Школьные Воины 2 (СИ) - Булл Сергей - Страница 100

Приятно было наблюдать, как он отводит взгляд и весь дрожит.

— Тебя закроют, а там за решёткой, наверняка найдётся кто-то из твоих же братков, кто решит отомстить. Ты умрёшь там. Или? Или из тебя сделают сучку. Другой вариант, более фатальный. Первая часть такая же, а вторая… немного отличается. Что же увидят полицейские? — я сделал трагическую паузу. — А они увидят, как два мошенника поссорились. Один другому прыснул перцем в глаза, — я показал баллончик. — Затем на эмоциях прирезал его. Из-за любви… ну или просто на эмоциях прирезал его, а когда пришло осознание, — я провёл ножом уже у себя по шее. — Не выдержал и добровольно ушёл из жизни. Что выберешь?

— Третий вариант! — взвизгнул он.

— А я говорил про третий вариант?

— Нет. Но прошу, дай нам шанс! — взмолился он.

— Тогда поведай-ка мне историю всей этой вашей тухлой схемки. Как небольшая гарантия, что к Су Бин, вы не прикоснётесь. Желательно с именами.

— Я… я не могу. Меня убьют.

— Ты сам попросил третий вариант, и теперь он тебя не устраивает. У меня они закончились, — сказал я и опустил нож к шее его товарища. — Значит… вариант один или два?

Смотрел на него холодными глазами.

— Говори… — простонал парень, лежавший на полу.

У меня появился ещё один компромат. Я узнал их номера и предупредил, чтобы они брали телефон с незнакомых номеров.

Через четверть часа я уже спускался. Ещё двое дружков ждали во дворе, так что от лестницы первого этажа срулил в сторону и двинулся к чёрному выходу. Они заметили меня, но слишком поздно. Когда один из них подбежал к краю дома, я уже скрылся через тот вход, через который и зашёл на территорию комплекса.

В квартире Су Бин парень поднялся, щуря глаза. Долго смотреть он не мог. Свет вызвал боль, а силуэты вокруг были размытыми, он прицелился на диван, где всё ещё сидел его подельник.

— Ублюдок, — процедил он. — Ты какого хера наделал?

— Хён, — ответил мошенник. — Но я… я не знал, что у Су Бин есть кто-то… кто-то из Чхонрёна.

— Чего? — взревел тот и подошёл, нанося удар ногой.

— Хён, прости! — пытался закрыться от ударов исполнитель роли парня, а его товарищ принялся вколачивать его в диван.

Я окольными путями вернулся к госпоже Мин, и написал Су Бин. Теперь хоть знаю как её зовут. Девушка вышла ко мне, и я передал ей сумки.

— С-спасибо, — прошептала она. — Всё в порядке?

— Скорее всего да, я буду держать ситуацию под контролем.

— Скорее всего? — взглянула она удивлённо.

— Не переживай. Просто пару дней посиди дома. Я забрал твою технику. Посмотри какой-нибудь сериал. На работу когда?

— В понедельник.

В квартире раздался голос хозяйки.

— Ну, кто там ещё? — на пороге показалась госпожа Мин. — А это Хва Джин. Может, зайдёшь?

— Вы ещё не спите, госпожа?

— С вами поспишь, молодёжь, — проворчала тётушка, оставив нас.

Я ещё немного поговорил с Су Бин и ушёл. Выходные пролетели спокойно. Я тренировался. Общался со спасённой девушкой. Ну и не только с ней. Мой телефон просто разрывался. Мне писали в чате Сивилла и Авана. Хён Бин. Со Ён. Порадовала Ми Со, она писала, что дело с ресторанчиком движется, пусть и медленно. Вроде бы её юристы смогли что-то придумать для суда. Если дело дойдёт.

В понедельник я отправился в школу, в которую, идти желания было немного.

Надо.

Относился к этому по-философски. Раз взялся, то буду делать это хорошо. На воротах уже стояли проверяющие. Учитель и несколько учеников с повязками. Но дойти не успел. Меня окликнули.

— На Хва Джин!

Я обернулся и не смог определить, кто это был.

— На Хва Джин! — голос был женским, и теперь я, кажется, увидел, кто меня звал.

Глава 20

В стороне от ворот был невысокий парапет вокруг палисадника, там на корточках сидела девочка в потрёпанном спортивном костюме. Волосы подстрижены под каре, с одной стороны, обрамляя лицо, свисала длинная крашеная прядь.

Она лениво жевала жвачку, раздувая из неё розовые пузыри, и лазила в телефоне. Он был в розовом махровом чехле и с миниатюрным брелоком-лабубой такого же цвета.

Наши взгляды на мгновение встретились, и она помахала рукой, опять уткнувшись в телефон. Ученики Ганнима обходили её морщась, словно это было что-то мерзкое, но ей было плевать. Телефон увлекал её намного больше, чем созерцание напыщенных подростков.

Я постоял перед входом рассекая собой поток и короткими кивками, здороваясь со знакомыми. Она снова подняла на меня взгляд и уже поманила рукой.

— На Хва Джин, ну чего застыл? Иди сюда, разговор есть! — требовательно крикнула она.

Ладно. Я двинул в её сторону и стремительно сблизился, так что она дёрнулась.

— Эй, ты аккуратнее будь! Напугал, — без толики испуга она смотрела на меня снизу и хлопнула рукой по каменному парапету. — Садись. В ногах правды нет.

— Спасибо, я постою, — мотнул головой в сторону школы. — Мне ещё часов восемь сидеть.

— Посмотрите на него, какой холодный стал. Раньше в тебе было больше эмоций, Хва Джин. Ты мне тогда даже нравился, — скривилась она. — А сейчас? Зазвездился? Видала, что у тебя в айке творится. Ты прям восходящая звезда. Так, скоро со старыми знакомыми вообще здороваться перестанешь.

— Кто ты? И чего тебе надо?

— Как грубо, — она сморщила лоб, вставая на парапете, даже так она была со мной почти одного роста, выше всего на пару сантиметров. Сделав жест, померяла нас, почти коснувшись моих волос. — Ну ты и вымахал. Вроде ты ниже был.

— Говори уже, — я повернулся в сторону ворот, где стояли утренние дежурные. — Не хочу опаздывать на уроки.

— Бережёшь репутацию. Ты же не только дерзкий, но ещё и умник у нас. Насколько я помню.

— Если тебе нечего сказать, тогда я пошёл, — повернулся в сторону главного входа Ганнима.

— Стой, — она цепко ухватила меня за руку.

Её рука была маленькой и холодной, а хватка оказалась непривычно крепкой для такой маленькой девчонки.

— Ладно. Не буду кокетничать с тобой, — голос стал ниже и совсем лишился дружелюбия. — Я твоя подруга.

— От куда?

— Ах да. У тебя же память отшибло, — фыркнула недовольно она. — Сын Ги о чём-то таком говорил.

Сын Ги? Хотя бы есть зацепки, кто эта мелкая с железной хваткой.

— Ты пришла от него?

Она расхохоталась.

— Нет. Ты что. Этот долговязый пёс сам у нас на побегушках. Прощаю тебе эти слова, спишем их на твою амнезию.

Прощает? Тогда по логике, она, скорее всего, связана…

— Кан Ука беспокоит твоя активность в последнее время. Ваши личные тёрки с этим туповатым мажором нас мало интересуют. Но не стоит совать нос слишком глубоко, туда, где его могут укоротить. Знаешь, как у Пиноккио. Только у тебя он не деревянный, — она хищно улыбнулась, разводя руками. — Может быть много крови.

— Это угроза?

— Нет, что ты, — она отпустила мою руку и спрыгнула с парапета, выпрямилась, но продолжала смотреть снизу вверх. — Скажем так это маленькое, — она изобразила пальцами небольшое расстояние. — Предупреждение. По личной симпатии. Ты парень неплохой. Но… — обвела руками территорию школы. — Ты же не хочешь лишиться всего этого. Давай забудем старое. Тебя, считай, списали. И ты легко отделался. Живи новой жизнью. У тебя и денег теперь будет много. С такими-то успехами в сети. Ещё и контракт, небось, какое-нибудь агентство предложило. А если нет, то в таком месте, да с твоей внешкой это дело времени. Бывай. Надеюсь, мы больше не увидимся.

Она повернулась в сторону, но на этот раз я схватил её осторожно за руку.

— О! — в её взгляде промелькнули угрожающие огоньки. — Это что-то новенькое. Подобного я не припомню. Может, я тебе тоже нравлюсь? — добавила она игривости в голос, но вышло слишком холодно. Приложила палец к губам. — Понимаешь, когда парень нравится, этого не всегда достаточно. К твоему надеюсь сожалению, моё сердце уже принадлежит другому.