Казино Палм-Бич - Рей Пьер - Страница 68

– Мистер Пайп, вас это не касается. Ваши полномочия ограничены операцией «купил-продал».

– Но я настаиваю. Кто эти люди?

– Могу я у вас спросить, для чего это вам нужно?- лицо Ларсена внезапно потемнело.

– Когда товар дойдет до получателя, я буду иметь право еще на два миллиона долларов, не так ли?

– Вы их получите.

– Где гарантия? Я не знаю, когда, где и кто будет получать товар.

– Гарантией для вас является мое честное слово. Не требуйте слишком многого.

Ален еще раз перечитал бумаги и взял ручку, протянутую Ларсеном.

– Мистер Ларсен, сегодня ночью мы договорились, что в момент подписания я получу первые два миллиона долларов. Я готов подписать… У вас есть два миллиона?

Ларсен расхохотался. – Я предвидел ваш вопрос, мистер Пайп. Он достал из кармана смятый лист бумаги и протянул его Алену.

– Вот телекс из «Фирст Нэйшнл» в Нью-Йорке. Мне только что его доставили.

Ален прочел текст и чуть не закричал от восторга: на его счете в «Фирст Нэйшнл» было два миллиона долларов.

– Я мог бы перевести их в Швейцарию или на Багамы, но так как вы предпочли Соединенные Штаты… С этого момента вы можете свободно ими распоряжаться.

Ален откашлялся и задал вопрос, который все это время не давал ему покоя:

– Почему вы доверяете мне, мистер Ларсен?

Швед хитровато улыбнулся.

– Я, конечно, не могу определить стоимость человеческой жизни, мистер Пайп, но ни одна жизнь, в том числе и ваша, не стоит восьмисот миллионов долларов.

Ален наклонился над столом и поставил свою подпись.

Уснуть было невозможно. Гамильтон тихо встал и посмотрел на спящую Эмилию: теперь ее не разбудить и пушками. Может, он перестарался со снотворным? Он прошел в салон, надел брюки и повязал галстук. От страха Гамильтона знобило. Напрасно он так глупо повел себя с Пайпом. Теперь он в ловушке! Ньютон не согласился, чтобы банк продолжал и дальше держать деньги, принадлежащие «организации». Он с отвращением посмотрел на себя в старинное, потемневшее от времени зеркало: лицо было отвратительным. Из-за своей идиотской несдержанности он может потерять все: положение, семью, а главное, 70 миллионов долларов. Искать и найти кого-нибудь другого было задачей невозможной и неразрешимой. Надо обязательно встретиться с Пайпом и убедить его сотрудничать, какие бы деньги он ни запросил. Впрочем, у служащего Хакетта тоже не было выбора.

Деньги он проиграл в карты, и у него нет никакой возможности вернуть их банку. Таким образом, рыбка плавает уже в садке. Но, с другой стороны, Пайп тоже держит его на крючке: достаточно, чтобы об их разговоре стало известно, и ему – крышка. Эрвин Брокер прогиб, потому что решил его шантажировать. Но и Пайп может пойти по этой дорожке! Он надел пиджак и, осторожно закрыв за собой дверь, вышел в коридор седьмого этажа. Ему надо было спуститься двумя этажами ниже.

Было восемь часов утра. Он постучал в дверь номера, где жил Джон-Джон Ньютон. Несмотря на бушевавшую в его душе панику, он постарался принять вид человека, пришедшего с хорошими новостями. Ньютон встретил его широкой улыбкой.

– Как дела? Все в порядке?

– Все!- выдохнул Гамильтон.- Понадобится еще день-другой, чтобы отшлифовать кое-какие детали…

Холодный взгляд Ньютона не дал ему договорить.

– Мистер Прэнс-Линч, я прекрасно обходился и буду обходиться, не обладая фирмой «Хакетт»! У меня создается впечатление, что вы столкнулись с непреодолимыми трудностями. Если это действительно так, объясните их суть, и я умываю руки.

– Помилуйте… дорогой друг, о каких трудностях вы говорите?

– Уже неделю вы водите меня за нос. Я хочу наконец услышать имя посредника. Должен ли я напомнить вам о наличных деньгах, которые вы получили?

Гамильтон изобразил сладчайшую улыбку.

– Понимаю вашу нервозность, но поставьте себя на мое место! Даже здесь, в Каннах, я постоянно нахожусь рядом с Арнольдом Хакеттом! Я – его банкир. Положение, в котором я нахожусь, не позволяет мне проигрывать! Перед тем как мы нанесем окончательный удар, я должен тщательно выверить каждый шаг. Вы понимаете это?

– Эта задержка не предусмотрена нашим контрактом. Я вынужден требовать от вас выполнения договора до тех пор, пока деньги не пойдут по назначению. Я отношусь с подозрением к тем людям, которые не могут сдвинуть дело с мертвой точки! Если через сорок часов я не обнаружу в финансовых газетах следов денег «организации», я прекращаю сделку.

– Джон-Джон…- залепетал Гамильтон, приторно улыбаясь,- все будет закончено задолго до указанного вами срока.

– Я хочу вам этого пожелать,- сказал Ньютон.

Гамильтон вышел от Ньютона белый как полотно.

Он поднялся по служебной лестнице на седьмой этаж и несколько раз нажал на кнопку звонка номера 751: Алена Пайпа там не было.

В прекрасном расположении духа, кокетливо сдвинув на глаза фирменную фуражку, гладко выбритый, Серж подошел к Арнольду Хакетту.

– Вам вызвать машину, мистер Хакетт?

– Нет, не надо. Спасибо. Я вышел немного прогуляться. Хочу посидеть в баре на террасе.

– Посыльный,- крикнул Серж,- столик на террасе для мистера Хакетта!

День выдался великолепный. В бассейне, под строгим оком нянек и телохранителей, уже вовсю плескались дети.

За долгие годы у Хакетта выработалась привычка вставать в шесть часов утра, даже если ложился, как в данном случае, в четыре. Он развернул «Геральд трибюн», от которой исходил свежий запах типографской краски, и задержал взгляд на высокой девушке, направлявшейся к бассейну. На ней был белый махровый халат и темные очки. Виктория долго не могла уснуть от головной боли и теперь проснется не раньше полудня. Он повернул голову в сторону западного фасада отеля и вычислил окно Марины. Оно было широко распахнуто. Ее появление с Хададом вызвало у него сильнейший шок.

С ним ли провела она остаток ночи? Если так, тогда пусть он оплачивает ее пребывание в отеле. Он вспомнил о Пэппи, которой было грустно и одиноко без него в Нью-Йорке. Сотни раз она повторяла ему, что умирает от тоски, когда его нет рядом… Марина, наоборот, совершенно не нуждалась в его присутствии. Он заказал томатный сок и, воспользовавшись отсутствием Виктории, рюмку водки.