Любимая игрушка - Краснова Галина Владимировна - Страница 63

— Так, уважаемый, я хочу, чтобы через десять минут мы с этим спящим красавцем стали супругами. Возражения не принимаются. Приступайте.

Аарон дернулся, злобно засопел, но промолчал. Я прямо восхищаюсь его умом и выдержкой.

— Но он же спит! — возразил священник. — Как я могу? А вдруг он против?

Усевшись на кровать, я потрясла Дея за плечо, пытаясь разбудить. Мда, легче сделать из Камиллы скромную монахиню.

— Дей, а Дей! Ты хочешь, чтобы я стала твоей женой?

Он перевернулся на бок, пытаясь избавиться от раздражающего фактора.

— Да, любимая, конечно.

Согласие в стиле «отстань от меня, кошмар в ночи» было получено. Ну, ничего, сойдет и так. Я победно взглянула на священника. Тот лишь покорно вздохнул, открыл свою книжку и что-то забормотал. Я не вслушивалась. Слава богам, больше от нас с Деем ничего не требовалось и через двадцать минут унылого завывания, священник возложил свои руки нам на головы. Браслеты вспыхнули, ослепляя, и… пропали, оставив вместо себя переливающиеся золотом татуировки.

— Спасибо вам. А теперь позвольте мне остаться с мужем наедине.

Священник устало улыбнулся и вышел, увлекая за собой Аарона. Как только двери закрылись, я вскочила и задвинула засов. Вернувшись в кровать и прижавшись к теплому боку новоиспеченного мужа, умиротворенно заснула.

Турвон Дей Далибор

Еще даже толком не проснувшись, я понял, что лучше не шевелиться, так как под боком у меня сладко сопела Лина. Но это было выше моих сил. Она рядом, цела и невредима, а я не могу ее даже обнять, так как от одного единственного моего движения она сразу проснется. Так и случилось. Как только я прижал ее к себе, то сразу почувствовал легкий поцелуй в шею. По телу пробежала дрожь.

— Милая, не стоит этого делать.

Ага, я сейчас не сдержусь, а она потом будет обижаться и обвинять меня во всех грехах.

— То есть, супружеский долг ты выполнять отказываешься? Я правильно тебя поняла, милый? Что ж, придется пойти поискать утешения на стороне. Например, у Аарона.

Она хитро улыбнулась и вскользнула из кровати, намереваясь покинуть комнату, но я успел схватить ее за руку. И смысл ее слов до меня дошел, когда вместо браслета я увидел на ее запястье золотую татуировку.

— Ты моя жена? Но как? Когда?

Я потянул ее к себе и не ощутил сопротивления. Лина охотно скользнула ко мне в объятия и снова поцеловала в шею, отчего остатки сна окончательно испарились.

— Пока ты спал, любимый, пока ты спал. А что, не рад?

Я не рад? Да я в восторге! Зарычав, я сдернул с нее рубашку и прильнул к губам, которые так давно меня манили.

— Любимая, проснись, долг зовет.

— Какой еще долг в час ночи?

— Супружеский. Нет, я не понял, ты что, спать собралась в нашу первую брачную ночь?

— Да ладно, уломал, отдавай свой долг…

— Желанная моя…

— Опять?!

— Ты должна меня понять — я так долго ждал…

— Милая…

— Боги, и зачем мне понадобилось проводить этот обряд? Ты мне совсем спать не дашь?

— Не сегодня, жена моя…

— Любимый! Проснись! Ты мне должен!

— Лина, я устал, дай поспать…

— Если ты сейчас от меня отвернешься, то я заведу себе любовника. Так и знай!

— Размечталась! Любовника она заведет… Да я себя загоню, но сделаю так, чтобы у тебя и помыслов не было ни о каких любовниках!

— Звучит многообещающе! Ай, только не кусайся!

Проснувшись в очередной раз, я с улыбкой посмотрел на Лину, привыкая к мысли, что теперь она моя жена. Такая хрупкая с виду и сильная внутри. Я уже не надеялся уговорить ее по-хорошему выйти за меня замуж, продумывая шантаж, но она вдруг сама исполнила мое желание, без уговоров и угроз. Приятно, но настораживает. Что это вдруг с ней случилось?

Осторожно выбравшись из-под Лины, я укутал ее в одеяло и собрал разбросанную одежду. Мышцы приятно ныли, переполненные энергией. Хотелось еще раз разбудить человечку и убедиться, что мне все это не приснилось, но тогда она задушит за то, что не дал выспаться. Поэтому я просто погладил ее по волосам и поцеловал в плечо, вслушиваясь в сонное бормотание, не несущее смысловой нагрузки.

В дверь постучали. Получив разрешение, ввалились два кнерта.

— Тентемо, позвольте у вас узнать, желателен ли для вас этот брак.

Аарон — ревностный поборник традиций и законов. Мой племянник, не имеющий никаких прав на престол, будучи всего лишь незаконнорожденным бастардом, добился многого своими силами и получил право задавать мне такие вопросы.

— Желателен? Да я в последнее время только о том и думал, как эту козу упрямую уговорить стать моей женой. Аарон, если со мной что-то случится, то именно ты должен будешь позаботиться о ней. Сам умри — но она должна будет жить. Даже если захочет покончить с собой. Ты меня понял?

Понятливый пацан преклонил передо мной колено и кивнул, прижав правую руку к сердцу.

— Я не подведу вас. Я буду защищать леди всю жизнь. Клянусь своей душой, и пусть боги подтвердят мою клятву.

На это я и рассчитывал. Теперь Аарон полностью принадлежал Лине, что меня абсолютно устраивало. В его верности я мог не сомневаться, а значит, не опасаться больше за девчонку.

— Ладно, теперь о делах. Камилла что-нибудь рассказала? Сообщение Императору было отправлено?

Аарон немедленно поднялся и принял трагический вид. Все стало ясно.

— Камиллу допрашивали шесть раз, — грустно ответил он. — Нам она ничего не рассказала, но с леди Ангелиной общалась довольно долго. Так что всей информацией владеет ваша жена. Сообщение Императору отправили, ждем ответа.

Лина уже успела допросить Камиллу? И блондинка после этого выжила? Значит, моя семейная жизнь обещает быть нескучной — у моей жены полно сюрпризов.

— Хорошо. Я расспрошу Лину о ее разговоре с Камиллой, а ты, будь добр, распорядись, чтобы нам с ней принесли завтрак в номер.

Я вернулся в комнату и тут же улегся на кровать, обняв Лину.

— Солнышко…

— Отстань, изверг…

Извернувшись, девчонка попыталась натянуть одеяло на голову, но я со смехом отобрал его вовсе, любуясь стройной фигурой свой жены.

— Любимая, ты бы оделась, а то нам надо поговорить, а я лишаюсь способности соображать, глядя на тебя.

Она весело фыркнула, вскочила с кровати и быстро натянула на себя штаны и рубашку, заставив меня возненавидеть все свои должностные обязанности. Вот вернемся домой — запрусь с ней на неделю в спальне. Или на месяц.

— Ну, дорогой, и о чем ты хотел поговорить?

Она прижалась ко мне и лукаво улыбнулась, глядя прямо в глаза и прекрасно осознавая, что мои мысли все дальше и дальше уходят от дел. Как говорится, вся кровь от мозга отливает, и он перестает работать. А ведь отодвинуться от жены силы воли не хватает.

— А… э… о чем это я?

Почти неощутимый поцелуй в шею окончательно добил мозг, вынудив его капитулировать. Впрочем, нас отвлек стук в дверь. Принесенный завтрак заставил Лину отвлечься, дав мне возможность собраться с мыслями.

— Аарон доложил мне, что ты общалась с Камиллой. Она тебе что-нибудь сказала?

Человечка кивнула и торопливо прожевала кусок мяса.

— Дрэна нанял Алекс. Ему было приказано захватить меня и убить вас. И те духи для Камиллы тоже он сделал.

Вилка в моей правой руке погнулась и, оказав достойное сопротивление, все же сломалось. Скулы свело судорогой. С этим Алексом пора что-то решать, он стал слишком опасен. И если бы маскар не был когда-то другом Лины, то давно бы уже был покойником.

— Дей? Насчет Камиллы: я обещала ей жизнь…

С чего вдруг такая трогательная забота об этой кукле? Неужели это не все, что блондинка рассказала моей жене? Тогда что же еще?

— Муж мой разлюбезный, не смотри так на меня, а то мы будем спать в разных комнатах, я уже начинаю тебя бояться.