Королева Эхо (СИ) - Райро А. - Страница 31

Работы у экспертов было много.

Сам же я был не против отдохнуть, выспаться и набраться сил перед новыми тренировками.

За эту неделю учителя Зевса мы почти не видели. Он приходил в бункер поздно, когда мы уже спали, а уходил рано, когда мы ещё спали. А иногда вообще не ночевал у себя.

Каждый день к нам являлся помощник Мо и уводил с собой гизона.

Бенетако не сопротивлялся, но шел неохотно, а когда возвращался, то сообщал, что учился быть человеком: Нигма читала ему лекции и показывала голограммы, альфы тренировали приёмам рукопашного и ножевого боя, локаторы учили разведке, хотя я бы не удивился, если сам гизон знал о чтении следов не меньше самих локаторов, а может и больше.

Однако каким бы гизон ни был сильным, по-звериному чутким и выносливым, без лимба и магии он всё же оставался уязвимым на фоне остальных, поэтому его и готовили к реальности Эльдоры, как могли.

Зато он сдружился с Нигмой, считая её чем-то вроде вездесущего духа крепости. Даже придумал ей милое прозвище.

— Как твоё служение, сестра Ни? — спрашивал каждое утро Бенетако.

Не знаю, что она ему отвечала, но он всегда улыбался и желал ей доброго дня, ещё и поглаживал пальцем по наушнику.

О своей Гизафии Бенетако поначалу рассказывал немного, но чем дольше мы общались и чем чаще устраивали совместные обеды и ужины, тем больше и охотнее гизон говорил о своей стране.

Когда я спрашивал его, есть ли в Гизафии кислород, то Бенетако морщился — он не понимал, что это такое, и почему его старая палица, брошенная возле шахты, была покрыта ржавчиной.

А вот меня занимал этот вопрос.

Ржавчина — признак наличия кислорода, это очевидно. А если там есть кислород и живут гизоны без магии, то значит, смогут жить и люди без магии. То есть те, у кого нет адаптогена и которые были бы обречены на смерть в Эльдоре. Такие, как моя сестра или мой дядька-параноик.

Каждый день я задавал гизону вопросы и всё больше узнавал о загадочной Гизафии, о её флоре и фауне, о быте местных, об их обычаях. Они, и правда, напоминали людей в начале своей цивилизации, жили примерно так же, как жили люди в железном веке.

День тянулся за днём.

Пока гизон «учился быть человеком», мы втроём слонялись по Нигме, заходили на барахолку, чтобы в очередной раз убедиться, что Хламного Барона нет на месте, пару раз были в Культурном Центре, который ничем не отличался от такого же в Симоне.

Каждый день, рано утром и поздно вечером, я навещал Прометея в ангаре, куда добирался прямо из бункера. Работа кипела. Банни Роу, деловитая и азартная, вместе с большой группой экспертов копошилась около наших титанов, повреждённых в бою.

— Стас, эти короба для регенерации делают чудеса, так что Прометей будет готов через два-три дня! Даже татуировки на его теле восстановила! — похвасталась она к середине недели. — А ещё он такой послушный! Что ты с ним сделал?

Я даже удивился.

Ничего я с ним не делал, но мой своенравный титан действительно стоял смирно и лишь изредка шевелил пальцами. На рык циклопа с площади он больше не реагировал, будто его и не слышал.

Несколько раз я видел Эббе Торгерсена и почти всегда — возле той белой сторожевой башни около бункера и в группе альф разного ранга.

Со мной Эббе почти не разговаривал, лишь пару раз я слышал от него фразу:

— Работаем, Стас.

И ещё одну:

— Готовься к провокации в любой момент.

Больше ничего.

Что же насчет Орфео Косты, то я смог встретиться с ним лишь к концу недели, когда прибывших локаторов наконец-то выпустили из Военной Зоны и дали возможность увидеть Нигму по-настоящему.

Правда, Орфео был сам не свой.

Он мало разговаривал, порой вообще пропускал фразы мимо ушей, его даже не интересовали рынки — ни один из них. Но самое главное, что свой сверхъюмор он совсем забросил.

Ни единой шутки.

Ни единой! Даже самой простецкой, самой пошлой и дурацкой!

Я догадывался, что с ним не так, но не лез в душу, пока Орфео сам не признался мне:

— Захари пришёл в себя, Стас. Он ещё совсем слаб и находится в лечебном центре под присмотром, к нему пока никого не пускают, но я должен его увидеть, как можно скорее.

— Возможно, он скоро будет участвовать в заседании Комиссариата, — шёпотом сказал я, прикрыв наушник ладонью.

Но тут же услышал в нём:

— Глава крепости «Симона» Ю-Джун Захари уже дал согласие на участие в упомянутом вами заседании, маг-зеро Терехов. Сообщаю вам об этом, так как вы тоже заявлены участником вместе с Викторией Саваж. Заседание пройдёт через два дня, вас проводит помощник первого заместителя главы крепости «Нигма» Морис Мбаппе.

Почувствовав укол раздражения из-за вездесущей Нигмы, я вздохнул.

— Спасибо, Нигма. Ты, как всегда, вовремя.

— Рада помочь! — бодро отозвалась Нигма.

Моей горькой иронии она не уловила.

Через два дня Нигма напомнила мне о заседании Комиссариата (будто я мог об этом забыть), после чего мы вместе с гизоном и Саваж дождались помощника Мо.

Все переоделись в строгую одежду по протоколу. Я надел тот самый костюм с галстуком, а Саваж… хм… она тоже надела костюм, и тоже с галстуком, только вместо брюк у нее была юбка до колен и туфли на низком каблуке.

— Ненавижу эту одежду… в ней так неудобно… — тихо проворчала она, когда мы шли следом за Мо по подземному переходу напрямую в ангар.

— Пытка… это просто пытка… — повторил за ней гизон и дёрнул за галстук, готовый себя придушить.

— Да вы похожи, — усмехнулся я.

Саваж вздохнула и пригладила волосы, собранные не в косы, как обычно, а в шишку. Из-за этой прически она казалась старше и ещё строже, чем всегда.

Когда мы наконец вышли в ангар, то про свои неудобства она сразу забыла.

— О-о! Малышка! — выдохнула она с любовью, чем меня немало удивила.

«Малышка»?..

Это она про восемнадцатиметровую Афродиту?

Вообще-то, только я называл своего титана малышом, а теперь ещё и Саваж подхватила. Забавно.

Наши титаны наконец-то были готовы к новым испытаниям и выглядели даже лучше, чем когда мы выходили из Симоны в миссию. Блестящие, полные сил, свежие, без единой трещины на корпусах.

Вокруг гигантов всё ещё суетились десятки экспертов, в том числе и Банни Роу. Она была так увлечена, что нас не заметила.

— Нам сюда, господа! — Мо указал дальше, на неприметную дверь в техническое отделение.

Пришлось оторвать взгляды от титанов и последовать за помощником.

Мы были уже возле двери, когда ангар оглушил очередной рык циклопа. Да, опять. Но на этот раз он показался мне другим: не рычанием усталости и боли, и даже не воплем отчаяния.

Это было торжество. Настоящий триумф!

В ту же секунду завыли сирены. Причем не только в ангаре, но и по всей Военной Зоне, да и по всей Гражданской.

Оглушающий вой сирен обрушился сразу отовсюду.

Голос Нигмы, громкий и холодный, прогудел над крепостью:

— Код ноль-десять! Эвакуация Гражданской Зоны, сектор три! Немедленная эвакуация! Код ноль-десять! Эвакуация Гражданской Зоны, сектор три! Покиньте сектор! Покиньте сектор!

Послышался длительный и оглушающий треск.

И тут же я услышал отчаянные крики экспертов, которые копошились возле титанов.

Мой Прометей вышел из короба, опять с грохотом и треском повалив за собой кучу оборудования, а потом быстро зашагал в сторону ворот, ведущих в Гражданскую Зону.

Туда, где продолжал триумфально рычать циклоп.

Том 3

Эпизод 11

— Прометей! — Я бросился за титаном.

Из-за неудобных щегольских туфель чуть не поскользнулся на бетонном полу, но удержал равновесие.

Чёрт с ними, с туфлями — главное, что на мне сейчас не было проводящего костюма, а значит, управлять титаном я бы не смог. Только с помощью лимба и на расстоянии, а это расстояние между нами всё больше увеличивалось.

— Промете-е-ей! — Я чуть не сорвал голос в попытке перекричать вой сирен. — Прометей! Сто-о-о-й!