Романтичная леди - Торп Сильвия - Страница 29

– Софи, попридержи язык! – резко оборвала дочь миссис Крессуэлл и воинственным взглядом впилась в непрошеного гостя. – Так-так, мистер Рэйвиншоу, или Ренфрю, или как там вас. Что вам от меня надо?

Гай не ожидал проявления неучтивости в чужом доме, тон подобного приветствия одним махом уничтожил все его благие намерения держаться в рамках приличий. Черные брови сошлись на переносице, серые глаза засверкали холодным блеском, и он произнес, не скрывая своего презрения:

– Я желаю, сударыня, видеть вашу племянницу, мисс Каролайн. Ваш слуга плел мне какой-то вздор, будто она покинула этот дом, но меня не так-то легко обмануть. Будьте любезны, сообщить мне правду.

– Правду хотите узнать, не так ли? – повторила за ним миссис Крессуэлл. – Так знайте, сударь, что чересчур много правды раскрылось сегодня здесь. Кстати, мисс Каролайн это не слишком-то пришлось по душе. Вам, осмелюсь заметить, моя правда тоже не сильно понравится!

– Тем не менее, сударыня, я желаю знать правду, и как можно скорее, но сначала позвольте мне заверить вас, что мое имя – Рэйвиншоу. Я никогда не слышал ничего о сэре Николасе Ренфрю.

– Ну, если вы тот самый джентльмен, помолвленный с мисс Линли, вам должно быть стыдно, сэр, – резко бросила Лиззи. – Моя испорченная, лживая племянница притворилась подругой бедной девочки, а сама завела за ее спиной любовную интрижку с вами. Честное слово, я никогда не слышала ни о чем подобном! А вы-то хороши! Нагло и бесстыдно привезли ее домой на своей шикарной карете, а теперь еще требуете встречи с ней! Хотелось бы знать, что вы о себе возомнили?

– Я предполагал, сударыня, – мрачно парировал Гай, – что в этом доме с мисс Крессуэлл обращаются если не с уважением и вниманием, то, по крайней мере, корректно, как принято в приличном обществе. Вижу теперь, как я ошибался. Поскольку вы ей не поверили, я не буду даже пытаться изложить вам свою версию, но скажу только одно – подозрения, столь откровенно высказанные вами, позорят вас гораздо больше, чем вашу юную родственницу.

– Выходит, все это только мои беспочвенные подозрения, не так ли? – проскрежетала зубами миссис Крессуэлл. – Выходит, я выдумала, что она лгала мне с тех самых пор, как вернулась. Так почему же она вырядилась так, как ни одна приличная молодая женщина в ее положении не могла бы себе позволить. Подарок от ее кузины! Кто ей поверит! Я-то знаю, каковы эти кузины, которые делают подобные подарки!

Неимоверным усилием воли мистер Рэйвиншоу сдержал гнев. Софи, после первой неудачной реплики до сих пор хранившая молчание, вздрогнула, взглянув на его лицо. В своем доме девушка давно привыкла к ссорам, противники повышали голоса и даже могли пустить в ход кулаки. Но странный посетитель вел себя необычно: мистер Рэйвиншоу явно гневался, об этом говорили его побелевшие губы и холодная ненависть в глазах, но он сохранял убийственное спокойствие.

– Я приехал сюда вовсе не ссориться с вами, сударыня, – заговорил Гай после короткой паузы, и Софи почему-то вздрогнула при звуках его голоса. – Если вы окажете любезность и сообщите мне, где я могу отыскать вашу племянницу, я положу конец нашей беседе, одинаково неприятной как вам, так и мне.

Миссис Крессуэлл, даже не смутившись, красноречиво фыркнула:

– Я не больше вашего могу предположить, где она сейчас находится. Я выгнала ее из этого дома со всеми пожитками, как только разгадала ее трюки. Мне приходится думать о нравственности своих собственных девочек!

– Вы выгнали ее? – недоверчиво переспросил Гай. – Но куда она пошла? Имеются ли у нее какие-нибудь деньги, есть ли у нее друзья, у кого она может найти кров?

– Она найдет и то и другое достаточно скоро, уж в этом-то я не сомневаюсь, – резко оборвала его миссис Крессуэлл. – Такого сорта девицы никогда не пропадают, хотя непонятно, что вы нашли в этой тощей, бледной как поганка, рыжеголовой распутнице. Мне не понять. Но в одном я уверена: ноги ее больше не будет в этом доме.

– Это уж непременно! Неужели вы думаете, я разрешил бы… – Гай остановился, словно опасался сказать слишком много. Пару секунд он, казалось, боролся с собой, чтобы не потерять самообладание, но потом коротко бросил: – Прощайте, сударыня. Вы сказали мне гораздо больше, чем я надеялся.

Он резко распахнул дверь, заставив вздрогнуть слугу Сайласа, бесцельно слонявшегося в подозрительной близости от двери в гостиную. Мистер Рэйвиншоу насмешливо посмотрел на него, но когда тот бросился вперед и распахнул перед ним парадные двери, внезапно остановился и о чем-то задумался.

– Если мисс Каролайн сюда вернется или пришлет весточку, будьте любезны, известите меня немедленно об этом. – Он достал из кармана карточку, набросал что-то на оборотной стороне и отдал вместе с деньгами слуге. – Вот мой адрес, а если вы что-нибудь сами узнаете и сообщите мне, вас ждет награда.

Сайлас, ставший обладателем суммы, которую никогда раньше не держал в руках, заверил мистера Рэйвиншоу, что он приложит все усилия, и с почтительным поклоном проводил щедрого посетителя до порога. Затем, запрятав карточку и деньги глубже в карман, направился на кухню, где сообщил Бекки и кухарке, что он будет последним человеком, если обвинит мисс Каролайн, что она предпочла покровительство этого благовоспитанного и шикарного щеголя униженному положению в доме своего дядюшки.

Выйдя за порог негостеприимного дома и натягивая перчатки, Гай Рэйвиншоу припомнил, что мисс Крессуэлл несколько раз упоминала в разговоре сестру капитана Уайльда.

Он мог только надеяться, что после того, как тетка выгнала ее, Каролайн нашла убежище у этой дамы и он отыщет ее там.

Бесконечные остановки вызванные оживленным движением на узких улицах Сити, не слишком способствовали восстановлению спокойствия Гая, но в конце концов он все же добрался до дома своей невестки. Не успели они остаться одни, как он настоятельно поинтересовался:

– Джейн, вы знаете миссис Фентон? У вас есть ее адрес?

Джейн Рэйвиншоу с некоторым удивлением посмотрела на него. Эта симпатичная светловолосая молодая женщина и ее шурин относились друг к другу (к большому удивлению некоторых знакомых) с глубокой симпатией. В этот день он уже второй раз заходил к ней. Во время первого посещения Гай во всех подробностях рассказал ей об удивительных событиях, происшедших с ним, и она, догадываясь о недосказанном, была в одинаковой степени и заинтригована, и восхищена.

– Миссис Фентон? – переспросила она. – Да, немного знаю. Кажется, она живет на Брук-стрит, но, ради бога, зачем вам это?

Он объяснил, передав вкратце свой разговор с миссис Крессуэлл.

– Какая ужасная женщина! – потрясенно воскликнула Джейн. – Я помню, вы опасались, что мисс Крессуэлл может оказаться в несколько неловкой ситуации, но такое развитие событий даже невозможно было себе представить. Скорее идите к миссис Фентон, Гай. Вы ведь не успокоитесь, пока не удостоверитесь, что Каролайн в безопасности. Ох, и спросите мисс Крессуэлл, можно ли мне навестить ее завтра. Мне так хочется познакомиться с ней.

Он пообещал спросить об этом и ушел, оставив Джейн размышлять над его рассказом и в красках рисовать себе жизнь, которую Каролайн Крессуэлл вела в доме своих родственников. Джейн все еще строила догадки и предположения, плохо представляя себе действительность, когда мистер Рэйвиншоу вернулся гораздо скорее, чем она ожидала. Одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы понять: все складывается очень и очень плохо.

– Фентонов нет в городе, – коротко ответил Гай на ее обеспокоенные вопросы. – Каролайн заходила к ним больше часа назад, но она не оставила никакой записки, а этот дурак дворецкий даже не знает, куда она могла бы пойти.

Джейн горестно вздохнула:

– Должен же быть кто-то еще, к кому она могла бы обратиться за помощью, какие-то друзья или знакомые.

Гай покачал головой:

– Не думаю. Едва ли она сможет после всего случившегося пойти к Линли, да и среди знакомых дяди нет никого, с кем бы у нее сложились достаточно близкие отношения.