Тридцать один Ученик - Смеклоф Роман - Страница 54

54

А что прикажешь делать? Ты как рыба-прилипала, впился в моё беззащитное тело и хочешь оторвать самый жирный кусок! — он поморщился. — Стырить особенный, я бы даже сказал — бесценный артефакт!

— В Тринадцатом Тёмном Объединенном мире кража карается лишением всего имущества и временным изгнанием на поверхность! — вставил голем.

Я вздохнул.

— Символ свободы нужен, чтобы…

— Не имеет значения! — снова вмешался Евлампий. — Воровство нельзя оправдать!

Дядя усмехнулся.

— Твой голем мне нравится. А ты выметайся из кабинета и займись Мечтой пирата. Завтра решу, пускать тебя по рее или на колбасу.

— Да, учитель.

Я вышел на палубу и чуть не прошёл мимо двери камбуза. Так и хожу целыми днями туда-сюда, как заводная игрушка. Может мне и правда одна дорога? Я посмотрел в тёмную мутную воду за бортом. На корабле выбор небогат.

— Как ты мог? Замыслить такое! — причитал голем.

— «Отвлеки его!» — процитировал я. — Еще недавно кое-кто подсказывал мне, как спереть артефакт!

— Ты не понял, — возразил голем. — Я о другом.

— Да уж что тут непонятного, — отстраненно пробормотал я, поворачивая.

Не успел я войти на камбуз, фея заворчала:

— Быстрее дорезай овощи, я, что ли за тебя всё делать буду? Трым-рым!

Вздохнув, я взялся за морковь. Стряпня уже не радовала. Голем прав, я опять наделал глупостей. Моя жизнь висит на волоске. Оливье не глядя отправит меня на корм рыбам, если конечно не передумает.

— Пора. Трям-рям! Тащи до котла, — скомандовала фея.

Свалив нарезанные овощи в таз, я вышел на палубу. Голем упорно молчал. А что говорить? Прости, я запутался. Быстрее на поверхности Тринадцатого Тёмного Объединенного мира снова вырастут сады, чем гордый камень извинится.

В котле вовсю кипел бульон. Дядя ещё не вернулся из апартаментов, и готовкой руководил Чича.

— Где провалился, закидывай уже! — рыкнул он.

Я послушно всыпал овощи и сморщился. Расходящееся над котлом амбре не вызывало ничего кроме тошноты. Даже мой крепкий желудок сжался и жалобно просился наружу.

— Чем воняет? — просипел я, прикрываясь рукой.

— Левиафаном! — весело ответил боцман. — Жуткий смрад, аж до кишок пробирает!

Я натянул рубаху на лицо.

— Вы собираетесь это есть? — удивленно спросил я.

— Не бойся, подгорный коньяк отобьет вонь! Будет такая вкуснотища, за цепь тебя не оттащишь!

— Вряд ли, — неуверенно пробормотал я.

— Ты мне не веришь? — оскалился Чича.

— Верю, — поспешно согласился я, — но капитан обещал меня за борт выкинуть! Поэтому извини, мне не до радостных воплей.

— Забей, — махнул волосатой лапой боцман. — Отойдет, первый раз, что ли?

— Сомневаюсь, — уверенно возразил голем. — Оборотень хотел украсть артефакт!

Всё-таки надо узнать, как уничтожают големов. Носить на шее такое трепло, сущее наказание.

— А! — протянул боцман. — Тады баталия серьёзная. Капитан не терпит, когда трогают его цацки.

Я печально закивал.

— Последнего стырщика он оставил на драконьем архипелаге.

Летучий обезьян улыбнулся.

— Но тебе повезло, есть шанс не булькнуть! Сегодня праздник! После двух порций Мечты пирата все будут счастливы и довольны жизнью, даже капитан!

— Как это? — не понял я.

— Три бутылки подгорного коньяка из любого сделают милашку! — взревел Чича и заржал.

— В рецепте написано — две бутылки, — поправил я.

— Две для слюнтяев, — отозвался боцман. — Три для настоящих моряков!

Он улыбался, помешивая суп, а я отошел к фальшборту. Воняло ужасно.

— Он тебя простит, — закивал Евлампий.

— Почему? — не понял я.

— Ты что, ничего не слышал про подгорный коньяк?

— Нет.

— Невежда, — протянул голем. — Его готовят из винограда, пролежавшего в гномьих пещерах не менее пятидесяти лет.

— И он не портится? — удивился я.

— Никому не известно, — замогильно сообщил Евлампий. — Рецепт знает единственная каста алхимиков. Никому не удалось вызнать секрет. Говорят, они добавляют корень пещерного остролиста.

— И что? — не понял я.

— Ты давно из лесу вышел? — не выдержал голем. — Тролли, орки и всякие неразумные твари жрут корень, чтобы увидеть радугу.

— Это наркотик! — догадался я.

— Ты умен не по годам! — крикнул боцман.

У обезьяны великолепный слух, стоит об этом помнить.

— Наркотик, — согласился голем. — К тому же, подгорный коньяк настолько крепкий, что даже разведенный в котле свалит вас наповал. Почему думаешь, суп называется Мечтой пирата?

— Потому что готовить просто? — попытался угадать я.

Евлампий открыл рот, но только покачал головой:

— Когда Оливье наестся супа, запьянеет и подобреет. Ты уговоришь его смягчить наказание.

— Никогда бы не догадался! — насупился я.

Понадейся на никчемного болтуна и точно отправишься на подводную рыбалку.

— Голем прав, — крикнул боцман.

Ещё один умник. Такой гениальный экипаж, что лучше молчать, чтобы мудрыми советами не завалили. Я хотел объявить, как рад, что судьба свела меня с такими талантищами, но подошёл Оливье, прижав к груди три пыльные бутылки. Глянул в котел и сказал:

— Тащи черпак, шкрябка без ручки! Пора пенку снимать.

Нетрудно догадаться, к кому он обращался, поэтому я побежал на кухню. В дверях чуть не столкнувшись с феей, я любезно улыбнулся. Людмила несла специи, делая свой бесценный вклад в приготовление Мечты пирата.

— Смотри, куда прёшь! Тром-ром!

Пропустив её, я галантно, повинуясь злобному шёпоту голема, придержал дверь и вбежал на камбуз. Покопался в ящике стола и, не найдя черпака, снял с полки книгу рецептов.

— «Мне нравится готовить, я хочу быть вашим учеником»! — передразнил голем. — А сам не знаешь, где ковшик лежит. Стыдно должно быть!

Совестно, конечно. Зато я понял, на что давить, уговаривая Оливье. Стыдно должно быть ему. Он мой крестный отец и не должен убивать собственного крестника. Правда? Любой может оступиться, зачем сразу за борт. Нужно дать шанс исправиться. Звучит складно, но не слишком убедительно. К сожалению, ничего другого в голову не приходило. Вся надежда на подгорный коньяк!

Не притронувшись к обложке, я поставил книгу рецептов на полку. Черпак