной мере были связаны с погоней за этой недостижимой целью. С того момента, как в начале 1990-х годов я украсила свой армейский рюкзак стихами одной из песен R.E.M.[9], мне всегда хотелось принадлежать к числу ярких и счастливых людей. (Что ж, принимаю упрек в коммунистической пропаганде, но ведь мне тогда было всего двенадцать!)

Я знала, что счастливые люди зарабатывают больше, обладают хорошим здоровьем и у них гармоничная личная жизнь. Они даже пахнут иначе! Все стремятся к счастью, верно? Мы тратим на достижение этой цели уйму времени и денег. Когда я писала эту книгу, индустрия «селф-хелп» («самопомощь». – Ред.) в США оценивалась в 11 миллиардов долларов и принесла английским издателям за пять лет 60 миллионов фунтов. Потребление антидепрессантов за последние пятнадцать лет увеличилось на 400 процентов. Сегодня эти медикаменты занимают третье место в мире по частоте их назначения врачами (после препаратов от повышенного уровня холестерина и обезболивающих средств). Даже те немногочисленные счастливчики, которые никогда не принимали таких препаратов или не держали в руках книг, обещающих поднять им настроение, использовали для той же цели еду, алкоголь, кофеин, кредитную карточку, наконец.

Но можно ли купить счастье? Я почти физически ощущала гнев богов глянцевых журналов, готовых обрушить на мою голову страшную кару за подобное святотатство. А что, если счастье – это процесс, который необходимо осуществлять? Нечто такое, на что нужно настроить свой разум и тело? И именно датчане до этого додумались?

Одно из преимуществ работы журналиста заключается в том, что на жизнь он зарабатывает «вынюхиванием». Мне удалось побеседовать с огромным количеством интересных людей под предлогом проводимого исследования – прекрасное оправдание для самых въедливых вопросов. И узнав о существовании датского «экономиста счастья» Кристиана Бьернскова[10], я тотчас связалась с ним. Он подтвердил мои подозрения относительно того, что наши северные соседи идут к счастью отнюдь не путем трат (а ведь моя жизненная стратегия на 90 процентов опиралась именно на такое видение!).

– Датчане не считают, что покупки приносят счастье, – объяснял мне Кристиан. – Большая машина в Дании означает лишь то, что ее владельцу придется платить больший налог. А уборка просторного дома отнимет больше времени.

По сути, о том же говорил и Notorious B. I. G.[11]: огромное богатство порождает ненужные тревоги. Согласно моему любимому приложению Google Translate, по-датски это звучит так: “mere penge, mere problemer”[12].Что же удерживает на плаву датские корабли? В чем секрет счастья этих людей? Я с изрядной долей скептицизма заявила Кристиану, что датчане, вероятно, ощущают себя настолько счастливыми просто потому, что они весьма непритязательны.

– Это полнейшее заблуждение, – мгновенно парировал он. – Принято считать, что датчане счастливы, потому что у них низкий порог ожидания.

Однако опрос, проводившийся