Любовь и невроз. Путеводитель по вашей истории любви - Карлин Евгения Александровна - Страница 10

1. От чего зависит наше восприятие любви? Что мы вкладываем в это понятие? Что ожидаем получить в отношениях, которые называем любовными? От чего зависит то, что мы готовы давать?

2. От культуры и общества, в которых мы сформировались, в которых живем (макросреды).

3. От людей, с которыми мы выросли и живем теперь (микросреды).

4. От индивидуального жизненного опыта (прочитанных книг, просмотренного кино, прослушанной музыки, встреч с мужчинами и женщинами — всего того, что записано в нашей психике), личностного развития и осознанности.

От биохимических процессов в нашем организме, которые оказывают непосредственное влияние на наше самочувствие, поведение и желания.

Данные факторы представляют собой «квадрат», с четырех сторон которого — культурной, социальной, индивидуально-психологической и биохимической — имеет смысл рассматривать все явления, связанные с человеком (см. Рис. 3).

Рис. 3. Четыре фактора (стороны квадрата), влияющие на понимание любви и ее проживание

Стороны этого квадрата взаимосвязаны. Культурная (или социально-культурная) сторона описывает макросреду, которая, в той или иной мере, обязательно влияет на более узкую социальную, представляющую собой микросреду. К микросреде относится конкретная семья или воспитательное заведение, в котором растет ребенок; значимые взрослые, которые его окружают; школа, друзья, кружки и пр. Макро— и микросреда оказывают непосредственное влияние на третью сторону — индивидуально-психологическую. Какой индивидуальный опыт получит ребенок, какие выводы сделает о себе и мире, какие моральные нормы примет, какую самооценку сформирует — все это, конечно, в огромной степени зависит от среды, в которой он формируется. Четвертая сторона — биохимическая — не зависит от среды, но в огромной степени связана с психологической стороной.

На стыке сторон образуются смежные факторы. Рассмотрим их влияние подробнее.

Влияние культурных особенностей, мифов и стереотипов

В 1940–50-е в западном мире врачи советовали матерям кормить детей смесями, а не грудным молоком. В 1970-е — побуждали отучать от рук как можно раньше, чтобы не баловать ребенка и воспитывать в нем самостоятельность. Такие опровергнутые впоследствии идеи тогда воспринимались совершенно здравыми и передовыми.

В детских магазинах одежда для девочек — розового цвета, для мальчиков — голубого. Почему, несмотря на то что взрослые мужчины могут позволить себе надеть розовую рубашку, вы вряд ли выберете ее для мальчика?

В игровой комнате девочки возятся с куклами. Мальчик лет пяти выхватывает у них коляску и начинает катать — это единственная возможность «оторваться», потому как, несмотря на то что катать коляски он обожает (четыре колеса, как у машины, и возить удобно), коляску ему не покупают — он же мальчик.

Девочки-подруги открыто проявляют нежность друг к другу: обнимают и целуют друг друга при встрече, сидят рядом на диване, иногда держатся за руки на прогулке, мажут друг друга кремом от загара. Могут ли подобную нежность проявить два друга-мальчишки без риска быть обвиненными в гомосексуализме? Но разве мальчики не испытывают нежность?

В данном случае я обращаю внимание не столько на гендерные стереотипы (хотя они и видны в этих примерах), сколько на силу влияния общественных норм, на то, как глубоко они проникают в нашу повседневную жизнь, влияют на выборы и решения, в том числе на то, что мы считаем «нормальным» и «ненормальным» в отношениях. И даже те из нас, кто привык мыслить нешаблонно, в очень большой степени пропитаны культурным влиянием.

В культуре закрепились определенные мифы, которые сильно влияют на любовные отношения людей. Одним из таких является миф об идеальной романтической любви (он же — один из «демонов» любви, о которых пойдет речь в третьей части книги). Он встроен в нашу культуру и искажает понимание любви как того, что можно создавать, развивать, о чем необходимо заботиться.

Одна моя клиентка, год назад вышедшая замуж и неудовлетворенная отношениями с мужем, на вопрос, чем именно она недовольна, стала рассказывать о неоправданных ожиданиях, которые у нее были в отношении любовного романа и последующей свадьбы. Образ, который она создала в своем воображении и назначила эталоном, был стереотипным представлением об идеальной любви, где эмоциональный, интеллектуальный и сексуальный контакт совершенен и постоянно интенсивен (что пропагандируется в масс-медиа, романтическом кино, любовных романах). Кроме того, выросшая в восточной культуре, где роль мужчины признана доминирующей, она ожидала большей активности и покровительственной заботы со стороны мужа, который вырос в западной культуре. Какое отношение подобные ожидания имели к реальным потребностям моей клиентки и реальному мужчине, за которого она вышла замуж?

Реальные отношения блекнут перед идеальными. У реальных отношений есть границы и ограничения, идеальные же их не имеют. Наша фантазия бесконечна, она ловко совмещает несовместимое в одном человеке, наделяет его всем лучшим: внешностью, здоровьем, финансовым благополучием, противоречащими друг другу качествами и, главное, — желанием и способностью относиться к нам именно так, как мы хотим. Идеальный партнер относится к нам лучше, чем родная мать, принимает и прощает больше, чем прощала она, дает-дает-дает и с благодарностью и восторгом принимает все то, чем мы хотим делиться (а чем вы хотите делиться?). Но готовы ли вы сами безусловно принимать другого? Готовы ли вы прощать, бесконечно много давать? Обладаете ли вы всем тем, что хотел бы видеть в вас ваш партнер? Только честно.

Наличие фантазии об идеале обесценивает и обкрадывает реальные отношения. Так было у моей клиентки. Однако являлся ли сформированный через призму общества образ идеальной любви тем, что ей действительно было нужно? В нашей работе мы пробовали вглядеться в ее собственные потребности и желания, разделить ее собственное и навязанное обществом, посмотреть на ее реально существующие отношения с мужем как на ценные, а не как на какую-то недоделку, чахнущую в тени огромной идеальной любви и безоблачно счастливого брака.

И снова хочется вернуться к Дому Джульетты в Вероне. Может быть, вы смотрели романтический фильм режиссера Г. Виника «Письма к Джульетте», вышедший на экраны в 2010 году? Он показывает пустынный чистый дворик около легендарного дома, где женщины пишут глубокие письма о любви и вкладывают их в стену, подобную Стене Плача, а несколько других женщин, мудрых и чутких к чувствам чужих, отвечают на их письма. Вы можете вообразить, что в Вероне у Дома Джульетты все выглядит именно так, как и показано в фильме. И можете сильно разочароваться, оказавшись в этом дворике на самом деле и встретив толпу суетливых туристов, грязные неприглядные стены, заляпанные «любовью», и небольшой ларек с пластиковыми сувенирами.

Не идеализируйте. Ищите свое. Создавайте свое. Цените и бережно к своему относитесь. Придуманные идеальные образы — главные «демоны» и палачи реальной любви, реальных отношений, реальных несовершенных людей. У фантазии нет границ. Она раздувает прекрасные картины и образы, рядом с которыми обычные жизненные ситуации и живые люди с их существующими границами и ограничениями меркнут. Самые болезненные любовные треугольники — это не Он, Она и живой соперник или соперница, это Он, Она и идеальный образ, созданный воображением одного из них (или обоих). У идеала есть существенный недостаток — его не существует.