Хозяин оков XVI (СИ) - Матисов Павел - Страница 3

Одна из тварей в один прыжок прорезала скачущего рядом со мной гурда вместе с ногой ездока. Животное рухнуло оземь вместе с солдатом и покатилось кубарем. Мякотка дернула рогами и впечатала упыря в грунт магической волной. Следом на мертвяка налетел копейщик и проткнул насквозь. Далее подоспели союзники и покромсали врага на части.

С большим трудом нирдхолдцы уничтожили шестерых тварей. Двоих забрала Ниуру, одного Ульдантэ, голову одного пронзила вибро-стрела, еще двоих порезали другие бойцы. Тогда как у нас около десятка погибших и вдвое больше раненых.

— Пора выправлять ситуацию! — закончил я с последним контуром Дисбаланса в фокусаторе. — Подходи по одному, нечистые твари!

Глава 2

Искрящиеся шары начали вылетать из моих рук один за другим. На близкой дистанции упырям было сложно увернуться от моих атак, хотя некоторым удавалось. Это притом, что я специально усилил телекинетические контуры заклинания, чтобы снаряд летел как можно быстрее. Шустрые сволочи!

Нечистые монстры после разрыва превращались в темные бутоны, расплескивая вокруг себя черную стихию Тьмы. Энергии в гадах было много, так что бахали будь здоров. Дисбаланс оказался вполне эффективен против восставших упырей.

Успел завалить на кураже пятерых солдат и двоих носорогов. Использовал я, само собой, пробивную версию Дисбаланса. Обычное заклинание бы не взяло этих бронированных тварей. Особенно тяжко приходилось с копытными монстрами. Из-за толстой шкуры заряд Резонанса плохо проникал внутрь и не доходил до их осколка.

Наша армия сумела нанести повреждения некоторым носорогам, так что я бил в первую очередь по ним, целя в виднеющиеся ранения. Некоторых пробивали зачарованным оружием, других доставали маги. Особо старались Ниуру и Ульдантэ.

Кшанти со сделанной мной Ночной Призмой тоже пыталась внести свою лепту, вот только Проклятье плохо работало против мертвых. Что-то в темной ауре сбоило, но упыри даже после удара оставались такими же опасными.

Обстановка немного выправилась. Бойцы Нирдхолда поняли, как бороться с противниками. Обычные солдаты держались от элитной нежити подальше. Атаковали копьями в кавалерийском наскоке или пытались достать зачарованным оружием. На скорости магические клинки резали даже прочные шкуры могущественной нежити. Проблема только крылась в том, чтобы попасть по вертким пехотинцам или носорогам и не получить в ответ.

Мертвяки в свою очередь кромсали гурдов, сбивали их с ног, полосовали бойцов и магов, эльфов и чародеев. Порой упыри соединялись в кучки, чтобы сломить нашу оборону, порой разбегались.

Я продолжил бить Дисбалансом практически без перерыва, закинувшись оранжевым осколком. Дорого, но в критической ситуации на такие мелочи не обращаешь внимание.

Мякотка сама правила, что высвобождало мне время и силы. Я сосредоточился на плетении заклинаний, ведь даже с фокусатором нельзя было отвлекаться на прочие мелочи. Заклятье могло сорваться и ударить самого мага. Тем более на мне все еще висело Проклятье, делающее магию нестабильной.

Мякотка и врагов раскидывала, и выбирала наилучший маршрут, понимая, что нельзя далеко отдаляться от зоны, которую я просчитал под Дисбаланс.

И монстры сменили тактику! Пехотинцы начали окутываться черным щитом, сотканным из разреженной стихии Тьмы. Не прям очень прочным и монолитным, но мой Дисбаланс не мог одновременно пробить и темный Барьер и их аномально прочную шкуру.

— Чтоб тебя! — ругнулся я после очередной неудачи.

Пехотинец успешно избежал Резонанса своего осколка, укрывшись за темной завесой.

— Пока на них щит, они не такие прыткие! — заметил Гинфорт. — Стрелки — атакуйте в спину, пока конунг бьет по ним магией!

Такой подход дал свои результаты. Слитными залпами у нас получалось выносить пехотинцев, либо серьезно повредить. Правда, процесс шел донельзя медленно. Нирдхолдцы и боевые гурды гибли один за другим.

Громыхали подкованные копыта, лязгало оружие, доносилось едва разборчивое рычание упырей и рык носорогов. Над полем боя витали ароматы крови и смерти. Над головами уже начали кружиться стервятники — местные птицы-падальщики в ожидании своего лакомого куска.

В душе моей трепетала праведная ярость. Сколько еще некромантов нам придется перебить? Но данный тип, конечно, превзошел все наши ожидания. В прошлый раз мы столкнулись с повелителем мертвых и легко разбили его небольшим отрядом. Да и армии нежити Черной Длани не демонстрировали подобных успехов.

Мельком я видел лысого татуированного типа с посохом, который наблюдал за битвой с холма. В руке он держал явно чародейский посох, так что не одной Тьмой он пользовался, как многие инициированные культисты. Ведь для владения Тьмой не требовались печати, фокусаторы и посохи. По крайней мере, я о таком не слышал.

Очередной Дисбаланс прилетел по упырю и пробил шкуру, не встретив особого сопротивления. Осколок срезонировал, и разъедающая Тьма прыснула из грудины твари во все стороны едким фонтаном. Союзники едва успели убраться из зоны поражения.

— Постой-ка… — спохватился я.

Мякотка несла меня вперед, в кольце из охраны окружения. Я обернулся и посмотрел на мертвяка. Почему-то он не выставил Темный Барьер как остальные. Хотя упыри словно были сделаны под копирку. На одном конвейере изготавливали. Примерно схожие пропорции, сила, скорость и способности. Он тоже должен был владеть Барьером.

— Кшанти! — осенило меня. — Работаем в связке!

— Да! — откликнулась Ночная.

Очевидно, мне попался упырь, который ранее попадал под Проклятые эманации Кшанти. Вот тут наконец дело пошло значительно бодрее. Дзартен одаряла цель Проклятым лучом, и у мертвяка сразу возникали проблемы с использованием внешней магии Тьмы. Он не мог выставить нормальный Барьер. Следом цель атаковал я. Бил, не давая ему опомниться от предыдущей атаки Ночной эльфийки. Дисбаланс пробивал шкуру и пускал темную ауру существа в разнос.

Ниуру тоже разошлась не на шутку. Нам противостояли особо быстрые и прочные монстры, против которых хорошо работали только мощные скоростные атаки. Кумулятивный Снаряд эльфийки голубого ранга — единственное, что стабильно разило монстров.

Ульдантэ тоже трудилась, не покладая молота, но Воительнице было сложнее огреть элитную нежить. Постепенно она переключилась на носорогов, поскольку они были не такими прыткими. Била по черепу сбоку, поскольку сверху у них имелось утолщение. Либо ломала ноги, если получалось достать.

Практически все наши бойцы владели зачарованным оружием: копьями, мечами и стрелами, но даже элитные солдаты Нирдхолда не всегда попадали или не всегда пробивали шкуру мертвяков, напитанных темной магией по самую макушку.

Дед Олбрахт мешал упырям, насылая на них Пепельные вихри. Мертвяки прекрасно обходились без дыхания, да и без зрения могли ориентироваться. Но все равно Пепел устраивал им определенные проблемы. Создавал трудности даже для магического чутья, не только обычного зрения.

Старый чародей еще не до конца освоился с новой для себя стихией, но постепенно улучшал свои навыки управления Пепельным хаосом.

Мы с Дзартен уничтожили больше десятка пехотинцев. Ниуру поджарила нескольких носорогов. Гоблины, эльфы и люди тоже кромсали нежить.

Наступил перелом в сражении. Нирдхолдцы получили численное преимущество. Бои протекали легче. Оставшаяся нежить и не думала разбегаться. Мертвяки сражались до последнего.

В какой-то момент они решили собрать ударный кулак и прорваться ко мне — их главной цели. Однако солдаты сплотились и дали достойный отпор.

— Руби тварей, пока они несутся к конунгу! Навались! — орал Гинфорт, командуя отрядами стражи.

Мякотка расшвыривала особо прыгучих в стороны, не давая им подобраться и махнуть оружием. Носороги не могли догнать гурдиху голубого ранга.

Слитная атака упырей провалилась. Они только потеряли многих в процессе. От темного воинства остались считанные единицы мертвяков. С пехотой почти разобрались. Еще десяток носорогов топтал степи, гоняясь за всадниками. Некоторых просто водили за собой, приманивая, пока другие бойцы загоняли остальных упырей.