Кот-дракон - Бёрч Саманта - Страница 14

Но Хранитель не привязан к месту – он все еще мог последовать за ними. Даже если бы он не пошел к коровам, растениям и куролискам, разве можно было просто отпустить его громить чужие дома?

Уф!

По крайней мере палочка могла пролить немного света на ситуацию: Алоуиша сделала резкое движение, будто ломала прут, и неровный стержень из черного металла мгновенно засиял таким ослепительно белым светом, что ей пришлось поднять его над головой, чтобы не лишиться зрения. Она осветила содержимое сумки, которую сняла с плеча, ослабив завязку свободной рукой.

«Снотворное снадобье? – лихорадочно подумала она. – Нет».

Применить снотворное – все равно что срубить дерево после того, как тебя три раза раскрутили с закрытыми глазами: невозможно предугадать, в какую сторону упадет Хранитель. Алоуиша, не церемонясь, выкинула флакон в цветы, за ним быстро последовали несколько других: от укусов насекомых, кожных заболеваний и различных других мелких недугов, а также несколько для улучшения урожая и обычных садовых трав.

«Должно же здесь быть хоть что-то!»

Возможно, всему виной стала смена направления ветра, но Алоуиша с ужасом осознала, что над ней пролетело нечто огромное и тяжелое. Подняв взгляд, она увидела заднюю лапу Хранителя – размером примерно с большую телегу, – которая, казалось, парила в воздухе над ее головой, а затем обрушилась справа, едва не задев руку, на которой висела сумка.

У Алоуиши перехватило дыхание. Что-то дернуло ее за руку, и она пошатнулась, уходя с пути Хранителя, и обернулась, чтобы увидеть Холлиса, вцепившегося в нее чуть ниже плеча. Она раскрыла рот от удивления, когда на голову что-то приземлилось – что-то мягкое, маленькое и сморщенное. Подхватив предмет ладонью и опустив глаза, ведьма разглядела один из цветов Хранителя, голубой ветроцвет. С загнутыми краями.

Она не замечала их среди полевых видов, но, прищурившись и подняв палочку в темноте, увидела другие цветы, которые не принадлежали этому месту, разбросанные по следам Хранителя.

– ЭТО НЕ НОРМАЛЬНО! – крикнула она, скорее себе, чем бросившему на нее вопросительный взгляд Холлису, и указала палочкой на цветы Хранителя у ног.

Хотя в долине, возможно, и наступила осень, насколько знала Алоуиша, ни один Хранитель, ни на памяти тыкв, ни в легендах, никогда не носил ничего, кроме весенней растительности, и уж точно никогда не терял своих цветов.

– Ты КОГДА-НИБУДЬ видел ЧТО-НИБУДЬ ПОДОБНОЕ?! – крикнула она.

– Я не знаток магической ботаники – ТЫ МНЕ СКАЖИ!

– Взгляни на это ИНАЧЕ! – продолжала Алоуиша. – До СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ Хранители считались ИСКОННЫМИ ВЕЧНОЗЕЛЕНЫМИ МАГИЧЕСКИМИ СУЩЕСТВАМИ!

Они уставились друг на друга, осознавая всю тяжесть открытия.

– Он НЕЗДОРОВ?! – нахмурился Холлис.

– Он НЕЗДОРОВ! – согласилась она, кивнув, и сочла, что редко слышала более мягкое преуменьшение. – Дай мне ПОДУМАТЬ!

– Что тебе нужно? – пробормотала она, глядя на Хранителя. – Вода? – Но даже когда она просто сказала это, на ум пришло несколько источников воды – озера и притоки реки – менее чем в дне пути от фермы, и это при человеческой скорости. Дракон мог бы напиться несколько раз за день, даже не сходя с тропы. – С солнечным светом я тебе не помогу, – размышляла она, оглядываясь на маленькие аварийные фонарики. – Но день был ясный… и теплый… нет причин, по которым ты не мог насытиться…

– Фитильтон! АЛОУИША! – Голос Холлиса прервал ее думы, вернув в настоящее. – ДАЙ МНЕ ЧТО-НИБУДЬ ИЗ ТВОЕЙ СУМКИ И Я ЗАБЕРУСЬ НА НЕГО!

Раздался оглушительный треск, будто дерево ломалось под порывами сильного ветра, и воздух разорвал новый ужасающий звук. Звук, похожий на двадцать слегка придушенных петухов, возвещающих утро – весь день, каждый день, без перерыва – с редкими вкраплениями шипения.

Алоуиша ошеломленно наблюдала, как Хранитель могучей лапой срывает крышу курятника. Вокруг осыпались щепки длиной с ее рост.

– Это НОРМАЛЬНО?! – закричала она Пастуху.

Холлис покачал головой:

– Это ленивое создание обычно позволяет МНЕ заниматься ОХОТОЙ!

Алоуиша уже мчалась через ферму к курятнику, спотыкаясь и поскальзываясь, когда до нее донесся резкий, едкий запах, и она поняла, что должна сделать.

Рухнув на колени в грязь, она перевернула сумку и вытряхнула на землю пачку компоста «Поднажми» в вощеной бумаге.

– Это НАВОЗ?! – скривился Холлис, остановился рядом с ней и отшатнулся от зловония.

– Одной чайной ложки достаточно, чтобы удобрить целое поле, – ответила Алоуиша, протягивая ему палочку и поднимая пачку, следом обхватив ее и прижав к груди. – Этого должно хватить на целого Хранителя.

Она дошла до курятника, прежде чем ее одолели нервы, и стояла, дрожа всем телом, отчаянно ища способ применить компост, не будучи раздавленной.

– УХОДИ ОТТУДА! – велел Холлис, кидаясь за ней. – Просто БРОСЬ его и БЕГИ! – Она слышала в его голосе страх и раздражение.

– Так это не РАБОТАЕТ! – заорала она в ответ, перекрикивая порывы ветра, визг куролисков и скрежет гигантских когтей Хранителя, который рылся в открытом курятнике, как кошка в коробке из-под обуви. – Это же КОМПОСТ! Ему нужны КОРНИ!

В обычных условиях она могла бы просто добавить немного в горшок с растением и оставить его в покое. Но нынешняя ситуация не так проста.

– У него вообще ЕСТЬ корни?! – вопрошал Холлис.

Алоуиша повернулась, собираясь сказать, что ему лучше на это надеяться, когда хвост Хранителя сбил ее с ног.

Ахнув, она пыталась отдышаться, с трудом поднимаясь с земли, и почти ожидала, что окажется лицом к лицу – или, что еще хуже, лицом к пасти – с этим зверем.

Но дело было не в ней.

Хранитель все еще возился с куролисками, и его хвост теперь лежал неподвижно на земле у ее ног и не шевелился, не считая редких беспокойных подергиваний.

Алоуиша повернулась, чтобы схватить компост, и разорвала обертку – запах ударил ей в нос и проник в легкие.

– ОСТАНОВИСЬ СЕЙЧАС ЖЕ, ВЕДЬМА ФИТИЛЬТОН!

Ветер и расстояние заглушали раздраженный, пожилой голос, но он несомненно принадлежал прабабушке Этельбе, и Алоуиша вздрогнула, увидев свою повозку, мчавшуюся по пустому тыквенному полю.

Айви держала вожжи, рядом с ней устроился Сассафрас, а на коленях у него лежала прабабушка Этельба. Келиле сидел позади среди тыкв, склонив голову от тошноты. За ними мчались другие бесчисленные повозки и дракоты, везущие советников в бархатных мантиях и пеструю толпу зрителей без магических способностей. Многие держались поодаль, разинув рты.

– Ведьмина ПОДМОГА! – крикнула в ответ Алоуиша, не зная, слышат ли ее, и кашляя от зловония, уже пожалев, что открыла рот. – НЕ ПРИБЛИЖАЙТЕСЬ!

– КОМПОСТ! – крикнул ей Холлис, и свет палочки мелькнул, когда он протянул к ней руки, будто хотел поймать упаковку компоста.

– ТЫ не знаешь, что ИСКАТЬ! – возразила она. Затем, когда Айви попыталась спуститься с повозки, добавила: – Просто УВЕДИ ИХ ОТСЮДА, пока КТО-НИБУДЬ ЕЩЕ не ПОСТРАДАЛ!

Как по сигналу, хвост Хранителя снова лениво скользнул в сторону – раздались крики и стоны, когда он пронесся над повозкой и толпой. Но на этот раз Алоуиша пригнулась, прежде чем он смог сбить ее с ног. И в тот же миг ее осенило: хвост Хранителя заканчивался корнями, которые светились ярко-оранжевым цветом – как марена или паслен – в свете фонарей курятника. Когда хвост начал подниматься, Алоуиша увидела на нем еще одну неожиданность: дракотенка, цеплявшегося за кончик всеми четырьмя наборами когтей. Не осознавая своих действий, Алоуиша уже засунула компост в карман фартука и тоже повисла на хвосте, прямо под дракотенком, точно живая страховочная сетка.

Как только земля ушла из-под ног, Алоуиша протянула дрожащую руку, чтобы спасти фамильяра, но как ни тянула, не могла ослабить его хватку. Напротив, дракотенок запрокинул голову и впился зубами в лозы Хранителя.

Алоуиша замерла, ожидая ответного удара, однако великий дракон, казалось, даже не заметил атаки.