Все сначала! (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 26

— И на всё это у меня год?

— Технически меньше, — дед почесал подбородок. — Месяцев одиннадцать уже.

— Охренеть, — я уронил голову на руки. — Я даже листок сдвинуть не могу, а мне надо освоить телекинез, четыре стихии и найти какую–то особенность за одиннадцать месяцев.

— Не, особенность искать необязательно. Это бонус. Да и стихии тоже как-нибудь потом. А вот базу освоить придётся, иначе твоя сила тебя же и сожрёт.

Я поднял голову и посмотрел на деда.

— Помоги мне. Пожалуйста.

Фома прищурился. И что–то в этом прищуре мне не понравилось. Ой как не понравилось!

— Помочь?

— Да. Ты же в этом разбираешься. Ты изобрёл половину оборудования в департаменте. Ты точно знаешь, как это работает лучше, чем те преподаватели. Мне вообще ничего не объясняют, а время как бу уходит!

— Не половину. Процентов тридцать, — скромно поправил дед. — Ну, может сорок.

— Дед!

— Ладно–ладно, около шестидесяти… — он поднял руки. — Помогу. Но!

Он поднял палец.

— Мы будем работать по моим авторским методам. Никаких «как в учебнике» или «как все делают». Моя система, мои правила! Согласен?

— Договорились.

— И ещё, — дед хитро прищурился. — Ты мне потом будешь должен.

— Должен? Что должен?

— Потом скажу. Когда придёт время. — загадочно улыбнулся он.

Я уставился на него с подозрением. Вы вот, серьезно верите, что это будет просьба сходить за зефиром в магазин? Полюбому что-то задумал!

— Дед, это как–то связано с кражей чего–нибудь? Или с проникновением куда–нибудь? Или с твоими «делами на двадцать минут»?

— Может быть, — невозмутимо ответил Фома и пошел на кухню. — А может и нет. Это будет сюрприз.

— Мне не нравятся твои сюрпризы.

— А тебе и не должно нравиться! Потому, что ты зануда!.. Так ты согласен или нет?

Я тяжело вздохнул. Выбора особо не было. Либо дед с его безумными методами, либо смерть через год. В департаменте всем на меня, по факту, плевать.

— Согласен.

— Вот и отлично! — дед хлопнул в ладоши. — Начнём завтра. С утра. В шесть.

— В шесть утра⁈

— А ты думал, магия сама себя освоит? — он ухмыльнулся. — Иди спать, Ваня. Завтра у тебя будет тяжёлый день. Или два дня…

Он замер в коридоре, затем развернулся обратно к своему столу и снова взял паяльник.

— И да, — добавил он, не оборачиваясь. — Приготовь старую одежду. Которую не жалко испортить.

— Зачем?

— Увидишь.

Я постоял ещё несколько секунд, глядя на спину деда, потом развернулся и пошёл к себе.

Почему–то мне казалось, что я только что подписал контракт с дьяволом. Причём дьявол носил синий халат и ел бутерброды с зефиром.

Иван сидел в позе лотоса, в середине зала и пытался медитировать.

Занятие для спортсмена весьма непривычное, но выбора у парня не было. Именно по этому уже час парень старательно пытался повторить то, что ему объяснял дед.

— Зефир будешь? — раздался голос старика.

Иван приоткрыл один глаз, глянул на торчащую в проходе голову деда и недовольно буркнул:

— Нет!

— Ну, ладно… Я тогда доем, — произнес он и скрылся.

Очередная попытка настроиться. Тишина, пустая голова… Никаких мыслей… Центр силы… Центр силы…

Перед глазами начали появляться точки, внутри стало легко и…

— Тебе свет нужен? — снова голос Фомы.

Иван тяжело вздохнул, приоткрыл один глаз и недовольно буркнул:

— Нет!

— Отлично! — кивнул дед и выключил свет в комнате, погрузив ее в полумрак.

Хрусталев подавил нарастающее раздражение, снова попытался очистить голову, почувствовать силу внутри. Центр силы… его внутренний мир… и тут во тьме начало появляться ночное небо. Звезды появлялись одна за другой, становясь ярче, насыщеннее и образуя целые созвездия. Иван внутренне подобрался, вглядываясь в звезды, но тут…

— Хоба! — раздался голос деда.

Иван открыл глаза и обнаружил старика, глаза которого были словно пара фонариков.

— А теперь дальний! — резко сдвинул он голову назад и снова вперед, словно голубь при ходьбе. — Ближний! Дальний! Ближний…

Иван недовольно засопел, наблюдая как Фома расхаживает по залу и дергает головой словно голубь. Сюрреализма добавляло то, что дед еще и руки в бока упер.

— Ближний! Дальний! Ближний! Дальний!

— Деда, твою налево! Я медитировать пытаюсь!

— Мешаю, да? — с ехидной улыбкой произнес старичок.

— Да!

— Ну, ладно, — пожал плечами старичок и принялся разворачиваться, попутно подмигивая одним глазом, словно включил поворотник. — Если захочешь зефира…

— Не хочу!

— А он уже кончился! — буркнул дед, скрывшись на кухне.

Иван тяжело вздохнул, снова закрыл глаза и попытался очистить мысли. С минуту он справлялся с раздражением, а затем снова вошел в ритм. Центр силы, пустая голова, звездное небо…

Тишину разрезал звук электрогитары. Раздался визг соло, затем ударили барабаны, а в коридоре показался силуэт старика.

Левая нога прямая, выставлена вперед, правая слегка согнута, левая рука отведена в сторону, правая выбивает ритм. Лохматая голова трясется в ритм барабанам, а голос на записи надрывается в жутком хрипе.

— Дед, твою на лево! — выкрикнул Иван и поднялся. Парень вышел в коридор и обнаружил, что дед с «включенным дальним светом» выплясывает в коридоре, при этом умудряясь подпевать незнакомой группе:

— Взорвать! Взорвать все к чертям! — хрипел он и мотал головой, отчего лучи света метались по коридору, имитируя цветомузыку.

Иван молча подошел к небольшому проигрывателю, подключенному к сети и вырубил его.

— Взлети–и–ит все к чертям! — раздалась имитация трешового голоса автора песни на старческий лад.

— Дед! Какого черта⁈ — возмущенно крикнул Иван.

Старик выглянул из коридора, дернул головой вперед и выключил свет из глаз.

— Что⁈ Мне нельзя танцевать? Старым пердунам значит под гармонь можно в парках, а мне у себя дома нельзя?

— Я медитировать пытаюсь, а ты…

— Я же просто танцую! — тут же отрезал старик. — И это вообще классика отечественного металла!

— Деда, я как должен сосредоточиться, если ты постоянно, то голубя изображаешь, то танцы с музыкой устраиваешь⁈ — выпалил Иван. — Ты специально мешаешь⁈

— А ты думаешь в университете тебе комнату обеспечат? Или ждать будут пока ты настроишься? — спокойно глянул на него старик. — Медитация — это первый шаг и чем быстрее ты научишься ей пользоваться в любой ситуации тем быстрее ты начнешь прогрессировать со своим даром.

— Как это вообще понимать? Ты сам сказал, что все начинают с медитации и ощущения собственного ядра! А я как его должен почувствовать, если ты тут устроил не пойми что!

— Очень просто! — пожал плечами Фома и прошел на кухню. — Берешь и чувствуешь!

Тут он подошел к холодильнику, открыл его и тут же закрыл.

— Блин, я же доел зефир!

— Если ты хочешь, чтобы я сходил за зефиром — так и скажи, на не устраивай тут…

— Причем тут зефир? — буркнул старик и глянул на внука. — Ты ведь и не нашел свою звезду, так?

Хрусталев тяжело вздохнул и недовольно буркнул:

— Так. Ты сказал про одно ядро, а у меня… не знаю. Как вообще понять, что это звезда твоя? Да и… надо долго собираться с мыслями и… У меня не получается.

— Не получается — не мучай себя, — пожал плечами старик. — Дети тратят на это годы, а ты решил за пару вечеров освоить? Нет, это так не работает. Да и у меня есть способ получше, чем сидеть словно истукан и просто тратить время.

— Что за способ? — с недоверием глянул на него Иван.

— Простой, эффективный, но сначала… — тут старик умолк и задумчиво уставился в окно, за которым начинались сумерки. — Помнишь, я сказал, что ты мне будешь должен?

— Да, а причем тут…

— Собирайся. Оденься поприличнее.Сходим кое–куда.

Иван недоверчиво глянул на деда, потом на окно и спросил:

— Так уже вечер и…

— Вечер самое горячее время, — кивнул старик и потер ладони.