Все сначала! (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 30

— Поэтому ты просто украл у них машину…

— Не украл, а эвакуировал! — возмутился дед. — Для технического обслуживания. Разницу чувствуешь? Мы же вернем машину. Может быть масло поменяем… Но это не точно!

Иван помолчал, переваривая произошедшее.

— Так гений или псих? — напомнил старик.

Парень посмотрел на него, потом на броневик, покачивающийся на платформе позади них, потом снова на деда.

— Я ещё не решил.

Что такое водить бронированный фургончик?

Занятное, я вам скажу, занятие. Дело в том, что броневичок, хоть он и пустой, но достаточно тяжелый. А это значит, что отпустив сцепление, вы… Никуда не поедете! Так, покатитесь со скоростью пьяной улитки.

К этому прибавьте мои навыки вождения, заключающиеся в пятидесяти часах практического вождения с инструктором, и вы получите большую, неповоротливую корову на дороге.

Нет, правила я знал. Знал знаки и разметку, но я и обычную машину–то водил крайне осторожно, а тут…

— Педаль газа справа! — недовольно буркнул дед, сидевший рядом.

— Знаю! — огрызнулся я. — Дед, я «Каму» водил на учебе. Маленькую машинку, а не броневик! А еще у меня опыта нет…

— Что на «Каме», что тут три педали! Коробка передач та же самая, — проворчал старик, поглядывая на часы.

— Да, но Кама была учебной! Учебной, а не угнанным броневиком инкосаторов! — выпалил я и слегка притопил газ. Машина едва слышно рыкнула, но разгоняться не торопилась.

— Ну, что ты заладил! — фыркнул старик. — Она не угнана! Мы ее позаимствовали! Ладно, если тебе станет от этого легче, то я масло поменяю!

— Деда… Ты серьезно? — буркнул я и включил поворотник на перекресток.

— А почему нет? Или хочешь себе оставить? Можно, конечно, но… зачем? На уроки магии на ней ездить будешь? Так она жрет как бегемот!

— Дед… — тяжело вздохнул я, выворачивая руль, чтобы войти в поворот. — Если будешь возвращать, то без меня!

— Естественно! Ты мне еще пригодишься, внучок… — усмехнулся старик и ткнул меня в плечо кулаком.

Мы, тем временем подъехали к казино, где я аккуратно встал у шлагбаума на дороге, ведущей к задней части здания.

— Дед… что–то мне боязно!

— Не очкуй, Вань! Я так сто раз делал! — хмыкнул старик, а затем задумался. — Или двести?… Не важно! И вообще…

Тут он подался вперед, глянул на камеру у шлагбаума и произнес:

— Сейчас проедем за здание. Там одна стальная дверь. К ней паркуешься задом, понял?

— Дед, ты не шутишь⁈ — возмутился я. — Как мне парковаться на этой дуре? Я по зеркалам…

— Тут камеры есть! — буркнул он, наблюдая как поднимается шлагбаум перед нами. — Все! Поехали!

Я поддал газу и машина плавно и неторопливо покатилась вперед.

Мы проехали за здание и тут я, потея и вспоминая все, чему нас учили, проехал дверь, заложил чуть в сторону, затем выкрутил руль и включил задний ход.

Мониторчик магнитолы тут же сменился видом с задней камеры и я облегченно выдохнул.

Так было намного проще!

Осторожно подрулевая, я подъехал к двери и остановился.

— Сиди и не высовывайся! — скомандовал дед, отстегнув ремень. — У инкосаторов один человек должен быть за рулем!

Дед вышел, а я, сжимая руль, принялся ждать, поглядывая в зеркало.

Видно мне было мало, но я видел как из дверей вышел какой–то здоровяк с наплечной кобурой. Он глянул на деда, подозрительно сощурился и начал о чем–то с ним разговаривать. Когда мой старик вытащил пачку сигарет и передал охраннику, вид у того стал теплее.

Тут же я услышал как сзади открыли двери и кто–то принялся складывать в что–то в машину.

Все это время, в голове крутились странные мысли.

«И все?», «Все так просто?», «Неужели можно просто взять и прикинуться инкасаторами⁈», «Как я до такого докотился?» и «Когда все повернуло не туда?», «На кой черт мы брали балаклавы, если он вышел без нее?».

Сердце все еще колотилось, даже когда дверь захлопнулась. Сделав вдох и задержав по привычки дыхание, меня чуть отпустило.

Даже когда дед прошел и сел в машину, я все еще не верил, что все может быть так просто.

— Настоящий инкасатор все время стрелял сигареты у этого здоровяка, — пояснил дед, усевшись рядом. — Купил пачку приличных сигарет и передал от «заболевшего» инкасатора.

— Дед, а они же сейчас…

— Не приедут, — отмахнулся старик. — Я им масляный шланг подрезал и датчик масла заглушил… Чего стоим? Поехали!

— А… — растерялся я, выжал сцепление и поддал газу.

Машина медленно и неторопливо поползла к выезду. Минута, вторая и вот мы уже выехали на небольшую улицу.

— Сейчас по этой улице, до развилки. Там на лево. Уйдем узкими улочками загород. Тут камер нет и есть где спрятаться. Оставляем машину, забираем деньги и…

В этот момент, из переулка выскочила машина нам наперерез и резко дала по тормозам, остановившись прямо перед нами. Я тоже дал по тормозам и машина резко встала, дернувшись и заглохнув.

— Что за кретин! — выругался я и завел двигатель.

Когда же я поднял взгляд от приборной панели, двери машины перед нами были открыты, а оттуда вылезло четыре человека с автоматами.

— Дед… — сглотнул я.

Искры, мелкая крошка и наше лобовое стекло начало покрываться сколами от пуль.

— Гони! — заорал мне в ухо дед и вытянув ногу вжал педаль газа вместе с моей ногой.

Машина взревела, дернулась вперед и, протаранив незнакомую тачку рванула вперед.

— Деда!

— Гони, Ваня! — заорал старик. — ГОНИ!

Башня «Империум» возвышалась над центром столицы, словно стеклянный клинок, вонзенный в небо.

Шестьдесят два этажа стекла и стали. Штаб–квартира одного из крупнейших холдингов страны, объединяющего банки, страховые компании, сеть казино и ещё полсотни бизнесов, о которых предпочитали не распространяться.

На последнем этаже располагался кабинет главы компании.

Просторное помещение с панорамными окнами от пола до потолка. На такой высоте бывали дни, когда кабинет находился над облаками. Минималистичная мебель из темного дерева и хрома. На стенах ни одной картины, только приглушенная подсветка, создающая атмосферу холодной роскоши.

Посреди кабинета стоял массивный стол, за которым никто не сидел.

Хозяйка кабинета стояла у окна, глядя на раскинувшийся внизу город. Высокая, стройная женщина в идеально сидящем тёмно–синем платье. Волосы цвета воронова крыла собраны в строгий узел на затылке.

Почти никто не знал ее настоящего имени и фамилии. Для всех она была Первой Леди. Не потому что она была чьей–то женой. Просто, так повелось.

Тихо щелкнул замок, и в кабинет вошел секретарь. Молодой мужчина в безупречном костюме, с планшетом в руках и выражением профессиональной невозмутимости на лице.

— Госпожа.

Женщина не обернулась.

— Слушаю.

— Инцидент в «Золотом якоре».

— Какого рода?

— Ограбление.

Несколько секунд в кабинете висела тишина. Только едва слышное гудение вентиляции.

— Ограбление, — медленно повторила женщина, всё так же глядя в окно. — Моё казино ограбили?

— Да, госпожа. Сегодня вечером. Под видом инкассаторов вывезли недельную выручку.

— Сколько?

— Предварительно около двадцати миллионов.

Женщина чуть склонила голову набок.

— Кто?

— Двое неизвестных. Мужчины. Один пожилой, второй молодой. Камеры внутри не зафиксировали лиц. Но на выезде с территории… — секретарь сделал паузу. — Есть один кадр.

Изящная рука с тонкими пальцами и единственным кольцом вытянулась в сторону.

Секретарь подошел и положил на раскрытую ладонь фотографию.

Женщина поднесла снимок к глазам. Качество было так себе, но лицо водителя эвакуатора просматривалось достаточно четко. Растрепанные седые волосы, хитрый прищур, довольная ухмылка и жест с оттопыренным средним пальцем.

На пассажирском сиденье угадывался силуэт молодого парня, но лицо было не разглядеть.

Несколько мгновений Первая Леди молча смотрела на фотографию. Потом уголок её губ дрогнул и пополз вверх.