Тайна леди - Беверли Джо - Страница 28

Они опять наедине. Петра села. Она была настроена решительно.

Робин остался стоять.

– Помещение оставляет желать лучшего, но здесь вы будете в безопасности.

– Это все, что требуется. Благодарю вас.

– Когда слуги вернутся, я вас оставлю, чтобы подыскать нам подходящий корабль. Пауик будет охранять коридор, а Фонтейн останется здесь. Я ненадолго.

– Места на пакетботе, чтобы отвлечь внимание. Умно.

– Будем надеяться, что Варци поверит.

Тишина была гнетущей, и Петра нарушила ее.

– Люди часто нанимают корабль лично для себя? – спросила она у Робина, когда тот вернулся.

– Это не так уж необычно. Но мне нужен капитан, который отвезет нас в Фолкстоун.

– Фолкстоун? – осторожно спросила Петра. – Где это?

– В нескольких милях к западу от Дувра. Небольшой рыбацкий городок без хорошей гавани, но небольшие корабли могут причаливать. Контрабандисты все время это делают.

«Откуда он об этом знает?» Несмотря на дорогие украшения, в душе Петра знала, что Робин Бончерч совсем не такой, каким кажется, но ей приходится доверять ему, по крайней мере до Англии.

– Тогда я предоставлю все это вам.

– Эта монашеская покорность беспокоит меня.

– Большинство монахинь вовсе не покорны. – Она раскинула руки. – Мне нечего предложить. У меня нет ни знаний, ни опыта, ни денег.

Он, похоже, счел это неудовлетворительным, но тут в дверь постучал Пауик и объявил, что это он. Робин отпер дверь, открыл ее и отдал слугам распоряжения.

– Вы знаете, что я не очень хорош в опасных ситуациях, сэр, – сказал Фонтейн, глядя на пистолеты.

«Они часто попадают в опасные ситуации?»

– Тебе нужно только следить за окном и не отпирать дверь.

Он уже хотел уйти, но забыл о Кокетке. Она терпеливо ждала, но теперь бросилась ему под ноги, так что он чуть на нее не наступил. Робин взял ее на руки, бросил на колени Петре и вышел, игнорируя жалобное повизгивание собачки.

– Ты так никогда и не научишься, да? – сказала Петра собаке. – Ни одна из нас?

Робин подавил чувство вины из-за собаки и прошел в комнату, где Фонтейн приготовил простую одежду. Какого дьявола он так вырядился во «Французском дворе»? Чтобы произвести впечатление на Петру д'Аверио, вот почему, и вот к чему это привело.

В сапогах, бриджах из оленьей кожи, простом сюртуке и жилете, он смешался с булонской толпой, приглядываясь к каждому, кто мог быть Варци или миланским головорезом. Булонь кишит мерзкими личностями, однако по описанию никто не был похож на Варци.

Булонь не была одним из любимых им городов, и Робину не хотелось задерживаться там. Город был старый и грязный, в нем было много бродяг и безработных матросов, все это Робин хорошо знал, поскольку достаточно часто бывал здесь проездом.

На случай, если за ним следят, он сходил в контору судоходной компании и проверил заказ. Только выходя оттуда, подумал о бумагах и паспортах. Есть ли они у Петры? Если да, то они определенно не будут на имя Марии Бончерч. Черт побери, у него нет опыта в таких ухищрениях. Тем больше причин найти корабль, который отвезет их в Фолкстоун и высадит тайком.

Робин прошел по пристани, где грузили багаж под присмотром пассажиров или слуг. Кое-кто уже садился на корабль, но большинство предпочло провести ближайшие пару часов в гостинице, наслаждаясь хорошей едой.

Робин нырнул в приземистую таверну, которую посещали не только матросы, но и капитаны, надеясь, что его способность изобразить простого француза поможет. Сначала он изобразил праздное любопытство. Будет ли переправа спокойной? Не слишком ли суетлив город? Не спрашивал ли кто-нибудь бросающийся в глаза о переезде?

Вскоре он узнал о визжащей леди с чудовищными детьми и горой багажа. Она купила билеты на «Жанну д'Арк» за смешную цену.

– У нее нет мужчины, который бы решал за нее дела, – сказал косоглазый матрос с выбитыми зубами. – Даже сопровождающие ее экипаж верховые были наемными слугами и здесь закончили свою службу.

Робин вздохнул про себя.

– В дороге я слышал об этой даме, – сказал он, как будто делясь сплетнями. – Глупая женщина, как вы и сказали, поэтому и страдает от многих несчастий, включая потерю защитников, нанятых ее мужем.

Остальные закивали.

– Но я слышал от одного из ее слуг, который сбежал от нее в Амьене, что ее муж вовсе не купец, как она говорит, а скорее всего пират. Что он сражался рука об руку с корсарами и пиратами в Вест-Индии. Что он выследит и отомстит любому, кто повредит его жене и детям.

Мужчины заерзали, оглядываясь по сторонам.

– Спасибо за предупреждение, монсеньор, – сказал наконец один из них. – А чего вы хотите взамен?

Робин заказал всем выпивку.

– Мне нужно в Фолкстоун.

Они снова переглянулись.

– Почему не в Дувр? – спросил тот, что с выбитыми зубами. Робин решил рискнуть.

– У меня есть то, что мне не хотелось бы везти через таможню.

– А-а.

Через мгновение смуглый жилистый человек с большим носом сказал:

– Тогда дополнительная плата. Там плохая гавань.

– Только не в хорошую погоду, – возразил Робин, – а погода, похоже, отличная.

– Никогда точно не скажешь, монсеньор. И конечно, это против британских законов – избегать их таможни.

– Это, – сказал Робин, – определенно стоит небольшой доплаты. Может, я могу взглянуть на ваш корабль, сэр?

Мужчина кивнул и встал. Когда они шли по пристани, он спросил:

– Сколько будет пассажиров, монсеньор?

– Всего двое. Я и моя сестра. И никакого багажа.

– Немного для целого корабля. – Робин промолчал. Тогда мужчина спросил: – Это правда, о муже-пирате?

– Не знаю, но, к несчастью, я связан с этой дамой и готов отомстить, если ей причинят зло.

– И кем же вы можете быть, монсеньор?

– Мое имя Робин Бончерч, но я друг Черного Лебедя.

– А-а, – протянул моряк, и вопрос был решен.

«Черный лебедь» было название корабля, а не имя человека, но на нем плавал друг Робина – герцог Иторн. Это была яхта для прогулок, но во время последней войны Торн выполнил несколько заданий для правительства, в которых участвовали контрабандисты с обеих сторон пролива и несколько его друзей в качестве матросов.

Торн плавал под именем капитана Роуз, а Робин как лейтенант Спэрроу.[9] Третий друг иногда присоединялся к ним как пират Язычник. Торн заявлял, что чертовски странно брать имя Убийцы Робина, на что Робин возражал, что еще более странно брать себе имя цветка. Они все согласились, что для христианина брать имя «язычник» вдохновляюще. Хорошие были времена, и Робин надеялся, что Торн будет в Иторн-Эбби, когда они высадятся, потому что это всего в нескольких милях от Фолкстоуна.

– Вот он, монсеньор, – сказал капитан, останавливаясь около рыбацкого судна с надписью «Кулик» на носу. – Крепкий, хороший на ходу, есть небольшая каюта для вашей сестры.

Робин спрыгнул на одномачтовый корабль и быстро осмотрел его.

– Бывали раньше в Фолкстоуне?

– Раз или два, – любезно ответил капитан.

– Никто не должен знать, что я нанял «Кулик» и куда мы плывем.

– Какое кому до этого дело, монсеньор? Но вам нужно будет подплыть на лодке с другой стороны. Я дам сигнал.

Робин знал, какого рода люди придут на сигнал в ночи.

– Я заплачу за их помощь.

– Им больше понравится, если я им что-нибудь привезу, монсеньор.

Робин улыбнулся:

– Сделайте одолжение. Пусть все будут довольны, и все пройдет хорошо.

Они немного поторговались, но быстро пришли к соглашению. Робину предстояло вернуться в таверну, чтобы скрепить сделку, хотя он предпочел бы поспешить в «Лисицу» и привезти Петру сюда, где он мог позаботиться о ее безопасности.

Ему удалось выбраться оттуда меньше чем через четверть часа.