Укротить беспокойное сердце - Мэтьюз Патриция - Страница 71

– Вот вам и третья беда! Я чуяла, что-то будет, нутром чуяла… Может, лучше не идти туда? Давайте подождем снаружи, а потом нам расскажут, в чем там дело.

– Нет, так не пойдет! – заявил Лайонел. – Надо пойти взглянуть, раз мы сюда пришли. Даже если случилось что-то ужасное, лучше все узнать самим.

– Точно, Лайонел! – согласилась Милли. – Я просто не выдержу – стоять тут в неведении и ждать!

– Ну уж воля ваша, – проворчала мадам Коста. – Тогда пошли!

Лора и ее друзья смешались с толпой, которая валом валила в цирк. Каллиопа подняла на ноги всех. При входе на манеж даже возникла пробка, и Лайонел помог женщинам сквозь нее благополучно пробраться. Лора огляделась – пустой амфитеатр, народ, сгрудившийся вокруг манежа. И оглушительный гул всех труб мощного музыкального инструмента.

Лора внимательно всматривалась во все уголки манежа, стараясь понять, в чем дело. Прежде всего она посмотрела туда, где находилась каллиопа, которая стонала и орала будто сама по себе, потому что рядом с ней никого не было видно. Неожиданно гул стих, и все увидели, как силач Олуин Краст извлек одной рукой что-то почти бесформенное, но отчаянно дрыгающееся из-за инструмента.

Лора чуть не расхохоталась. Это оказался карлик Беппо, брат Уита Уилли и друг Бенджи, с которым они выступали вместе. Он так мал, что его не было видно за каллиопой, особенно с того места, где стояла Лора.

Карлик пытался вырваться, вертелся в руке Олуина, который прокричал:

– Видите? Вот кто всех взбаламутил! Этот чертенок пьян в стельку!

При этом Олуин как следует встряхнул карлика и подошел с ним к возбужденно зашумевшей толпе.

– Что это взбрело в твою дурную голову? А? – снова взревел Олуин. – Ты же весь цирк поднял среди ночи на ноги!

Беппо погрозил силачу своим крохотным кулачком и визгливо выругался. Тут уж все покатились со смеху. Но Беппо что-то говорил, и люди стали прислушиваться.

– Ему нужен аккомпанемент, – заплетающимся языком пролепетал карлик. – Трюка без аккомпанемента не будет, поняли?

– Черт побери, что он там несет? – спросил кто-то. Мужчина, стоявший рядом с Лорой, заметил:

– Не имеет значения! Мало ли что ему взбредет в голову в таком состоянии! Мелет всякую ерунду.

Беппо замолчал и глянул на говорившего.

– Вот ты знаешь, что я тут делаю? Другу помогаю! Дру-гу! Вот что… Друзьям надо помогать… Всегда… а особенно когда проводы… А он тоже сам для меня потом… или кто…

Карлик, которого поставили уже на барьер манежа, вдруг повернулся и показал пальцем куда-то под купол. Все подняли головы и посмотрели в ту сторону. Лора ахнула, но голос ее потонул в общем крике. Высоко, под самым куполом, на площадке виднелась маленькая фигурка.

Лора почувствовала, как Милли крепко сжимает ее плечо.

– Это Бенджи! – проговорила она. – Что он там делает? Господи Боже ты мой!

Бенджи, одетый в пижаму, свесился с края площадки, и все вскрикнули. Отсюда, снизу, он казался совсем крошечным, словно ребенок. Лора, дрожа от страха, некоторое время не сводила с него глаз, но потом стала озираться по сторонам в поисках, к кому бы обратиться за помощью. Все, кто собрался внизу, застыли без движения.

Она увидела, что самый младший из Сальери, Давало, бежит по направлению к веревочной лестнице, ведущей на площадку, и вздохнула с облегчением. Конечно же, воздушный гимнаст доберется до Бенджи, пока тот не успел ничего предпринять, – она понимала, что у бедного карлика самые страшные намерения. В этот момент раздался голос Бенджи, говорившего через рупор инспектора манежа.

– Нет! Вернись!

Этот громкий оклик перекрыл все голоса. Наступила мертвая тишина. Бенджи, держась одной рукой за край площадки, а другой удерживая рупор у рта, снова прокричал:

– Нет! Никто не поднимется сюда! Иначе я прыгну! Давало остановился и повис на качающейся лестнице.

– Я хочу кое-что сказать! – объявил Бенджи. – А вы все слушайте!

– Мы слушаем, Бенджи! – прокричал Лайонел, сложив ладони рупором у рта. – Только не делай глупостей!

Бенджи рассмеялся каким-то странным, неестественным смехом.

– Все, что я делаю, – сплошная глупость. Разве вы не знаете? А теперь вот что вы должны сделать. Пригласите сюда полицию. Здесь должна быть полиция!

– Нам не нужны полицейские, дружок! – ответил Лайонел. – Что бы там ни было, мы сами справимся. Давай спускайся, будь умницей. Лучше поговорим здесь, внизу.

Бенджи свесился еще больше и закричал в рупор:

– Я хочу, чтобы пришла полиция! Приведите их сейчас же или я прыгну! Клянусь, прыгну!

Закричала какая-то женщина, поднялся шум. Лора увидела, как двое мужчин направились к выходу. Она стала медленно продвигаться к центру манежа. Давало Сальери спустился с лестницы и тихонько разговаривал с братьями.

Лора остановилась в таком месте, откуда Бенджи мог ее как следует рассмотреть и крикнула:

– Бенджи! Это я, Лора! Почему ты не хочешь спуститься?

Бенджи помахал ей рупором, потом снова поднес его ко рту.

– Я причинил тебе боль, Лора! – Его крик был похож на стон. – Больше всех из-за меня пострадала ты! А я всего только и хотел – помочь.

– Спустись, пожалуйста! – умоляла она. – Мы с тобой поговорим обо всем. Прошу тебя, Бенджи!

Он отрицательно покачал головой.

– Я буду внизу, когда придет время. И говорить я буду, только когда появится полиция.

Он отложил мегафон и сел на площадке, обхватив голову руками.

– Бенджи! – позвала Лора. – Бенджи, пожалуйста, поговори со мной!

Но он продолжал сидеть, раскачиваясь из стороны в сторону, весь в своих мыслях, в то время как люди внизу переговаривались, пытаясь найти способ снять или выманить Бенджи. Каждый предлагал что-нибудь, но все казалось Лоре неприемлемым.

Пока она говорила с Бенджи, появился Джеймс Бэйли, который тут же собрал вокруг себя нескольких мужчин и стал тоже решать, каким образом достать Бенджи сверху, да так хитро, чтобы он не успел прыгнуть вниз, как все время угрожал. Вдруг появились два незнакомца, которые, поглядывая наверх, быстро прошли к манежу и направились к Бэйли.

Джеймс поговорил с ними, а потом они втроем вышли на самую середину, чтобы Бенджи их увидел.

– Бенджи! – позвал Бэйли громко. – Как ты и хотел, пришли шериф и его заместитель! Может, ты теперь спустишься?

Бенджи вскочил на ноги и взял мегафон.

– Вот теперь я скажу то, что давно должен был сказать! – прокричал он неожиданно звонким голосом.

Все замолчали и с замиранием сердца следили за карликом на площадке.

– Это я сделал, понимаете! – визгливо крикнул Бенджи и закашлялся.

– Что сделал? – спросил шериф.

– Я должен все объяснить, – ответил Бенджи. – Меня это мучило, терзало все время…

Он закачался. Казалось, что сейчас свалится с площадки, но выпрямился и продолжал:

– Она была самим дьяволом! То жестока со мной, то добра и мила. – Голос его дрожал. – Я слышал, что все говорили, называли меня карманной собачкой. Да, вы считали меня дураком, раз я позволял ей использовать меня, а мне было наплевать. Слышите? Наплевать! Потому что я любил ее!

Милли схватила Лору за руку и пролепетала:

– Он говорит о Дайане Сальери, да?

Не поворачиваясь к ней и не сводя глаз с Бенджи, Лора кивнула.

– Я любил ее, хотя мне и рассчитывать было не на что! – продолжал Бенджи. – Она никогда бы не стала относиться ко мне как к мужчине, никогда бы не полюбила меня! Но я хотел немного тепла, немного интереса, поэтому служил ей и был рядом. Да, как собачонка готов был лежать у ее ног, но она была ласковее со своей Пуччи, чем со мной. И вот в тот последний день она сказала…

Бенджи снова покачнулся, едва не выпустил рупор из рук, но удачно сбалансировал.

– В тот день я принес ей пунша в примерочную и слышал, что сказал ей брат и что ответила она. Она сказала, что низшему сословию надо находить применение. Это мы – низшее сословие, мы, кто был рядом и кому она была небезразлична. А впрочем, все, вы все.