Убежище - Булычев Кир - Страница 28

Праздник в летнем лагере постепенно заканчивался. Музыка уже играла не так громко и весело, она собиралась перейти на колыбельную песню, как только сами по себе погаснут разноцветные фонарики и растворятся среди звездочек звезды последней вспышки фейерверка. Вожатая Настя устала уговаривать ребят разойтись по палатам, но уговаривала она не очень настойчиво, как будто ей самой было жаль, что такой чудесный праздник завершается.

Бабушка, так похожая на его собственную бабушку, уехала в трейлере вместе с акробатами и сказала, что вернется к Севе с утра с билетами в Финляндию.

Именно в Финляндию, потому что в Финляндии, а точнее, в горах Лапландии ему надо встретиться и поговорить со Снежной королевой.

Бывают же на свете чудеса!

Позавчера он был самым обыкновенным Севой Савиным из второго отряда, тринадцати с половиной лет, который отличался от остальных двухсот детей и подростков, отдыхающих в лагере, тем, что верил в реальность сказок. Он был убежден, что сказки существуют на самом деле и нормальный человек может запросто встретить гнома. Или русалку.

Если человеку повезет, а главное, если он верит в такую встречу.

Но Сева не очень распространялся о своих убеждениях по простой причине: он не любил, когда над ним смеются, потому что ни один нормальный человек этого не любит. Иногда, правда, встречаются шуты, по штуке на класс. Таким нравится, чтобы над каждым их шагом хохотали, чтобы каждое их слово вызывало смешки.

Сева предпочитал быть обыкновенным, но это не всегда получалось, потому что порой ему хотелось похвастаться. А врал он плохо. Неталантливый был врун.

Итак, Сева собрался в Финляндию. И бабушка не производит впечатления вруньи.

К тому же у него есть две свидетельницы. Рядом с ним сидели на бревне и все слышали Лолита с Ванессой из второго отряда. Впрочем, слышали – не слышали, разве есть разница?

Вчера он нашел Царевну-лягушку, сегодня едет к Снежной королеве.

Вам смешно?

Допускаю.

Севе интересно и немного страшновато. Хоть бабушка обещала, что мама не хватится, потому что уверена: ее ребенок благополучно ходит в походы и собирает клубнику, но все-таки Лапландия – это Лапландия. Вы читали Андерсена? В раннем детстве. Все читали Андерсена в раннем детстве.

Сева не пошел прямо в домик второго отряда, а незаметно отошел к белой беседке с тонкими деревянными колоннами, которая стояла над крутым спуском к речной долине. Когда-то здесь был барский дом, а за сто лет от него осталась только беседка. Внутри круглой беседки вдоль перил тянулась скамейка. Сева уселся на скамейку и стал смотреть на небо. Ни о чем особенном он не думал, а просто глазел на звезды. Звезды перемигивались, по небу пролетали спутники, один раз из глубины Вселенной примчался метеорит и сгорел, не долетев до леса.

Сзади скрипнула доска – в беседку поднялась Лолита. Сева не оборачивался, он знал, что это Лолита. Три дня прошло, и он уже научился угадывать человека по шагам.

– Ты переживаешь? – спросила Лолита.

Лолита – человек-собственник. Ей обязательно нужно все иметь, со всеми дружить и даже командовать. В тринадцать лет она самый главный человек в своем доме. Это не значит, что ее кто-нибудь там боится, но никто не смеет ею командовать.

Сева не переживал.

– Нет, – сказал он, – я просто сижу.

– Это неестественно, – сказала Лолита. – Ты отправляешься в путешествие к центру Земли и, возможно, не вернешься домой. Я бы на твоем месте попрощалась с родителями.

– Ты что, озверела, что ли? – удивился Сева. – Ты представляешь, что мне скажет мама?

– Что бы она ни сказала, твоя совесть будет чиста.

На самом деле Лолита не такая дурочка, чтобы всерьез предлагать Севе такой безнадежный ход. Но она немного опасалась за Севу. Сева был немножко ее собственностью. А собственность она терять не любила. Лолита села на скамейку рядом с Севой и тоже стала смотреть на звезды. Она, конечно, рада бы поговорить о Снежной королеве, сказочном царстве и гноме Юхане, но понимала, что Севе разговаривать не хочется. И молчала вместе с ним.

Запел горн – отбой.

И как только он замолчал, в светлой полосе, оставшейся на небе там, куда ухнуло солнце, запел соловей. Потом второй, справа. Правда, прилетели комары, но их было не очень много. Руки сами шлепали себя по комариным укусам. Так что Сева и Лолита сидели, молчали, и было слышно: шлёп, шлёп, шляп, шлю-шлёп!

В хрустальной тишине камешками в воде перекатывались далекие голоса – лагерь засыпал с трудом и не сразу.

И всем в нем было приятно. Так всегда бывает после хорошего вечера.

Потом комаров стало больше.

Лолита спросила:

– И ты на самом деле в это веришь?

– А ты?

– Конечно, нет!

Сева подумал: «А ведь мне легче, чем Лолите или Ванессе. Потому что я убежден, что сказка живет рядом с реальностью. А Лолите надо напрягаться, чтобы найти объяснение чудесам».

– Скажи, – спросил Сева, – кто нам с тобой все это рассказывал? Про гнома. Про Снежную королеву. Про Убежище.

– Как кто? – Тут же Лолита спохватилась и засмеялась: – Конечно, ты же не знаешь моей бабы Фриды!

– И как она сюда попала?

– Как попала? Ну, приехала…

Лолита осеклась и замолчала.

И снова: шлюп, шлюп, шляп, шлёп, шлёп… И комариный звон.

– Это гипноз, да? – спросила Лолита.

– Видишь, ты уже начала искать объяснения, – засмеялся Сева. – Потому что объяснения нету.

– Но я же ее видела!

– А я видел мою бабушку. Мою собственную. И наверняка Ванесса видела свою.

– Я ее спрошу, но ты, Севка, опять врешь!

– Плохо нам, сказочным людям, – сказал Сева. – Вы, приземленные человечки, совершенно не в состоянии что-нибудь вообразить!

– А ты как догадался?

– На тебя посмотрел и догадался. Ты даже назвала ее раза два бабой Фридой, а сама не заметила.

– Не может быть!

– Лолита, подумай, – сказал Сева. – Как ты можешь удивляться какой-нибудь бабушке и совсем не удивляться тому, что я завтра лечу в Лапландию?

– Ну это мы еще посмотрим, – сказала Лолита, которая почему-то обиделась на Севу, словно он ее разыгрывает или издевается над ней.