Прекрасный принц - Гарвуд Джулия - Страница 93

Ее прошлое не имеет для него никакого значения. То, что он узнал, не оскорбило его и не вызвало отвращения. Тэйлор удивилась тому облегчению, которое почувствовала. Она даже не представляла, насколько для нее важна его реакция.

Боже, как же она любит его!

– Лукас, отнеси меня в постель.

Эти ее слова только усилили его чувство голода. Они не виделись несколько долгих недель, и единственное, о чем он мог думать, – это чтобы снова заключить ее в свои объятия. Он сгорал от желания испытать все это вновь, ощутить, как она крепко сжимает его внутри себя, показать ей, как сильно он ее любит.

Губы его прижались к ее губам. Язык проник внутрь и начал ласкать ее язык. Лукас гладил ее плечи и спину, а потом приподнял ее и прижал к своей возбужденной плоти.

Когда он наконец оторвал свои губы от ее рта, оба долго не могли отдышаться. Лукас понимал, что стремительно теряет контроль над собой. Он поднял Тэйлор на руки, намереваясь отнести обратно в лагерь. Они займутся любовью в уединении своего фургона, и даже если умрет, он должен быть уверен, что она первой получила удовольствие.

Он ощутил под своей ладонью ее гладкую кожу и резко остановился.

– Где твое белье?

Она горячо поцеловала его в шею.

– Я его не надела.

Лукас чуть не уронил ее. От нетерпения он ускорил шаг, а когда приблизился ко второму фургону, до него дошло, что там Виктория.

– Она сегодня спит с детьми, – шепотом успокоила его Тэйлор.

Он помог ей забраться внутрь и последовал за ней. Их постель была уже готова: на полу лежала толстая подстилка, достаточно широкая для двоих, а на ней простыня и одеяло.

Лукас опустил полог фургона, и все погрузилось в темноту.

Он сбросил с себя всю одежду раньше, чем Тэйлор освободила волосы от многочисленных заколок и шпилек. Она стояла на коленях на их ложе. Лукас растянулся рядом, повернулся на бок и медленно начал ласкать ее бедро изнутри, прокладывая тропинку к тому месту, где сходятся ноги. Пальцы его пробежали по ее нежной плоти, а потом начали гладить ее.

Тэйлор запрокинула назад голову, закрыла глаза и простонала в знак капитуляции. Наслаждение, которое он дарил ей, было почти невыносимым. А когда его пальцы медленно проникли внутрь, тело ее инстинктивно ответило ему. Бедра задвигались в ритме совокупления, чтобы еще увеличить наслаждение.

Ему пришлось самому снимать с нее платье, потому что она забыла, как это делается. Но она не могла перенести даже этой мгновенной разлуки и пыталась заключить его в свои объятия. Оба теперь стояли на коленях лицом друг к другу. Он снова припал к ее губам в долгом, хмельном, глубоком поцелуе. Его руки ласкали ее грудь, а потом задержались на изгибе бедер.

Руки Тэйлор покоились у него на груди. Ее прикосновения были воздушно-легкими, причиняющими сладкую муку. Дыхание его участилось, когда руки ее, лаская, стали опускаться вдоль его тела и она становилась все смелее, а когда наконец пальцы ее сомкнулись кольцом вокруг его возбужденной плоти, он издал такой стон восторга и наслаждения, что ему показалось, будто этот стон заполнил его целиком.

Лукас чуть было не потерял контроль над собой прямо в это мгновение. Ни на секунду не отрывая губ от ее рта, он отвел руку Тэйлор, обнял ее и нежно опустил на постель. Потом крепко прижал ее к себе и повернулся на спину.

Ладонью он держал ее за шею сзади, а губы его снова припали к ее губам, и в это время он тихонько раздвинул коленкой ее ноги. Она потерлась о него, и это окончательно лишило его самообладания. Рука его опустилась ниже и проникла в ее теплую и влажную плоть. Он истязал ее своими пальцами, пока она не сжалась в его объятиях, и тогда он приподнял ее и медленно проник внутрь. Она стояла на коленях, как бы оседлав его, и, поддавшись нежному давлению его бедер, приняла его в себя. Теплый шар наслаждения где-то глубоко внутри, казалось, разбился на тысячу осколков. Тэйлор уже не в силах была медлить и сдерживаться. Она крепко сжала его кольцом внутри себя и стала ритмично двигаться.

Наслаждение, которое они дарили друг другу, вскоре стало невыносимым. Никто из них уже не мог терпеть. На сей раз он был первым. Он выгнул спину и выплеснул в нее свое семя. Сила его освобождения подействовала и на нее. Она простонала его имя и упала на него без сил.

Оба долго не могли прийти в себя. Он оставался в ней столько, сколько мог, крепок прижав ее к себе, пока дыхание ее не выровнялось.

– Я и не знала, что мы можем…

– Можем что? – спросил он.

– Вот так, – объяснила она.

По ее голосу Лукас понял, что она покраснела. Он засмеялся в ответ:

– Ты ведь минуту назад была настоящей ведьмой. Она вздохнула от удовольствия и закрыла глаза.

– Мне очень понравилось…

– Я знаю. У меня остались следы твоих ногтей в доказательство.

По его голосу можно было понять, что он очень горд и доволен собой, но Тэйлор слишком утомилась, чтобы спорить с ним.

Она подумала, что начинает нравиться Лукасу. А со временем, если она изо всех сил постарается не командовать и не распоряжаться окружающими и перестанет вести себя так, будто ей одной известно, что им всем следует делать, и если ей удастся доказать, что она прекрасно живет вдали от цивилизации, вот тогда, может быть, его симпатия перерастет в любовь. Она сказала ему, что была несчастна, и теперь ей нужно только одно: чтобы ее муж ощутил то же самое. Она засыпала, когда Лукас повернулся на бок и укрыл их обоих одеялом. Потом снова притянул ее к себе и закрыл глаза.

– Тэйлор!

– Да?

– Мы не станем воспитывать сына и дочерей так, как воспитывали нас. Они никогда не побоятся рассказать нам то, что их тревожит. Не будут стесняться и стыдиться своего тела, и, видит Бог, если кто-нибудь когда-нибудь притронется к ним, они будут знать, как позвать на помощь.

18

Любить Лукаса было легко. Но ладить с этим невыносимым человеком – совсем другое дело. Тэйлор даже не представляла, какой он упрямец, пока он не отказался уступить и прислушаться к голосу разума. А предметом их обсуждения было то, где им жить, хотя обсуждением вообще-то занималась только она. Лукас просто сообщил ей, что они переезжают жить в большой город, и наотрез отказался слушать ее доводы против такого плана. Но она была полна не меньшей решимости оставаться там, где была.

И время тоже было на ее стороне. Виктория совершенно вымоталась за время их путешествия, и ей необходим был отдых, прежде чем они отправятся дальше. Верная подруга только-только выбралась из фургона, когда услышала, как Тэйлор сообщает Лукасу, что ей нездоровится. Она немедленно запрыгнула обратно в фургон и улеглась в постель.

Хантер собирал свои вещи, намереваясь отправиться в горы. Услышав, что Виктория больна, он начал находить множество причин, по которым не может ехать.

Конец их спору положил Ролли, который в сопровождении еще трех человек решительным шагом подошел к их лагерю.

– Наш разговор не окончен, – прошептала Тэйлор мужу, а потом с улыбкой повернулась к гостям.

– А мы ни о чем и не разговариваем, – заявил Лукас. – Как только Виктории станет лучше, мы уезжаем отсюда.

Тут Джорджи и Элли хором потребовали, чтобы он обратил на них внимание. Лукас присел на корточки, чтобы узнать, что им нужно.

Хантер гасил костер, на котором они приготовили завтрак. Дэниел помогал ему.

– Росс, Хантер, – позвал Ролли и поприветствовал каждого из них кивком головы. Потом остановился рядом с Тэйлор и отвесил ей поклон:

– Доброе утро, миссис Росс. Раз уж вы приобрели себе дом, то я подумал, может, нам с ребятами заняться там ремонтом? Мы проверим, не завелось ли в доме какой гадости, чтобы вы были спокойны, что к детям в постель никто не заползет.