"Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ) - Кащеев Кирилл - Страница 19

– Поздравляю, дорогая. Ты вполне убедительно доказала свою точку зрения. Так держать. – Она потянулась погладить Ирку по голове.

Ирка прикинула: раз она такая успешная ведьма, от Радиной руки можно и увернуться. Но потом решила не злить директрису.

– Надо быстро прекратить, ему там плохо, – сказала девочка, тревожно поглядывая то на пылающую печь, то на зеркало, в котором только что стояло бледное лицо ее «тренировочного врага».

– Безусловно, – кивнула Рада. – Аристарх Теодорович, залейте огонь.

– Воды набрать… – пробормотал Аристарх, поспешно подсовывая ведро под кран.

– Вы что, раньше не могли озаботиться? – нахмурилась Рада Сергеевна и отвернулась к Ирке. – Иди-ка ты спать, моя милая. У тебя был тяжелый день.

– А как же?.. – Ирка махнула в сторону печки, где вынутый и пронзенный гвоздем след бизнесмена Иващенко все еще стоял на решетке над огнем.

– Аристарх Теодорович приберет, – небрежно отмахнулась Рада Сергеевна. – Надо печку загасить, золу выгрести. Совершенно не дамское занятие.

– Вечно вы, ведьмы, всю грязную работу на бедного менеджера сваливаете, – усмехнулся Аристарх, следя, как в ведро набирается вода. – Хоть клиентов охмурять, хоть печки тушить.

– Иди, иди, ты на ходу засыпаешь. – Рада Сергеевна подтолкнула Ирку к дверям.

Ирка почувствовала, что глаза у нее слипаются, а тело наливается сонной тяжестью. И вправду поспать бы.

– Спасибо. Извините, Аристарх Теодорович, – пробубнила Ирка сквозь раздирающий челюсть зевок и потащилась к лестнице.

Лениво подумала, что старинная печка на дровах – тоже Радины глупости. Небось ради нее и дом этот снимали. Ирка покачала головой. Сто процентов, газовая духовка подействует не хуже, зато чистить потом не придется. Но проверять свою догадку ей совсем не хотелось. Лицо Иващенко все еще стояло у нее перед глазами. Как ему было плохо! Словно металл и огонь впились в живое тело. Да так оно и было, на то и чаклунство. И женщина с ним – как она испугалась! Нет уж, больше никаких экспериментов на живых людях.

Позевывая, Ирка присела на край кровати. Что-то тревожило ее, не давая спокойно провалиться в сон. Аристарх Теодорович тоже хорош – не мог заранее ведро набрать! Пока он с водой возится, бедняга бизнесмен мучается. Хотя на Аристарха наезжать нечего, сама виновата. Ворожба Иркина, значит, она и должна была все предусмотреть. Сейчас, наверное, менеджер загасил пламя, и Иващенко тут же отпустило. Скоро внезапная боль в груди забудется. Но все-таки не мешало бы проверить.

Сонно потирая глаза, Ирка выбралась из комнаты. На мгновение нерешительно остановилась. Может, не стоит, еще обидятся, скажут, что она им не доверяет. Через перила она глянула вниз. Из кухни доносился тихий голос Рады Сергеевны. На полу трепетали дрожащие отблески огня.

Стоп, значит, печка еще горит? Наверное, просто след вынули, а печь загасить не успели. Надо все-таки проверить, иначе не заснуть. В кухню заходить не обязательно, достаточно тихонько заглянуть из коридора.

Стараясь не скрипеть ступеньками, Ирка двинулась вниз по лестнице. Медленно, шаг за шагом она пересекла коридорчик. На всякий случай прижимаясь к стене, кинула взгляд в глубь кухни. И тут же замерла, оцепенев.

Огонь в печи бушевал вовсю! Он гудел, выметывая искры. А на решетке над ним тускло поблескивал фольгой пакет с вынутым следом несчастного бизнесмена Владимира Иващенко.

Иркин испуганный взгляд метнулся к склонившейся у печи фигуре. Обливаясь потом, Рада Сергеевна все подсовывала и подсовывала дрова. Рукава голубой блузы были высоко закатаны, а на ее открытых загорелых руках виднелись… длинные полузажившие следы кошачьих когтей!

15

Превосходство Зла

Дверь из сада распахнулась, и на пороге явился Аристарх Теодорович. К груди менеджер прижимал целую охапку дров.

– Хватит пока, – сказала Рада, выпрямляясь.

– Но он точно сдохнет? – хрипло спросил Аристарх, сгружая дрова на пол.

– Точно, точно, – успокаивающе подтвердила Рада. – Считай, нет у тебя больше конкурента. Можешь звонить в офис, забирать под себя заказы, цену поднять… Даже бумаги на перехват иващенковской компании готовить. Три-пять дней, и ему конец!

На губах Аристарха расцвела мечтательно-хищная улыбка.

– Вот за что я люблю чаклунство! Ребенок вбивает гвоздик, а за десятки километров отсюда здоровенный дядька хватается за сердце и с копыт – брык! А потом в газетах: «После непродолжительной болезни, во цвете лет…» Чистая, интеллигентная смерть по совершенно естественным причинам! И ни одна зараза не догадается, что девчонка его просто-напросто убила!

Убила! Ирка схватилась рукой за горло. Старая половица тихонько скрипнула у нее под ногой.

– Что это? – Рада Сергеевна вскинула голову. Ирка зажала себе рот рукой. Глаза ведьмы светились, но не отблесками печного пламени. Болотные, цвета гнилой зелени огни танцевали в ее расширенных зрачках. Добродушная округлость черт исчезла, словно она смыла ее, как театральный грим, и из-под нарисованной маски проглянуло подлинное лицо – острое и безжалостное, как прижатый к горлу жертвы нож. Даже пухлые, всегда улыбчивые губы вдруг стали узкими, как две веревки. Крадущимися шагами Рада Сергеевна двинулась к коридорной двери.

Не смея оторвать глаз от изменившегося лица директрисы, Ирка шагнула назад. Потом опомнилась, хотела бежать… Заслоняя свет печи, полная фигура ведьмы появилась на пороге, кухонная дверь скрипнула, открываясь… Сейчас мертвенно-зеленый огонь ведьминых глаз упрется Ирке в лицо… «Нет, не смотри на меня, нет!» – мысленно закричала Ирка, но с ее сведенных страхом губ не сорвалось ни слова.

Рада выглянула в коридор. Прошлась взглядом вдоль стен, внимательно оглядела лестницу. Застывшая, одеревеневшая Ирка, не шевелясь, стояла прямо перед ней – протяни руку, дотронешься! Но директриса не протягивала руки, и ее взгляд раз за разом скользил мимо Ирки, будто та находилась в некой запретной зоне.

– Показалось, – буркнула Рада Сергеевна. Повернулась и ушла обратно в кухню, тщательно притворив за собой дверь.

Ирка подавила истерический смешок. Рада хорошо учила ее и выучила! Теперь Ирка могла стать невидимой для глаз даже такой, как она, но более опытной и злобной. Ирка Хортица – суперведьма!

Супердура!

Цепляясь за перила, Ирка поковыляла к себе в комнату. Подошла к зеркалу и постаралась как можно точнее припомнить лицо Иващенко. Зеркало откликнулось сразу же – с каждым разом работать с ним становилось все проще. Явившееся в стекле лицо бизнесмена подпрыгивало, дергалось на абсолютно белом фоне. Потом оно отодвинулось вглубь, и Ирка поняла – Иващенко в машине! А белое под его головой – простыня больничной каталки! Иващенко везли в «Скорой помощи»! Вот его губы беззвучно шевельнулись, он попытался улыбнуться. Ирка увидела, как все та же молодая женщина наклонилась к нему, выдавила из себя ответную улыбку, но в глазах ее стояли слезы.

Ирка хлопнула по зеркалу обеими руками и рухнула на кровать лицом в подушку. Дура, господи, какая же она дура!

Как же красиво ее обошли! Сперва напугали как следует – белоглазые псы, старые ведьмы, конкуренция, охота на молодых и беспомощных… А она купилась, идиотка! Рада была единственной старой ведьмой, что охотилась за Иркой, и это Раду драл тогда кот! Радины голубые блузы, джинсы, халаты… и голубая шерсть клубка-душителя! Нет никаких старых ведьм, нет и никогда не было. Был только Иркин страх, заставлявший ее во всем слушаться своих спасителей – Раду и Аристарха. Была надежда, которой они манили ее, словно ишака морковкой, – школа молодых ведьм и фирма по продаже заговоров. Ирка тихонько жалобно заскулила, понимая, что школы тоже никогда не было. Рада и Аристарх ее просто выдумали, уверенные, что начитавшаяся «Гарри Поттера» девчонка поверит им безоговорочно.

А на самого Иващенко как изящно вывели! Прямо великие актеры! Рада, значит, твердолобая училка, не признающая ничего нового, а Аристарх – практичный менеджер, защищающий перспективную ведьмочку! Как он морочил Ирке голову! То намекал на Радину зависть к Иркиным способностям, топил в сладком сиропе похвал, то вдруг начинал сомневаться и предлагал идти мириться с разгневанной директрисой. Всего лишь тренировка, всего лишь проверка Иркиных способностей, вроде школьной контрольной, и фотография Иващенко в стопке старых журналов – будто случайно! А Ирка… Дура, ой дура! Ушами хлопала и ничего не замечала!