Магазин волшебных питомцев 6 (СИ) - Гремлинов Гриша - Страница 42

— Два-ноль! — победно заорал какаду. — Тушите свет! Птичка даже клюв мар-р-рать не будет! Слишком легко!

КРИТИЧЕСКИЙ УРОН! Столешница оказалась крепче зубов!

Челюстной аппарат: –100%.

Рекомендация: Пора переходить на жидкое питание. Кашки, пюрешки и смузи — выбор настоящих гангстеров!

Из подсобки с радостным визгом выскочил Зефир. В зубах щенок сжимал рулон туалетной бумаги, который явно успел стянуть из моего санузла. Увидев сидящего в отключке Окуня, далматинец воспринял это как приглашение к новой игре.

Зефир принялся носиться кругами вокруг бугая, ловко пролезая между стойкой и его поясницей. Белая лента стремительно разматывалась, пеленая бандита.

— Скор-р-рая! — надрывался Архимед. — Бинты! Санитар-р-р! Мумия возвр-р-ращается!

Судак остался один. Его лицо приобрело землистый оттенок. Он переводил взгляд с замаринованного Ерша, над которым возвышалась росомаха, на забинтованного Окуня.

Бригадир нервно сглотнул, прищурился и сунул руку за пазуху своей блестящей одёжки. Оружие? Артефакт?

Блёстка на стеллаже мгновенно напряглась, её клюв-игломёт нацелился точно в шею бандита. Но выстрел не потребовался. Тёмная спираль Лиса нанесла свой третий удар.

Судак дёрнул замок внутреннего кармана, чтобы достать то, что он там прятал. Вжжж-кряк. Молния намертво зажевала подкладку.

— Да ёпсель-мопсель! — в панике взвизгнул бригадир, остервенело дёргая собачку вверх-вниз. — Проклятое шмотьё! Давай же!

Но тут всё резко пошло не по плану. То ли проклятие Лиса дало сбой, то ли третий импульс оказался слишком слабым из-за того, что фенек растратил часть маны на зажигалку до основных действий.

Наплевав на заевшую молнию, Судак с перекошенным от ярости лицом выбросил вперёд пустую правую руку. С его пальцев сорвался сгусток концентрированного сияния. Заклинание со свистом рвануло прямо мне в грудь.

Блёстка среагировала рефлекторно. Лазурная искра метнулась с полки, крохотный клюв-игломёт выплюнул снаряд. Магическая игла впилась точно в шею бригадира.

Но светящийся сгусток уже летел. Коша на столешнице взвился на все четыре лапы и с шипением распахнул кожистые бурые крылья.

Воздух между прилавком и летящим заклинанием неуловимо дрогнул. Магия с разгону врезалась в невидимую стену. Без взрыва, без вспышки — сгусток просто растворился, впитавшись в пустоту, словно капля воды в раскалённый песок. Мантикор грозно зарычал, демонстрируя кошачьи клыки.

Поздравляем! Коша совершил скачок на 10 уровень!

Получено опыта: 100

Открыт навык: «Щит Пустоты» (актив.)

Описание: Барьер, поглощающий и уничтожающий любую направленную магию.

Примечание: Маленький котик — надёжный зонтик от чужих пакостей. Пустота голодна и ждёт добавки!

Я поднялся с табурета, не сводя ледяного взгляда с бригадира.

Судак глухо застонал, схватился за шею и рывком выдернул лазурную иглу. Лицо исказилось от боли, мышцы на скулах ходили ходуном, но… он не упал. Колени даже не подогнулись.

Всё ясно. Они подготовились. Знали про Блёстку и её парализующие атаки после инцидента на рынке со Штопором, поэтому заранее приняли какой-то антидот или блокиратор мышечных спазмов. Не такие уж они и идиоты, какими кажутся на первый взгляд.

Я ласково погладил вздыбленную шерсть на загривке мантикора.

— Умница, Коша, — похвалил я, чувствуя, как под пальцами подрагивает напряжённое тело маленького защитника. — Отличная работа, брат.

— Да что б тебя! — орал Судак. — Паскуда летучая!

Он подпрыгнул, пытаясь достать колибри. Но та просто поднялась выше, жужжа маленькими крылышками. Жёлтый Попугай Хаоса не выдержал накала страстей. Птица испуганно чирикнула и активировала свой защитный навык. «Перьевое Торнадо».

Клетка привычно взорвалась. Плотный вихрь из тысяч жёлтых мана-перьев вырвался наружу и ударил в Судака. Бригадира с головой накрыло этим пушистым ураганом. Он закашлялся, отплёвываясь от лезущего в рот пуха, замахал руками, пытаясь отбиться от перьев. Но те липли к его гелю на волосах и блестящему пиджаку.

Входящий урон противника: Асфиксия пухом и полная потеря авторитета!

Эффект: Выглядит как огромный, злобный, но очень растерянный цыплёнок. Запишите это в его резюме.

Я мысленно потянулся к улице. Пора заканчивать этот балаган.

Послышались цокающие шаги по ступеням. На пороге возникли Ника и Арес. Доберманы бесшумно вошли в зал и мгновенно, по-военному чётко, разошлись по флангам, беря отплёвывающегося Судака в клещи.

Их глаза полыхнули багровым светом. Собаки синхронно открыли пасти.

«Подавляющий лай».

Низкочастотная акустическая волна ударила по залу. У меня самого слегка заложило уши, а вот Судака проняло по полной программе. Бригадир резко развернулся к выходу, увидел двух псов, готовых разорвать его на куски, и вздрогнул. Затем послушно поднял вверх обе руки.

Зефир, окончательно забинтовав Окуня, подбежал к выходу. Щенок плюхнулся задницей между суровыми, рычащими доберманами. И тявкнул, изо всех сил стараясь быть таким же грозным, как старшие товарищи.

Архимед спикировал на кассовый аппарат, гордо выпятил грудь и вынес окончательный вердикт:

— Тр-р-ри-ноль! Чистая победа! Выносите тела! Счёт оплачен!

Я вышел из-за прилавка и скрестил руки на груди. Окинул взглядом живописную картину: ослеплённого пирокинетика в кошачьем корме, замотанного в туалетную бумагу бугая с выбитой челюстью и осыпанного жёлтым пухом авторитета.

— Ребята, — спокойно произнёс я. — Вы разве не знаете? Сегодня среда. Не рыбный день.

— В четверг приходите! — немедленно вставил Архимед с кассы. — По записи! В пор-р-рядке живой очер-р-реди!

— Слышь, барыга! Убери свою псину! — истерично завопил Ёрш с пола.

Фурия всё ещё прижимала его к линолеуму мощными лапами, но уже не рычала. Росомаху крайне заинтересовал аромат мясной подливы. Она наклонилась и шершавым языком слизала желе со щеки Ерша. Бандит тонко запищал, боясь пошевелиться. Фурия задумчиво уркнула, явно прикидывая, не откусить ли кусок побольше — скажем, вместе с носом.

— Фурия, фу, — скомандовал я. — Отпусти дядю. Это кака, её кушать не надо. Отравишься ещё.

По факту ребята действительно заслужили, чтобы их утилизировали. Но не здесь и не сейчас. Не в моём магазине при свете дня. Соседние торговые точки тоже оборудованы камерами, которые записали, как эти ублюдки сюда вошли. Значит, позволим им выйти. Но счёт открыт, и им придётся его оплатить.

Росомаха разочарованно фыркнула, нехотя убрала лапы с груди пирокинетика и с чувством выполненного долга потопала обратно в свой угол, где ещё валялась говяжья кость.

Я перевёл взгляд на бригадира. Судак стоял, тяжело дыша, под прицелом багровых глаз моих доберманов. Весь его криминальный лоск испарился, а вот перья пока оставались на месте.

— Слушай внимательно, Судак, — сказал я. — Сегодня вы по-крупному замарались. Во всех смыслах. Передай притоку, что если он хочет иметь со мной какие-то дела, пусть приходит лично. Я уважаю, когда вопросы решает тот, кто имеет реальные полномочия, а не бегает на посылках.

Желваки на скулах бригадира заиграли, но он не посмел сделать и шага — Ника предупреждающе оскалилась, показав идеальные белые клыки.

— Ты рамсы попутал, коммерсант, — сдерживая бешенство, бросил он. — Но мы уходим. Ёрш, подрывайся! Помоги Окуню!

Ёрш, скользя подошвами по раздавленному помидору и кошачьему паштету, вскочил на ноги. Метнулся к прилавку, возле которого сидел Окунь. Бугай держался обеими руками за стремительно опухающий подбородок и только невнятно мычал, пытаясь сфокусировать разъезжающийся взгляд. Белая бумага полностью замотала его живот.

— Вставай, братан, давай, — Ёрш подхватил здоровяка под мышку, с натугой помогая подняться на ноги. Затем он обернулся ко мне и неприязненно зыркнул: — Это ещё не конец, барыга! Мы за тобой вернёмся!