На «Орле» в Цусиме: Воспоминания участника русско-японской войны на море в 1904–1905 гг. - Костенко Владимир Полиевктович - Страница 102

Снова подтверждается, что японцы обошли левый фланг армии Куропаткина и в его тылу захватили Гирин. Между тем среди главного армейского командования царят раздоры и взаимные обвинения. Командующие армиями заявляют, что Куропаткин своей нерешительной тактикой губит войска.

20 февраля из Марселя пришел очередной почтовый пароход с частью почты, направленной через Гинзбурга. Дата последних полученных русских газет — 7 января. В них уже есть описание заводских забастовок и характеристика настроений рабочих масс, которые вылились в шествие на Дворцовую площадь к царю и закончились массовым расстрелом на петербургских площадях и улицах. Некоторые из наших офицеров уже получили письма, датированные 21 января. Но так как они написаны лицами, принадлежащими к военной среде, то в их описаниях дано освещение событий чисто внешнее и, конечно, крайне тенденциозное. Однако дело не в субъективных выводах авторов, а в фактах, которые говорят сами за себя.

На эскадре снова распространились упорные слухи о скором уходе с Мадагаскара в Индийский океан. Всем кораблям приказано было пополнить запас угля до предельного, назначенного адмиралом. «Орел», приняв 1300 тонн, покрыл весь расход, сделанный за месяц якорной стоянки, и снова имеет на борту 2350 тонн. Среднее углубление достигает в этом состоянии перегрузки 31 фута, т. е. на 5 футов более нормальной проектной осадки. Батарейная палуба — всего на 2 фута выше ватерлинии, а главный броневой пояс находится на 3 1/2 фута ниже уровня воды.

В каком направлении двинется эскадра — точных сведений нет.

25 февраля. Уже кончается февраль, а эскадра все на якорной стоянке. Очевидно, выход в океан, предсказанный на 26 февраля, снова будет отсрочен.

Адмирал решил дождаться прихода транспорта «Иртыш», который, по сведениям из штаба, придет 28 февраля. Кроме того, на днях должен прийти от Гинзбурга пароход с мясом. С ним надеемся получить почту, которая, очевидно, будет прощальным приветом с Родины перед уходом на театр войны.

Наступила масляница, но на эскадре это ничем не отмечено. На нашем соседе в строю — «Бородино» вчера устроили блины. Играл оркестр музыки. Завтра, в субботу, предполагается устроить развлечение для команды и у нас на «Орле».

Адмирал остался недоволен, что «Орел» прекратил погрузку, приняв только 2350 тонн, и приказал догрузить еще 150 тонн, что вчера и было выполнено.

Кроме того, все корабли непрерывно принимают с транспортов усиленные запасы расходных грузов и продовольственных продуктов по нормам из расчета на четырехмесячный срок. В перегруженном состоянии высокобортные броненосцы глубоко осели в воду, и их наружный вид резко изменился. Над водой по ватерлинии осталась узкая полоска второго броневого пояса толщиной всего 6 дюймов, накрытого броневой батарейной палубой в 1 1/4 дюйма на протяжении батареи 75-миллиметровых орудий и утолщенной до 2 дюймов в оконечностях. Это — вся наша броневая защита боевой живучести, так как выше батарейной палубы идет легкий незащищенный борт. Достаточно нескольких случайных пробоин от снарядов выше броневой палубы, и корабль уже окажется в критическом положении, на краю гибели. При самом малом крене и разрушенном легком борте ему будет грозить опасность опрокидывания килем вверх.

28 февраля. Известие о мукденском поражении армии. Эти дни мы находились под впечатлением самых противоречивых слухов и телеграфных сообщений французских газет с Маньчжурского фронта. Под Мукденом разыгралась полоса самых ужасных сражений, закончившихся тяжелым поражением и новым отступлением русских армий Куропаткина. Видимо, противоречивость поступавших в последнее время сообщений вызывалась тем, что известия приходили не сразу, а постепенно, по мере развития генерального боя, исход которого определился к концу всей серии боевых операций.

Теперь он известен нам по телеграммам последних французских газет. Японская армия, получив после капитуляции Артура подкрепление в виде освободившихся корпусов генерала Ноги с осадной артиллерией, снова обошла левое крыло фронта Куропаткина, которое было разбито. Русские потеряли до 50 тысяч пленными и столько же убитыми и ранеными. Мукден сдан со всеми укреплениями и запасами.

«Отступаю по всей линии», — доносит Куропаткин.

Сегодня получен приказ адмирала: приемку машинных материалов на переход в 45 суток закончить 1 марта.

По слухам из штаба, эскадра покинет Носси-Бе 3 марта. Видимо, под впечатлением последних сообщений с театра войны адмирал решил ускорить свой выход и отказался связывать свой поход с приходом эскадры Небогатова, которую он считает обузой для себя.

Последний сигнал сегодня гласит: быть готовыми сняться с якоря через 24 часа по получении приказания.

Последняя причина, задерживавшая уход Рожественского, наконец, отпала. 26 февраля в Носси-Бе прибыл долгожданный транспорт «Иртыш». Он вышел из России 28 декабря и совершил весь переход до Мадагаскара за два месяца. Эскадра надеялась, что с ним будет получен последний прямой транспорт почты из России, который прольет более яркий свет на политические события, происходящие на Родине. Эти надежды оказались тщетными, так как на «Иртыше» почты не было. В Петербурге слишком заняты своими текущими делами, чтобы заботиться о снабжении нашей эскадры письмами и газетами.

Полное разочарование постигло и адмирала. Снарядов на транспорте не оказалось. Выяснилось, что второй комплект «для большей сохранности» отправлен прямым железнодорожным путем прямо во Владивосток, а «Иртыш» доставил груз... в 10 тысяч тонн угля. Транспорт потерпел аварию в Балтийском море, и пока стоял в Либаве, снаряды выгрузили и отправили по Сибирской железной дороге, но не нашли даже нужным уведомить об этом Рожественского.

Последнее полученное мной письмо из дома было датировано 8-м декабря. Между тем пароход из Марселя до Носси-Бе идет 21 день и выходит регулярно каждые две недели. Следовательно, при умелой организации доставки почты мы имели бы полное. право ждать писем, отправленных из дома по 20 января.

У всех рождается подозрение: не скрывается ли за этим запозданием почты установленный правительственный «карантин», чтобы оградить наши головы от вредных влияний и как можно долее держать в неведении насчет событий, происходящих на Родине? Но едва ли письма из России будут «опаснее» сообщений, которые мы получаем через агентство Рейтера, обслуживающее французские газеты, минуя петербургскую цензуру. Зато разобщение с Родиной и семьями путем лишения регулярных писем далеко не содействует укреплению бодрости духа.

1 марта. На этот раз можно полагать, что уход эскадры предрешен. Все корабли спешно заканчивают расчеты с берегом. День и ночь идет приемка запасов с транспортов, «Камчатка» сдает заказанные ей изделия, а катера, барказы и шлюпки непрерывно шныряют между кораблями и пристанью. Снова вся эскадра догружает уголь с немецких угольщиков до самого полного запаса, предписанного адмиралом. «Орел» принял барказами 120 тонн, чтобы возместить расход нескольких последних дней.

Все поступающие с берега сведения подтверждают известия о крахе на нашем сухопутном фронте. Газеты сообщают, что уже нависает угроза над Владивостоком, так как японский флот, владея морем, готовит десантную операцию, чтобы отрезать его с севера ранее прихода эскадры Рожественского.

Адмиралом из разных разведывательных источников получены подробные сообщения о приготовлениях к нашей встрече, ведущихся японцами в водах Зондского архипелага. Так как мы при движении к северу не можем миновать проливы, то японцы заранее могут знать вероятные пути, которыми должна проследовать русская эскадра. По сведениям печати, в проливах уже сосредоточено 12 подводных лодок.

При вступлении в Южно-Китайское море нам предстоит разрешить ряд сложнейших тактических задач еще до встречи с главными силами противника. Японцам, несомненно, выгодно ослабить наши силы еще до генерального боя. Проливы между островами Зондского архипелага представляют для них удобную позицию, чтобы создать там ряд ловушек для нашей громоздкой армады.