Испытание гордости. Северная леди (СИ) - Баженова Ярослава - Страница 24

Я подавлено молчала, понимая, что окончательно потеряла аппетит. Что удивительно, Император больше не стал меня задерживать, и стоило мне сослаться на дурное самочувствие, тут же отпустил. Из столовой я чуть ли не выбежала, практически столкнувшись с мужчинами, которые дожидались меня подле дверей.

Окинув их беглым взглядом, спешно направилась в покои. В голове крутилось множество мыслей, одна была страшнее другой, мне казалось, ещё секунда и я позорно упаду в обморок прямо посередине коридора.

С трудом перенеся все вечерние процедуры и облачение в ночную рубашку, приказала всем выйти. Видеть никого не хотелось. Дождавшись, когда за последней девушкой закроется дверь, я обессилено опустилась на кровать и стала шептать молитву.

***

Утро выдалось отвратительным. Сонную меня вытянули из кровати и затолкали в ванную комнату, которая ещё не успела полностью остыть, похоже, Император не так давно был здесь. Это несколько отрезвило, но недостаточно, чтобы я стала активно реагировать на происходящее.

Всем процессом руководила леди Розалио, зорко следя за всеми служанками, прикрикивая, если они делали что-то неправильно. В воде я провела порядком двух часов, периодически выбираясь, чтобы меня намазали какими-то кремами, нанесли различные маски и тому подобному. Под конец я окончательно проснулась, поняв, что настроение у меня просто отвратительное и чтобы его исправить, понадобится чудо, не меньше. Меня даже во дворце отца перед балом не так тщательно тёрли, как здесь.

Из ванной мы выбрались, когда большая часть утра прошла, а время плавно клонилось к обеду. Хотелось есть, хотелось спать, хотелось сесть, сложить руки на груди и никуда не идти, но нет. Служанок в моих покоях стало раза в два больше, а ещё на идеально заправленной постели появилось платье. Признаться, выглядело оно внушительно и занимало чересчур много места. На бумагах выглядело миниатюрнее.

Для начала меня облачили в короткую сорочку, не достигающую колен, под неё дали короткие шортики из приятного мягкого материала, попытались объяснить мне, что на Юге это замена нашим громоздким панталонам. Потом бросили это бесполезное дело и просто попросили надеть. Кинув на вещь в моих руках многозначительный взгляд, послушалась. До этого мне выдавали облегчённый аналог нашего нижнего белья, и никто не умер.

Следом шли полупрозрачные чулки на шёлковых подвязках.

Платье мне помогали надевать четыре девушки. Трое из них аккуратно держали подол, чтобы я не порвала и не запуталась в нём, одна же поддерживала лиф, помогая мне правильно вылезти. Когда моя голова показалась снаружи, я вздохнула с облегчением. Никогда не любила наряды, которые нужно было надевать через верх, слишком много с ними мороки.

В большое зеркало мне взглянуть не дали, сразу же потянув к туалетному столику. На мягкий стул, к слову, я тоже сама не села, мне помогали две служанки, стало даже как-то обидно. Я, конечно, не идеал аккуратности, но платьев ещё ни разу не рвала.

С причёской мудрить не стали. Плели долго, но в конце оказалось, что они просто заплели пряди с висков в косички, сзади соединив в толстую основную косу, оставив большинство волос свободно спадать по плечам. И когда я думала, что это действительно всё, одна из девушек подала непримечательную шкатулку, в которой оказалось множество тонких золотых цепочек с драгоценными камнями. Парочку из них и вплели мне в причёску. А после с явной неохотой накинули покров, закрепив в волосах.

Макияжем занимались дольше. Выравнивали цвет лица, красили брови и ресницы, которые под лёгкой рукой превратились из светлых в чёрные, на веки нанесли тени, на щеках растушевали нежно-розовые румяна, а губы подвели какой-то алой помадой. Взглянув на себя в зеркало спустя практически три часа, пришла к выводу, что занимаюсь подобным первый и последний раз. Для меня смотрелось слишком броско и ярко, неприятно. Спешно отвела взгляд, поднявшись на ноги.

Последнем пунктом были туфельки, которые я надела без чьей-либо помощи. Несмотря на внушительный вид платья, на деле оно оказалось не таким уж и тяжёлым.

Нужно отметить, что по лестнице я ступала с ледяным спокойствием, но на этом оно и закончилось, потому что стоило лишь мне выйти и увидеть количество сопровождающих солдат, как голова невольно закружилась, а колени непроизвольно подкосились. Благо хоть гофмейстерина, держащаяся на вежливом расстоянии, поспешила прикоснуться к моему локтю, чтобы поинтересоваться самочувствием. Это хоть немного привело меня в сознание.

Начала медленно спускаться, считая ступени, чтобы вновь нерешительно остановиться на последней. А вдруг я делаю что-то неправильно? Конечно же, я делаю что-то неправильно! Я иду на поводу у обязанностей перед родом, вот что я делаю не так. Есть ли у меня путь назад? Если я сейчас откажусь, сяду прямо здесь и никуда не пойду, меня оставят в покое или донесут насильно?

— Миледи, прошу, — внезапно прозвучал дружелюбный голос рядом. Рассеяно подняв взгляд, увидела мужчину, протягивающего мне руку, чисто по инерции вложили в его ладонь пальцы, ступая на землю. — Давно мечтал познакомиться с вами, но наш Император такой собственник, запрещал приближаться к вам, поэтому я был вынужден любоваться издалека.

Выпалив всё это, незнакомец склонился в поклоне, поцеловав кончики моих пальцев, прежде чем отступить. От неожиданности я даже позабыла о своей неуверенности, изумлённо смотря на представшего передо мной военного. Наверное, это был военный, по крайне мере фасон его формы был чем-то отдалённо похож на остальные. Разница лишь значилась в расцветке, у него это был золотисто-белые цвета нежных оттенков и вышивка на рукавах, похожая на волны.

— О, извините, с моей стороны были грубо не представиться, Ваше Высочество, — продолжал говорить мужчина, делая жест рукой, приглашая следовать за ним. — Лорд Равен Фейнсизс, но для вас только Равен и никак иначе, миледи.

— Лорд Равен, а вы, — я потерянно замолчала, не зная, как можно корректно сформулировать вопрос. Говорила уже на фордейкском, всё равно рядом никого из служанок и моих сопровождающих не наблюдалось.

— Кто я по статусу? Не хочу утомлять вас речами, леди Раммон, всего лишь один из моряков имперских судов, — беззаботно отозвался лорд Равен, похлопав по боку белоснежную массивную лошадь, к которой мы успели подойти. — Разрешите ли помочь вам забраться на эту красавицу?

— Я не уверена, — произнесла, для достоверности спрятав руки за спиной, словно меня могли потянуть насильно.

— Не беспокойтесь, Ваше Высочество, Его Императорское Величество собственноручно поручил мне это ответственное дело, — и улыбка, которой просто невозможно отказать, я всё же сделала короткий шажок навстречу. — Это честь для меня, миледи.

А дальше всё произошло слишком стремительно, чтобы я успела как-то отреагировать. Просто в одно мгновение я стояла на земле, а в другое уже сидела верхом, рассеяно оглядываясь по сторонам. Единственное, что почувствовала, так это секундное прикосновение ладоней к талии, не больше.

— Правой ногой попадите в верхнюю луку, да, так, а левой можете упереться в нижнюю для поддержки равновесия, — всё это лорд Равен говорил, пока поправлял подол моего платья, чтобы тот не помялся и не свалился с лошади. — Вес вашего тела должен быть распределён на правое бедро, вес на стремя переносить нельзя. Локти прижмите к талии, а вот кисти рук необходимо держать свободно.

— Нам долго ехать? — поинтересовалась, немного поёрзав, пытаясь привыкнуть к неудобному положению.

— Медленным ходом около десяти-пятнадцати минут, не волнуйтесь, — понимающе произнёс лорд Равен, с лёгкостью забираясь в седло коня, которого к нему подвела прислуга. Оказавшись на одном со мной уровне, он шутливо склонил голову. — Я буду ехать впереди, так что переживать не стоит, и, Ваше Высочество, подбородок выше, этот день ваш.

И после этого мы чинно двинулись с места.

Лорд Фейнсизс, как и сказал, ехал чуть впереди вместе с неизвестным мне мужчиной, за ними двигалась я, окружённая четырьмя всадниками в военной форме, которые взяли меня в своеобразный круг. Позади ехал лорд Маркус с леди Элионор, их так же сопровождали, но всего два человека. Замыкал нашу процессию Герберт, которого я заметила не сразу, ну, а когда увидела, то было уже поздно здороваться.