Помадка, фадж и покойник - Бест Моргана - Страница 21

На лице Паулы промелькнули шок, недоверие, а затем злость.

– Убила мужа? Конечно же я не убивала мужа!

– Что ж, мотив у вас определённо был, – сказала я. – Всё вам отойдёт, и к тому же вы явно давно крутите роман с Гербом Грином. Откуда мне знать – может, вы были заодно. Я задумалась, умно ли я поступила: ведь я видела немало фильмов, где героиня, столкнувшись с убийцей, начинает говорить лишнее – и в итоге рискует собственной шкурой.

– Я не убивала Питера, не ваше это дело. Полиция разбирается, так зачем вы суёте нос в мои дела? – Она уже кричала. Я попыталась подобрать ответ – и пусто. Хоть бы вспомнить, куда я сунула телефон.

– Значит, сказать вам нечего! – огрызнулась она. Я почувствовала, как что-то скользнуло мимо ноги, и посмотрела вниз. Это был Монгрел. Казалось, он выслеживал Паулу. Я ещё раз вгляделась в неё и не поняла, что его так заинтересовало: на ней не было верёвочного ожерелья, да и ручки сумочки на верёвку не походили.

– Займитесь уже своими делами, а не то пожалеете!

Паула начала было вставать, но тут Монгрел прыгнул.

Всё происходило как в замедленной съёмке. Паула откинулась в кресло и потеряла равновесие. Ноги у неё так и улетели за голову. С некоторым облегчением я отметила, что Монгрел на неё не напал, а запрыгнул на журнальный столик. Он жутко рычал, царапая и добивая что-то на столике. Паула, не переставая вопить, кое-как выпрямилась и схватила сумку. Монгрел продолжал свои тёмные дела на журнальном столике, вокруг летела шерсть.

– Остановите его! – закричала Паула.

– Я к нему не подойду! – сказала я. – Я вообще не понимаю, что он там делает!

– Он ест мои ключи! – крик Паулы перешёл в вой. Я растерялась.

– Монгрел не станет есть ключ, – озадаченно сказала я.

– На связке была кроличья лапка, – сказала Паула.

Ну вот, всё встало на места. Раньше он, глядишь, и кроликов ловил, а аппетит у этого кота и правда отменный. Я не понимала, чего Паула так убивается из-за кроличьей лапки. Я решила, что она на удачу, но ведь можно купить другую. По-моему, они стоили долларов пять. Чёрт, да я бы и сама заплатила!

Наконец Монгрел закончил. Спрыгнул со столика и юркнул обратно в переноску.

– Моей связки нет! – воскликнула Паула.

– Как – и ключи вместе с лапкой? – всполошилась я.

Паула побелела.

– Он съел ключ от дома! И от машины тоже! Я ахнула.

– Надо срочно позвонить ветеринару! Я поспешила на кухню, и телефон, слава богу, нашёлся – лежал прямо у кофемашины. Я набрала ветеринара и, пока ждала ответа, оглянулась на Паулу: та обмякла в кресле. Злость куда-то делась – на лице застыло пустое потрясение.

Разговор вышел коротким: ветеринар сказал, что с Монгрелом, скорее всего, всё будет в порядке, но посоветовал завтра привезти его в клинику на осмотр. Я согласилась, хотя понятия не имела, как это устроить.

– Мне нужны мои ключи, – провыла Паула.

– У вас же наверняка есть запасные, – сказала я.

– От машины ключ один – второй я потеряла, – сказала она.

– Ну что ж… Значит, машину придётся оставить здесь, пока ключ не вернётся.

Паула подняла на меня глаза. Сумку она по-прежнему прижимала к груди.

– Вернётся? Как он вернётся?

– Обещаю, я сначала его хорошенько отмою, – сказала я.

– Я не понимаю. Его же съел ваш кот! Я посмотрела на переноску. Монгрел высунул из дверцы голову – явно довольный собой.

– Ну, э-э… раз кот его съел, остаётся только подождать, пока он… гм… выйдет с другого конца. Я наблюдала, как до Паулы доходит.

– Нет! – сказала она.

– Боюсь, да, – сказала я. – Вам вызвать такси?

Паула вяло кивнула. Весь боевой дух из неё словно выветрился. Я вызвала ей такси, а она молча сидела. Всё это время Монгрел поглядывал на неё с видом победителя.

– Я подожду такси на улице, – сказала она спустя паузу. По-моему, она опасалась, что Монгрел прикидывает – а не закусить ли ей самой. Я проводила её до двери и открыла.

– Обещаю, я очень тщательно их отмою, – сказала я. – Честное слово.

Она передёрнулась.

Глава 17

– Ну перестань, это же для твоего блага! – твёрдо сказала я. Я злилась на Монгрела – но ещё больше оттого, что до меня наконец доходило: он меня не понимает. – Ну залезь в переноску, – взмолилась я. Монгрел ответил оглушительным мяуканьем и умчался на другой конец дома, скрылся из виду. Ну конечно, именно сейчас ты не хочешь лезть в свою переноску, – с горечью подумала я. Я на секунду задумалась, нельзя ли соорудить какую-нибудь ловушку, но решила, что приманить его едой – на несколько градусов менее безумная идея. Дождалась, пока он снова выглянет из-за угла, и насыпала в миску его любимого – и ужасно дорогого – корма.

Медленно-примедленно Монгрел подошёл к миске, которую я поставила на пол. Когда он почти дошёл, я сдвинула её вглубь переноски, проследив, чтобы он это увидел. Монгрел подозрительно на меня покосился, явно прикидывая, стоит ли еда такого риска. К счастью для меня, он рванул внутрь. Я тут же захлопнула дверцу и надёжно её заперла.

– Есть! – сказала я и победно вскинула кулак. – Это для твоего блага, – заверила я Монгрела, но он был слишком занят едой, чтобы обратить внимание на мои объяснения.

Как по заказу, прозвенел дверной звонок. Я подбежала и осторожно выглянула в окно, чтобы посмотреть, кто там. В прошлый раз, когда я распахнула дверь, меня обвинили Бог знает в чём, а кот слопал чуть ли не всё, что ему не полагалось. К счастью, на этот раз за дверью стояла Летти и нетерпеливо постукивала ногой по крыльцу.

Я открыла дверь и махнула ей, оглядела двор и, как только она прошла, быстро захлопнула.

– Ты опоздала, – сказала я Летти, приподняв бровь.

– Хорошо, что я вообще пришла! – огрызнулась она. – Я и так наполовину уверена, что Монгрел меня сожрёт – не говоря уж о том, что он сотворит с моей машиной. Давай просто поскорее отвезём его. Я кивнула и подняла переноску с Монгрелом – он тут же истошно взвыл.

– Да успокойся ты! – сказала я, заглядывая внутрь. Из глубины переноски на меня яростно верещал Монгрел – я едва различала два крохотных мерцающих глаза.

– Что он там делает? – спросила Летти, наклоняясь посмотреть. Но не успела она приблизиться, как из решётки выстрелили две мохнатые лапы и яростно замахали у неё перед лицом. Летти отступила на шаг – с таким лицом, словно только что стала жертвой покушения на убийство. – Поставь его в багажник, – потребовала Летти, отступив ещё на пару шагов.

– Да брось, Летти, – вздохнула я. – Он просто злится, что мы его заперли в переноске. В машине он успокоится, – заверила я, хотя мы обе знали, что это неправда.

Летти помогала мне удерживать переноску, пока мы несли её к машине. Монгрел тряс её изо всех сил, будто надеялся выломать дверцу и сбежать. Переноска была крепкая, но удерживать её, когда Монгрел так бесновался, оказалось нелегко. На коротком пути к машине нам несколько раз приходилось останавливаться, чтобы ненароком её не выронить. Я даже представлять себе не хотела, что случилось бы, разозли мы Монгрела ещё сильнее.

В конце концов мы водрузили его на заднее сиденье машины Летти. Мы пристроили переноску за пассажирским сиденьем, чтобы Монгрел не мог слишком её раскачивать, – и в тщетной надежде, что к приезду в ветклинику он хоть немного угомонится. Я пристегнула ремень и громко вздохнула – больше всего на свете мне хотелось, чтобы эта поездка уже закончилась. Я переживала, что проглоченные ключи опасны для Монгрела, и при этом совершенно не горела желанием везти его к ветеринару, особенно учитывая, какой он неуправляемый. Летти села за руль и каждые несколько секунд косилась через плечо на Монгрела, нервно сглатывая.

До ветеринара было рукой подать, но именно эта поездка не сулила мне ничего хорошего. Стоило Летти завести двигатель, как Монгрел издал звук, который иначе как невыразимо адским не назовёшь. Летти тут же прижалась к обочине и едва не врезалась в ближайший дом. Я выскочила из машины, распахнула заднюю дверь и заглянула к Монгрелу. Он сидел в переноске смирно и невинно на меня посматривал.