Земля лишних. Новая жизнь - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 100

Для ГМ-94 тоже дело нашлось. Все набили гранатами и все разложили на открытом ходовом мостике. И цинки с гранатами поставили дополнительно. В случае необходимости будем прямо с мостика обстреливать что попало. По три-четыре гранаты в подозрительное место – тоже неплохо. А еще добавить к ним РПГ с осколочными и термобарическими гранатами. Кого туда, понадежней? Не знаю, вспомнят ли шкипер с помощником про опасную зону на двадцать метров назад? Новичок с гранатометом опасней любого противника: как даст по своим выхлопом – и поминай как звали.

И кроме всего этого – еще и сюрприз. Какой? А простой. Все «печенеги» с лентами уложены у стенок кают-компании. В случае атаки хватаем все четыре, приподнимаемся над бронепоясом и даем одновременно по очереди в пятьдесят – сто выстрелов в одно и то же место, по одной цели. Эффект в таких случаях потрясающий – представьте себе, как в вас, пусть даже укрывшегося, разом прилетает так двести, или триста, или четыреста пуль. Как оно? Обычно впечатляет – долго потом будете решаться из укрытия высунуться, если успели укрыться, конечно. А нам большего и не надо.

Еще один «корд» никуда не лез, нигде не размещался, и специалистов для пользования им в «безстанковом виде» тоже не было. Поэтому его тоже сняли со станка и уложили у стены кают-компании. Он нам потом пригодится, если отсюда выберемся.

Маноло нашел целую кучу медикаментов и перевязочных материалов, щедро поделился с Джозефом Мпота и сам приготовил целую коробку, заваленную ИПП. Обитателям же баржи приказали вооружиться, но в драку не лезть, – если только по команде их капитана Джозефа. А до того момента залечь за крепкими высокими бортами баржи и головы не поднимать. Ни при каких условиях! Что бы ни происходило!

Спешили, но не суетились и за два часа успели очень многое – и перетащить кучу трофеев на судно, и даже недавним рабам найти нормальную одежду. Плюнув на цвет смешанной с глиной воды, почти все они отчаянно отмывали с себя тюремную грязь на мелководье. Во время плена у них была лишь одна возможность подойти к воде – в виде трупа, на скармливание акулам и прочей живности, или живым, с той же целью, в качестве кары за попытку побега.

Раулито взял себе в помощники сержанта Лиму, который оказался толковым подрывником, и они, используя огромные найденные запасы взрывчатки, минировали все, что мы не могли вывезти. Тех пленных, которых мы использовали в работе, затем заперли в бараке, где раньше содержали рабов. Затем я сказал об этом Джозефу Мпота, и он пошел туда с несколькими бывшими пленными, на ходу снимая автомат с плеча. Вскоре из барака донеслась беспорядочная стрельба, крики, а затем все затихло. Бывшие рабы вышли из барака и направились назад. Ну что же, примитивная, но явная справедливость восторжествовала. Для работорговцев и рабовладельцев в этом мире приговор один – смертная казнь. И у меня при этом не возникло никаких мук совести.

Трофеев было очень, очень много. Невероятно много. В маленьких бандитских лагерях посреди болот так не бывает. Не положено. Что-то здесь не так. Даже тех же МОН-50 взяли множество со склада, но вокруг лагеря их не было совсем. Для кого все хранилось? А вот денег в лагере было мало. В сейфе у командиров нашлось всего пятьдесят тысяч с мелочью. Не копейки, конечно, но я думал, что наркоторговцы должны быть побогаче. Или все деньги ушли на покупку оружия?

Долго пришлось распределять людей по всему наличному оружию. Весь экипаж пристроился на открытом ходовом мостике, кроме раненого Тима с забинтованным лицом, который ушел к дизелям, решив, что его место, как моториста, следить за ними непосредственно до конца прорыва. Возглавил оборону мостика я сам, вооружившись РПГ-7. Я хорошо из него стреляю – вот и решил взять эту обязанность на себя. И здесь же устроился раненый Браун, который, сидя на палубе, должен был выполнять обязанности заряжающего. Точнее – подавать те снаряды, которые мне потребуются.

Пако, Индиец Джо и сам шкипер Соуза вооружились ГМ и должны были палить из них во все подозрительное, не жалея гранат. Благо гранаты мы вывезли все, какие нашли, а нашли их очень много. Пусть стреляют неточно – лишь бы энергично. Те же обязанности были у залегших на носу среди мешков с песком Луиса и Карлоса. Они из своих АГС должны были обстреливать все подозрительное в зоне видимости. Коробок с гранатными лентами у них чуть не по десятку рядом лежало, так что особо жалеть боеприпасы не требовалось.

Бонита, Смит, лейтенант Рибейра и сержант Лима засели в кают-компании, вооружившись с неба свалившимися «печенегами». Дмитрий уселся за «корд» – естественно, как самый лучший специалист по обращению с пулеметами, а Маноло пристроился к нему заряжающим.

Пленную девицу Бонита отвела вниз, где опять приковала ее к рукоятке двери в кондейку, в которой содержали Длинного. Для страху она дала девице пару подзатыльников и посадила однорукого нынче Игнасио сторожить ее и кладовки с пленными, чтобы чего не вышло.

Немного отмытые и хорошо вооруженные, освобожденные рабы расселись на дне баржи, за штурвал которой встал Джозеф Мпота. Рация короткой связи на барже была, поэтому связь наладили быстро. Проверили работу двигателя на барже, управление – все в порядке. Можно было трогаться. И мы тронулись.

Загнав в трубу РПГ осколочную гранату и опирая гранатомет раструбом в палубу, я устроился рядом со шкипером. Соуза сдвинул рычаги машинного телеграфа вперед на пару делений, траулер тронулся с места и пошел по гладкой воде, слегка разгоняясь. Я достал позаимствованный у Дмитрия бинокль-тепловизор, зашарил им по кустам. Вообще тепловизор здесь так себе работает – очень уж густая листва, даже тепло не пропускает, и земля к вечеру не успевает охлаждаться. Гниющие листья тоже дают тепло, что окончательно смазывает контраст. Пако тоже пользовался тепловизором, но тоже без особого эффекта.

Джозеф Мпота оказался опытным рулевым. Баржа шла сзади как привязанная, не приближаясь, не удаляясь, не ломая строя. Пока все было тихо.

– Хорошо бы и дальше так, – шепнул я шкиперу.

– Даже не надейтесь, – также шепотом, будто кто-то мог нас услышать, ответил Соуза. – Мы такой шум устроили – половина банд должна была сюда стянуться. Одна надежда, что они сразу, в темноте, не полезут проверять, что случилось: слишком стрельба была интенсивная. Могли и русские егеря налететь, а кому надо с ними связываться?

– А через десять минут еще все склады рванут, – добавил я. – Здесь как взрыв вулкана Кракатау будет.

– Не разминируют? – спросил шкипер.

– Нет. Раулито все минировал на неизвлекаемость, – ответил я. – Только подрывом, а на это мы согласны. И не успеют к тому же.

– Может быть, это отвлечет их, – вздохнул Соуза. – Надеюсь.

– И я надеюсь.

Еще окончательно не стемнело, но и светло тоже не было. Были сумерки в самом разгаре. Соуза был вынужден подсвечивать карту, на которой были изображены фарватеры, действующие на этой неделе. Смиту удалось разговорить пленных, причем именно подсказанным мною способом: продолжать путешествие на одной барже со своими бывшими рабами никто не захотел.

– Браун… – окликнул я сидящего на палубе и белевшего повязкой на ноге заряжающего. – А как догадались местных боссов живыми взять?

– Смит догадался, – ответил тот. – Они подошли к борту и сразу предложили сдаться. Показали трос, тяжелые пулеметы, толпу на берегу. Думали, что мы пришли вообще в прежнем составе – мы со Смитом и экипаж. В общем, вели себя так неосторожно, что нельзя было не воспользоваться. Охрана стояла далеко, можно было выбить их одним взрывом, не навредив боссам. И когда я бросил гранаты в их охрану, Пол сбросил этим двоим «глушилки». Они и попадали. А дальше зачем их было убивать? Пригодятся. Я спрыгнул с борта, подцепил их и затащил в баржу. А уже в барже пуля рикошетом меня достала – от борта.

– Гениально, – искренне сказал я. – Может быть, им еще и заложниками доведется здесь поработать.