Не в костях дело (ЛП) - Элизабет Кассандра - Страница 18

Сердце бешено колотится, отбивая лихорадочный ритм — «слишком мало, слишком поздно, слишком мало, слишком поздно». Кровь отливает от лица, и все, что я могу, — прошептать.

— Простите.

Полицейские смотрят на Лоис, потом на меня, потом снова на Лоис.

— Простите, Лоис, но вы зашли слишком далеко. Я знаю, что вам не нравятся хэллоуинские украшения Тори, — говорит старший из них, скрещивая руки на груди.

Я стискиваю зубы. Хочется крикнуть, что он — не украшение, но когда я набираю воздуха в грудь, Доун обнимает меня за плечи и крепко сжимает.

— Но у меня есть доказательства! — визгливо восклицает Лоис, тыча им в лицо телефоном.

Младший офицер берет телефон и вглядывается в экран.

Несмотря на прохладный осенний воздух, меня бросает в жар, а щеки вспыхивают. Что же у нее там записано?

Офицер смотрит на нее, а затем передает телефон напарнику. Тот тоже смотрит запись, и они обмениваются многозначительными взглядами.

— Лоис, нам придется попросить вас проехать с нами, — говорит один из них.

Она усмехается мне и кивает.

— Конечно, офицеры. Я с радостью приеду в участок и дам показания — сразу после того, как вы ее арестуете.

Офицеры снова многозначительно переглядываются, затем тот, что постарше, берет ее под руку и говорит — довольно мягко.

— Лоис, у вас есть лишь доказательства того, что вы незаконно проникли на чужую территорию и шпионили за женщиной посреди ночи. Никаких подтверждений тем... гм... обвинениям, о которых вы говорили, нет. Никакой подозрительной деятельности и уж точно никаких доказательств того, что пластиковый скелет ожил.

— Все это есть! Посмотрите еще раз! Я видела! Я видела их! — визжит она в истерике, пока ее ведут к машине.

Толпа подается вперед — люди на ходу снимают происходящее на телефоны, и я понимаю, что снова стану вирусной сенсацией.

Лоис растерянно оглядывается по сторонам, продолжая твердить одно и то же.

— Я видела их!

Доун хлопает меня по спине.

— Ну вот, у нее окончательно поехала крыша.

Я смотрю на ее лицо, на толпу вокруг, пока полицейская машина отъезжает прочь. Лоис сидит на заднем сиденье, колотит в стекло и кричит мне что-то, чего я не могу расслышать. Люди качают головами и обсуждают, как эта дамочка из ассоциации домовладельцев наконец слетела с катушек.

И я тоже теряю контроль над собой.

Я начинаю смеяться — и не могу остановиться. Смеюсь до слез, задыхаясь, и в итоге падаю на землю.

Доун смотрит на меня с легкой обеспокоенностью и тихонько усмехается.

— Да уж, забавно вышло, правда? Мы любим всякую жуткую дичь. Мы же все-таки «Жуткие стервочки», но это даже для нас чересчур.

Я смотрю на нее снизу вверх, сидя на земле, глаза застилают слезы. Вытираю их рукавом и киваю.

— Да, ума не приложу, как такое могло случиться. Двенадцатифутовый разумный скелет.

Доун снисходительно улыбается — словно немного за меня переживает — и помогает мне подняться на ноги.

Мне по-прежнему хочется собрать вещи, забрать Би Джея и уехать. Но теперь у меня есть время. Больше не нужно в спешке сбегать навстречу закату в канун Хэллоуина. Теперь, когда угроза со стороны Лоис позади, мы можем планировать совместную жизнь. От одной мысли о том, как мы будем вместе выбирать дом, я улыбаюсь, а осознание того, какую пользу принесут сегодняшние деньги, придает мне бодрости.

Сегодня последний день, и, судя по количеству видео, которые наверняка уже выложили в сеть, я жду огромного наплыва людей, желающих в последний раз сфотографироваться с вирусной звездой — мистером Боунджанглсом.

Завтра Хэллоуин, и мы официально закрываемся, чтобы отпраздновать этот день. В конце концов, именно с этого все и началось.

Глава 12

Мы и правда стали вирусной сенсацией. Настолько, что теперь в тренде костюм Лоис — той самой чокнутой дамочки из ассоциации домовладельцев. Это самый жуткий костюм, какой я только видела.

Когда делают последний снимок, уже очень поздно. Людей было море, и каждый хотел обсудить тот инцидент. Это, конечно, мило, но разговоры затянулись надолго. Наконец толпа расходится, и после всех этих недель тишина кажется оглушительной.

Биотуалет и палатку вывезут завтра. Разбираться с вытоптанным газоном придется уже новым владельцам — ведь я знаю, несмотря на то, что словам Лоис никто не поверил, нам все равно нужно переехать туда, где Би Джей будет в безопасности. Наша удача не может длиться вечно, и я больше не готова рисковать его будущим... нашим будущим.

Осталось только расслабиться перед завтрашним Хэллоуином. А у меня большие планы на мой самый любимый день в году.

Во всей округе знают, что за угощениями нужно идти именно ко мне. Я не та дама, что раздает хорошие конфеты. И даже не та, что дарит огромные шоколадные батончики. Я — та самая женщина с готовыми пакетиками угощений.

Дети приходят ко мне издалека. У меня есть пакетики для малышей, для детей с аллергией, для детей с особенностями сенсорного восприятия, для ребят постарше и даже для родителей. Каждый, кто заглянет ко мне, получит подарок — никаких злых шуток, и никто не останется обделенным.

А это значит, что сегодня вечером мне придется ударно потрудиться, собирая эти пакетики. В этом году я заказала все онлайн, так как на походы по магазинам не было времени. Включу в палатке какой-нибудь страшный фильм и буду собирать подарки, обнявшись с Би Джеем. Не могу придумать лучшего завершения сезона.

Я выхожу к забору и меняю цифры на табличке — до Хэллоуина осталось ноль дней. На душе легкая ностальгия, позади остался самый потрясающий месяц в моей жизни. Были и пугающие моменты — по-настоящему жуткие, — но все же это было чудесное время.

Я погружаюсь в свой привычный вечерний ритуал. Я готовлюсь ко сну, запираю дом и иду в палатку через гараж, прихватив по пути последний костюм для Би Джея.

Он уже ждет меня, гнездо готово. Я забираюсь в ворох подушек и одеял и потягиваюсь, словно кошка.

— Ну и денек, — улыбаюсь я, глядя на него снизу вверх. — Завтра будет просто чудесно. Мы соберем пакетики с угощениями, наедимся конфет, а когда сядет солнце, будем раздавать их детям. Обожаю рассматривать костюмы и видеть, как всего на одну ночь можно стать кем угодно. Любая мечта имеет право на жизнь. Можно быть смешным, пугающим, сексуальным или милым.

Я тянусь к нему и похлопываю по ребру, которое с самого начала сидело немного не так, как надо, — вспоминаю тот день, когда я его собрала.

— Ты всегда был сексуальным и милым, мой дорогой скелетик.

Он кивает и легонько касается моего носа, в его глазах вспыхивают искорки-звездочки.

Я смеюсь.

— Значит, еще и смешным? Тогда давай начнем с комедийной версии «Франкенштейна». Это один из моих любимых фильмов.

Я прислоняюсь к нему, пока мы собираем пакетики с угощениями. Мне не нужно смотреть на экран — я знаю фильм наизусть.

Его крупное тело сотрясается, когда я смеюсь, мне так нравится, что он получает от этого фильма такое же удовольствие, как и я. За последние недели его характер стал намного богаче и интереснее.

Он добрый, забавный и живо интересуется всем, что я делаю. Особенно когда речь заходит о том, чтобы доставить мне удовольствие. И уж в чем, а в изобретательности ему точно нет равных.

— О, мистер Боунджанглс, уже за полночь. А это значит, что официально наступил Хэллоуин! — говорю я, когда фильм заканчивается, и я бросаю взгляд на часы.

Он кивает мне, и его светодиодные глаза превращаются в маленькие тыковки.

— О, мне так нравится! — смеюсь я.

Он притягивает меня для поцелуя — сплошное сплетение острых зубов и твердых граней. Я растворяюсь в этом мгновении, забывая об ассоциации домовладельцев, Лоис и «Жутких стервочках». Я не думаю о вчерашнем или завтрашнем дне, а просто позволяю себе прочувствовать этот момент. Вдыхаю его запах. Отдаюсь его поцелую и его огромным рукам, обнимающим меня.