Убежище - Булычев Кир - Страница 57

– Я тебе завидую, – сказала королева Роксана, когда пришла поглазеть на то, как Сева учится обходиться под землей своими силами. – Хотела бы я туда попасть!

– А что вам мешает? – спросил Сева. – Поехали!

– Ты с ума сошел! – искренне возмутилась мраморная красавица. – На мне такая ответственность, что я на полчаса не могу покинуть мое хозяйство. Они тут все перепутают и передерутся.

– За вас двадцать дедов морозов останется, – сказал Сева. Он уже понял, что лучше бы помолчать, но разве можно остановить собственный язык?

– Мужчины! – с великолепным презрением произнесла Роксана. – Что могут сделать мужчины, когда женщины нет рядом?

– Мамочка, – сказала Кристина, которая как раз вошла в зал. – Можно, я пойду с Севой?

– Это еще зачем?

– Он будет мужчина, а я женщина, которая с ним рядом. И мы все сделаем как надо.

– Ты с ума сошла! – вдруг перепугалась Снежная королева. – С мальчиком вдвоем в мультипликаторе! Ты хочешь опозорить свою единственную мать!

– Прости, – рассмеялась Кристина, и смешинки из ее глаз рассыпались по залу. – Маме меня жалко.

– А меня не жалко, – ответил Сева.

– Попрошу без шуток! – рассердилась королева. – Разумеется, мне меньше жалко чужого мальчика, да еще не из благородного семейства, чем мою дочку.

– Я считаю, что мне лучше не ходить в подземелье, – подумал Сева вслух.

– Ты прав, – согласилась с ним Кристина. – Никакой благодарности ждать не приходится. Но ведь королевы – везде королевы.

– Не могу знать, – сказал Сева, – у меня не было ни одной знакомой королевы.

– Подожди, пока я стану королевой, – сказала Кристина.

Тут уж королева совсем разозлилась.

– А ну молчать, дети! – воскликнула она. – И не надейтесь, что я уступлю вам трон. Не видать вам его как своих ушей. А ты, Всеволод Савин, можешь отправляться к себе домой, к мамочке, но потом всю жизнь будешь жалеть о том, что не совершил великого открытия и не спас сказочное царство.

– Я пошутил, – сказал Сева. – Простите.

Он не чувствовал себя виноватым, но понимал, что спорить с королевами можно только до некоторого предела.

Но вернемся к последней проверке перед выходом.

– Еда у тебя сушеная, – сказал Снежный человек. – Сухари, мясные шарики и печенье. Правда, есть круг колбасы и пакет конфет. Много тебе не надо, потому что скоро ты вернешься.

– А если не вернусь…

– Поищешь там, – сказал Снежный человек. – Что-нибудь придумаешь. На месяц хватит.

Снежный человек продолжал пересчитывать свечи и фонари, которые Сева берет с собой, но сам Сева постепенно отвлекся. Ничего нового он не узнает. Он вдруг понял, что в первый раз в жизни уходит в поход, где не будет никого рядом. Только ты и немая, враждебная природа. Страшно? Конечно, страшно, но никому об этом не скажешь.

Идешь, как щенок в темном лесу, думал Сева. И этот мультипликатор – чистой воды фантастика! А фантастика и сказка штуки несовместимые, как говорил Боря Штерн. Кто такой Боря Штерн, вы не знаете и знать вам необязательно, хотя он был полковником гагаузской армии.

Сказки – это одна книга, в ней тебе все понятно, даже феи не смущают, даже хотелось бы подольше побыть в этом Снежном государстве. Может, потом удастся? Это не фантастика, а самое обыкновенное волшебство. Оно не нарушает законов мира, не меняет местами небо и землю, потому что оно не всесильно. Сказка есть сказка, и если ты решил не обращать на нее внимания, она отойдет в сторону, и жизнь станет простой, как трамвай.

Стали прощаться.

Королева Роксана заявила, что Снежное королевство несет всю ответственность перед мамой Всеволода Савина и потому все силы королевства будут брошены на обеспечение его безопасности, однако она убеждена, что силы тьмы не смогут взять верх… Тут она запуталась в словах, но сделала вид, что так и положено, и продолжала говорить еще минут десять. К тому времени уже никто не понимал, что она говорит, зато все знали, что она говорит правильно и значительно.

Искусанный комарами, распухший Ахаль-портной высовывал вперед ухо, чтобы выведать секретные сведения, выудить их из королевской речи, и ему все время казалось, что он вот-вот выхватит этот секрет, но когда он побежал к мужскому туалету, где во второй справа кабинке был запасной пункт связи с Фондом, оказалось, что сказать нечего, к тому же один из дедов морозов выследил его, спустил вместе с водой в унитаз, и лишь к вечеру тело портного выбросило потоком канализации из трубы довольно далеко от дворца.

Ахаль простудился, и его выгнали из главных портных, а свободное место заняла фея Маркизетта, милейшее существо, непревзойденная специалистка по макраме.

Кристина стала просить мать, чтобы ее пустили вместе с Севой хотя бы до того места, где он войдет в мультипликатор. Ведь сначала он будет спускаться внутрь Земли в своем собственном размере, и лишь когда дальше идти будет невозможно, он станет мальчиком-с-пальчик.

Кристине и этого не разрешили. От обиды у нее даже веснушки на щеках и на носу покраснели, и она убежала вся в слезах, что не свойственно принцессе, которой уже почти шестнадцать лет.

– Ничего, – крикнул ей вслед Сева, – мы с тобой скоро увидимся! Я обещаю!

Кристина остановилась в дверях и сквозь слезы ответила:

– При условии, что ты не утонешь в черном озере, не провалишься в горькую бездну, тебя не сожрут вулканические глисты или фосфорические крысы, не выпьют кровь у тебя вампиры тьмы и не завалит какая-нибудь лавина.

По толпе дедов морозов и придворных фей прокатилась волна ужаса.

– Как тебе не стыдно! – возмутилась Роксана. – Ты же можешь сглазить! Ты можешь погубить такого славного мальчика! Считай, что ты жестоко наказана.

Принцесса хлопнула дверью и так ткнула белого медведя кулаком в живот, что он уселся на пол и потерял каску.

А Снежный человек подхватил с пола мультипликатор и подтолкнул Севу к выходу.

Королева догнала их у двери, обернула к себе Савина за плечи и поцеловала его в лоб холодными, но обжигающими губами.

– Мы ждем тебя, – сказала она.

– Ждем! – отозвались придворные феи, снегурочки и деды морозы.