Тренер Гильдии Фамильяров 5 (СИ) - Харченко Сергей - Страница 44

Док мгновенно влила содержимое пипетки в резервуар ингалятора, где уже булькал базовый раствор.

— Все психотропные присадки осадила центрифугой. Пришлось поколдовать. И всё же получилось. Вытянула эвкалипт, — скороговоркой по инерции отчитывалась Полина, колдуя над настройками ингалятора. — Включаю распыление! Держите маску!

Лера плотней прижала прозрачную маску к лицу Наташи. Внутри маски заклубился белый пар. Нос почувствовал эвкалипт, запах шёл от негерметичного прибора. Живчик чихнул, замер еле-еле повиливая хвостом и поскуливая в сторону Наташи. Искорка тоже переживала, врезалась так когтями в мою футболку, что стало больно.

Секунда. Две. Три.

Мы все замерли, боясь даже дышать.

Внезапно грудная клетка девочки встрепенулась. Наташа издала громкий, клокочущий звук. С судорожным всхлипом втянула в себя больше ингаляционного лекарства. Затем ещё раз, и ещё.

Свистящий сип в горле сменился влажным кашлем. Спазм отступал моментально. Синева на губах начала медленно отступать, щёки приобретали телесный оттенок.

— Дышит… — выдохнула Лера, закрывая лицо руками и пытаясь справиться со слезами облегчения. — Господи, она дышит…

— Ф-фух, — шумно выдохнула Кира, присаживаясь на скамейку в коридоре.

Бублик, почувствовав, что кризис миновал, подошёл ближе и осторожно лизнул девочку в свесившуюся ладошку. Наташа слабо пошевелила пальцами, затем протянула руку, ухватила варана за его загривок, слегка сжала пальцы.

Через пару минут стало понятно, что кризис миновал.

Наташа уже сидела на диване в своей комнатке, укрытая пледом. Она была растерянной, ужасно бледной, но пыталась слабо и как-то виновато улыбаться окружающим. Признаки жесточайшего переутомления читались в каждом её вялом движении.

Полина, проверив пульс и дыхание ребёнка фонендоскопом, удовлетворённо кивнула.

— Всё хорошо. Лёгкие чистые, дыхание ровное, — констатировала Док, складыва мединструмент в чехол. — Слабость — это нормально. После такого сильного стресса и кислородного голодания странно, если бы его не было. А теперь твоему организму нужно время, чтобы отдохнуть. Всё хорошо, Наташ?

— Да, — тихо ответила Наташа, увидев Живчика, который подскочил к ней. Улыбнулась, вяло потрепала его за ухом.

Полина между тем достала из кармана своего халата небольшую бутылочку, открыла.

— Вот, выпей, — протянула она девочке её. — Это успокоительное, на травах. Поможет тебе увидеть красивые сны.

Девочка слегка улыбнулась, послушно выпила, смешно сморщив носик.

— Всё, бойцы, расходимся, — скомандовал я, глядя на столпившуюся в дверях команду. — Представление окончено. Пациенту нужен покой.

Лера осталась с племянницей, у которой начали слипаться глаза. Напоследок Соколова бросила на меня благодарный взгляд, в котором читалось гораздо больше, чем она могла бы сказать словами.

Они остались, а мы вышли в коридор.

Кира натянуто улыбнулась, взглянув на часы, затем перевела взгляд на экран своего телефона.

— Скорая, она такая скорая, — тихо произнесла Воронцова. — Написали, что все машины заняты.

— Надо было везти в больницу, — подчеркнула Анна.

— А если бы застряли в пробке? — покосился на неё Костя.

— Может и не застряли бы. Наташу нельзя было трогать. У неё был сильный приступ. Одно неловкое движение и она бы потеряла сознание, — подчеркнула Полина, услышав слова моих подчинённых. — К тому же у Наташи просрочен полис. Если бы даже довезли… Впрочем, что я вам объясняю?

Полина ушла в лазарет, команда ушла в раздевалку.

Мы с Беловым и Кирой всё ещё сидели в коридоре, ждали результатов.

Спустя пару минут дверь в комнату отдыха тихо скрипнула. Лера выскользнула в коридор, аккуратно прикрыв за собой створку.

Она прислонилась спиной к стене, глядя в пол вымотанным взглядом. Вся её привычная колючесть куда-то испарилась, оставив лишь испуганную девушку, которая только что едва не потеряла самого близкого человека.

— Спит, — почти шёпотом произнесла Соколова, не поднимая глаз.

Она судорожно сглотнула, нервно теребя край своей застиранной футболки.

— Призналась мне перед тем, как уснуть… — Лера шмыгнула носом. — Говорит, потеряла ингалятор. Выпал из кармана ранца по пути из школы, когда она за автобусом бежала. Боялась мне сказать… Думала, я ругаться буду, что она вещи раскидывает. Дурочка мелкая. Из-за такой ерунды чуть не задохнулась.

Голос Леры дрогнул, она закрыла лицо руками.

Полина тут же подошла к ней, по-сестрински приобняв за вздрагивающие плечи.

— Лера, ну всё… всё позади, — успокаивающе заговорила Док. — Дети часто боятся признаться в оплошностях, это нормально. Главное, что успели.

Полина отстранилась, ободряюще улыбнулась.

— Завтра купи ей новый ингалятор. А я подготовлю стационарный раствор для глубоких ингаляций про запас.

— То есть ты не всю таблетку Артёма Сергеича израсходовала, — подчеркнул я.

— Да, там хватит ещё на пару раз, — подтвердила кивком Полина. — Будет в шкафчике у меня, на экстренный случай.

Услышав своё имя, Белов, до этого старавшийся слиться с обоями, нервно закашлялся.

Теперь его лицо приобрело пунцовый оттенок.

— Я… это… — забормотал мой помощник, заламывая руки. — Понимаю, как это выглядит. Но честно… клянусь, я их не пью! Просто рука не поднялась выкинуть. Как напоминание, понимаете? Я… я больше ни-ни.

Кира тяжело вздохнула.

— Артём, не оправдывайся, — мягко осадила она Белова. — Никто тебя не судит. Мы все знаем, что ты уже не принимаешь эту дрянь. Ты сам справился. Справился? А ну, посмотри в глаза.

Белов опустил голову, как провинившийся школьник. С трудом поднял взгляд.

— Да, конечно, Кира, — запыхтел он. — Да ты как могла подумать.

— Я никак не думала. Теперь вижу, — улыбнулась владелица гильдии.

— Я просто… мне вообще стыдно, что я докатился до такого. Что таблетки по карманам прячу.

— Артём Сергеич, прекращайте акт самобичевания, — твёрдо произнёс я. — Сегодня, в том числе и благодаря вашей запасливости мы спасли жизнь ребёнку. Если бы не этот блистер в вашем кармане, что бы случилось?

— Трагедия, — закивал Белов, вновь пряча взгляд. — Да-да, я понимаю.

— Да, Артём, хватит уже, — подхватила Кира. — По-моему, тут абсолютно нечего стыдиться. Вы очень сильно помогли.

— Да… это верно, — пробормотал Коуч, расправляя плечи. — Точно. Спасли ведь. Значит, не зря валялась.

Инцидент был исчерпан, оставив после себя лишь небольшой осадок и непривычную усталость после перенесённого стресса. Я всё ещё представлял большие голубые глаза Наташи, которой было страшно. И такая жажда жизни отражалась в них, что аж сердце сжалось.

Всё позади. Расслабься, Артур. Главное, теперь присматривать за ней, чтобы вновь ситуация не повторилась.

Сразу после этого привезли стол, шкаф и кресло в мой кабинет. Два сборщика потратили всего минут десять. Жужжа шуруповёртами, они махом собрали мебель и уехали.

Я прошёл мимо шкафа, провёл рукой по деревянной полке, Затем упал в очень удобное кресло. Оно было совсем не из той категории мебели, в которой утопаешь, словно в омуте. И совсем не жёсткое. Будто под меня сделано.

Стол приличный, полки выдвигаются бесшумно, небольшой плоский сейф над верхним ящиком и кодовый цифровой замок с роликом.

Я ещё немного подышал запахами свежего дерева и лака, а затем покинул кабинет.

Выходя из здания гильдии, я по привычке отправился пешком, по знакомому маршруту. Всё же прогулка неплохо проветривала голову. А прохладный питерский воздух будто помогал мне в этом. Впереди бежал Живчик, обнюхивая переулок, в поскрипывающей переноске замерла Искорка, лишь высовывая нос и принюхиваясь к малознакомым запахам. Барон елозил в кармане и пока молчал. Видно подбирал слова после инцидента.

— Ну, доложу я вам, подобный страх я наблюдал лишь единожды, — всё же не выдержал сверчок, поправляя усы. — Когда наш полковой интендант Брыльский подавился куском яблока. Сипел точно так же, хитином посинел! Пришлось мне выручать. Спикировал я ему прямо на брюшко. Кусок-то он выплюнул, да так метко, что залепил им в глаз жирному крестовику. После такого конфуза пришлось уходить. Весь эскадрон спешно поменял диспозицию.