Попаданка в шоке! Ученица лже-дедули (СИ) - Бум Юлия - Страница 41

— Каена, ты пообещала, что обязательно выживешь. Запомни это, как и то, что ты будешь счастливой. Так и будет, поверь.

Вроде всё тот же учитель, но что-то в его голосе, взгляде было каким-то странным. Не свойственным учителю его лет. Ох, кажется, я всё-таки слишком много выпила и пора идти спать. Тем более мне полегчало.

— Обязательно, дедушка… Так я и поступлю.

***

Я сидел и читал дневник, когда в комнате появился Альберт. Но моё занятие настолько меня поглотило, вместе с эмоциями, что я даже не заметил его присутствия.

— Почему каждый раз, как я к тебе прихожу, ты занят чем-то очень… эмоциональным? Сейчас и вовсе ощущение, что ты готов спалить всё вокруг, — с шутливой ноткой сказал он, хотя от меня не укрылась и тревога в его голосе. — Опять твоя ученица? Что на этот раз?

— Знаешь, я, конечно, знал, что женщины бывают… ещё теми… Но…

— … А подробнее?

— Поздравляю, к нам направили редкостную тварь. Своих же нам мало, — чуть ли не выплюнул я сквозь зубы.

— О, — только и смог сказать Альберт.

— На, знакомься, — практически швырнул ему дневник Каены.

Альберт тут же положил руку и использовал магическое чтение, как и я только что.

— То есть вот это «сокровище» едет к нам в качестве невесты? — нахмурившись, спросил он меня.

— Я вижу, ты в полном восторге. Хороша невеста? Уже влюблён? Не желаешь прибрать её к себе?

— … М-м, нет, пожалуй, воздержусь от такой награды. Но надо отметить, пакостить она умеет. Быстро сожрать её наши «девочки» точно не смогут.

— Отравятся.

— Не все. Есть и похлеще. Та же Розенталь. Кстати, из них вышел бы отличный тандем, — без радости в голосе заметил племянник. — Подожди… Это дневник твоей подопечной? Каены Линрей?

Что-то в его лице и интонации заставило меня насторожиться.

— Говори.

— Она в списке гостей как личная служанка этой… Розарики.

— ЧТО? То есть семью Каены ещё не спросили, с ней самой не согласовали, а уже отправили список? — вот теперь я был в полном бешенстве.

Уверен, и это дело рук той девчонки. Это не мелкая, это крупная дрянь, которая, как пиявка, вцепляется в свою жертву и не отпустит, пока не высосет всю до конца.

— НЕТ.

— Но, Рэйнар, что я должен на это ответить?

— Плевать. Каена не в том состоянии. А если ещё и эта Розарика будет испытывать её на прочность, то проклятие точно пустит свои корни и закончит начатое!

Успел я только это проговорить, как дверь в кабинет тут же распахнулась, и влетела белая как простыня Нана.

— В чём дело?

— Ваше Величество? Герцог? Где учитель? Каена… Она… — сбивчиво говорила Нана.

Её перепуганное лицо послужило самым мощным мотиватором в сочетании с именем Каены. Мне этого уже было достаточно, чтобы уже через секунду вылететь за дверь и стремглав броситься к нужной комнате.

Только не это. Только не проклятие.

Мои прекрасные и самые лучшие... кажется меня понесло и в одну книгу я точно не укладываюсь... Я долго думала над этим, но вот сейчас точно понимаю, что не получится вместить все в одну. Второй книге быть и похоже она соберет весь накал страстей, а вместе с этим и ... нет, пусть будет сюрпризом)))

27 ГЛАВА

Уснуть я уснула. Но, ей-богу, лучше бы не ложилась. Поначалу мне привиделся снова лучик света — маленькое пятнышко, от которого исходило множество светящихся белых нитей, и все они были направлены ко мне. Этот светлый комок стал приближаться очень быстро, приобретая размытые очертания фигуры, которые быстро становились всё чётче. Постепенно мне стало ясно — это девичья фигура. Каена, моя половинка души.

Вместе с тем, как она становилась ближе ко мне, стали появляться и образы. Поначалу — как в кино, будто я смотрю на экран. С каждой секундой он увеличивался, а потом и вовсе стал огромных размеров и больше походил на зеркало, которое при этом магнитом притягивало меня. Я не стала сопротивляться. Протянула одну руку, следом вторую, и вместо зеркальной холодной преграды мои конечности прошли сквозь водную гладь, а в следующее мгновение я уже была по ту сторону и видела всё собственными глазами. Теперь это уже было не кино, а моя жизнь…

— Розарика лжёт. Лина не делала ничего такого. Это Розарика хотела, чтобы вы все так подумали, — мой голос звучал как у десятилетнего ребёнка, да и напротив стояли дети именно такого возраста.

Вот и сама Розарика. Красноволосая девочка с вздёрнутым носиком и надменным взглядом.

— Что? Каена, о чём ты говоришь? — изобразила она грустное выражение лица вместе с притворно-опечаленным тоном. — Каена, как ты можешь? Я тебя чем-то обидела?

Она продолжает свой спектакль. Вокруг другие девочки начинают шептаться. Кто-то сомневается в Розарике, но всё больше и больше начинают шептаться, что я просто завидую своей подруге, устала быть в её тени, потому решила её оговорить. Как бы я ни старалась, все встали на сторону Розарики, а я с Линой оказались не у дел. Завистливые и лживые.

— Каена, стой! Что это было? — догнала меня Розарика.

— Правда. Лина не виновата ни в чём. Почему я должна её очернять?

— Очернять? Не говори глупостей. Это ради её же блага.

— Блага? Опозорить Лину ради её же блага, а тебя сделать на её фоне лучшей? О каком благе идёт речь? Розарика, я больше не хочу быть твоей подругой и не хочу наговаривать на других.

— Вот значит как. Ты хорошо подумала? — нахмурилась красноволосая девочка.

— Да, и это окончательно.

— Раз ты так, то и я не буду жалеть. А вот ты ещё пожалеешь.

— Не пожалею.

— Это мы ещё посмотрим. И даже если ты приползёшь ко мне, я подумаю, принимать ли тебя обратно. Хотя в качестве ручной собачки, может, ты и сгодишься. – ехидно усмехнулась она.

Отвратительно. И это говорит десятилетний ребёнок? Неужели она настолько гадина? Но уцепиться за это воспоминание надолго не получилось, ведь следом посыпался град более печальных воспоминаний. И чем дальше, тем сильнее они жалили и обжигали.

— Ну что ты, мы раньше были с Каеной лучшими подругами, просто в последнее время у меня не так много времени. Видимо, поэтому она на меня обиделась и больше не хочет меня видеть. Но ты же мне поможешь? Я так хочу с ней помириться… — нежное прикосновение к мужской руке, печальный взгляд, наполненный непролитыми слезами. Губы слегка приоткрыты, грудь вперёд — и вот парень Каены начинает таять.

Это был всего лишь предлог, чтобы сблизиться с ним и насолить мне. Она портила мне настроение, каждый раз с помощью моего парня и своих манипуляций над ним приходя в его компании. С каждым разом они проводили время всё больше и больше. В его глазах Розарика выглядела доброй и преданной подругой, а я… злобной стервой, которой чужды чувства других.

Сколько раз она заставала своих парней в объятиях этой стервы? А сколько раз была унижена? Вот теперь я проживала это вновь, пропуская все эмоции раз за разом, одна хуже другой. А тот случай с незнакомым демоном и первым женихом? Господи, прожить это ещё раз оказалось страшнее и хуже, нежели прочитать и вспомнить отрывок. Чувство гнева и горькой обиды пожирало изнутри, вырываясь наружу и желая спалить эту тварь, обнажить её истинную сущность. Мерзкую, ядовитую, развращённую и переполненную злобой, завистью, эгоизмом.

Магия поддалась навстречу моим эмоциям. На задворках сознания слышались голоса моих хранителей. Напуганные, отчаянные. Но они были слишком далеки, а вот боль была близко. Магия одна за другой вспыхивала во мне, словно пытаясь каждая перетянуть на себя. Время то ускорялось, то замедлялось. Я то плавилась в огне, то замерзала во льду, но и это было ещё не так страшно, ведь когда поток воспоминаний замедлился, между мной и моей половинкой души появилось то, чего я так боялась всё это время, что пребываю в этом мире. Ужасная чёрная, зубастая тварь. Проклятие. Оно вцепилось в нас обеих, желая разорвать и поглотить. Адская боль прошила всё моё существо, и не только мою половину души — теперь я ощущала и боль второй моей половинки, а следовательно, боль удвоилась.