Пересекая черту (ЛП) - Солтани Симон - Страница 66

Я сбрасываю кроссовки и босиком подхожу к окнам, любуясь видом, пока Дев ставит пакеты на кухонный остров.

— Здесь невероятно красиво, — выдыхаю я, глядя на темно-синие волны, накатывающие на берег. — И так спокойно.

Его смех разносится по просторной комнате.

— Именно. Дома нам покой только сниться будет. Я хотел устроить нам последний побег от всего перед тем, как начнется свадебное безумие.

Я могу только представить, какой сумасшедшей будет свадьба Алиши. Когда я в последний раз была дома, то видела несколько ее мудбордов, и все выглядело ярко, роскошно и чертовски дорого. Но каким бы потрясающим ни обещало быть это трехдневное торжество, оно наверняка вымотает всех, кто к нему причастен.

— Идем. Давай посмотрим, что наверху, — говорит Дев, подходя ко мне и протягивая руку. В другой он держит небольшой белый пакет, но я не могу разглядеть, что внутри.

Он ведет меня по широкой лестнице мимо развешанных на стенах прекрасных черно-белых фотографий природы на второй этаж. Главная спальня словно нависает над океаном, и вид отсюда еще прекраснее. Меня тут же тянет рухнуть на кровать и уснуть под приглушенный грохот волн.

— Почти пришли.

Он обходит огромную кровать и тянет меня к другой двери, за которой находится отделанная гладким мрамором ванная. Главное место здесь занимает огромная ванна на ножках у еще одного панорамного окна.

— Та-дам! — объявляет Дев.

Он отпускает мою руку и открывает хромированный кран.

— Решил, что тебе не помешает полежать в ванне, прежде чем мы по-настоящему начнем наше свидание. Раздевайся.

— Эй, сначала девушку вообще-то принято ужином кормить.

Он смеется.

— Это следующим пунктом. Но сначала тебе нужна ванна.

Он ставит пакет на столешницу. Внутри оказывается английская соль с ароматом лаванды.

— Надеюсь, она поможет расслабить мышцы. После прошлой ночи и этого перелета я знаю, что у тебя все болит.

У меня сжимается горло, и сердце, кажется, пропускает удар. Никто и никогда не проявлял обо мне такую заботу. Никто никогда не понимал настолько естественно, без лишних объяснений, что я чувствую.

— Спасибо.

Он подмигивает мне и щедро насыпает соль в горячую воду. Комната тут же наполняется успокаивающим ароматом лаванды.

— Когда закончишь, спускайся вниз, — велит он, целует меня в лоб и направляется к двери. — У меня еще есть сюрпризы.

Он выходит, и я остаюсь одна, глупо улыбаясь самой себе и часто моргая, чтобы сдержать слезы, готовые вот-вот сорваться с ресниц. Если мое сердце лопнет от переизбытка любви, я точно знаю, кого винить.

Я быстро раздеваюсь, собираю кудри на макушке и опускаюсь в воду, со стоном чувствуя, как тепло постепенно расслабляет все напряженные мышцы. Я лежу в ванне, пока кожа на кончиках пальцев не сморщивается, а когда наконец заставляю себя выбраться, меня уже ждет самое пушистое полотенце на свете.

Вытеревшись, я возвращаюсь в спальню. Мой чемодан стоит рядом с кроватью, а на матрасе лежат баночка моего любимого крема для тела с ароматом ванили и совершенно новый сарафан. Белый, усыпанный нежнейшими фиалками, и от бренда, чьи вещи стоят весьма приличных денег.

Даже если это свидание не окажется лучшим в моей жизни, оно совершенно точно самое дорогое из всех, на которых я когда-либо была.

Намазавшись кремом и переодевшись, я спускаюсь вниз и застаю Дева выходящим из кухни с подносом, на котором стоят сэндвичи, лимонад и, я почти уверена, макаруны «Стелла Марго». Он кивает в сторону открытой раздвижной двери, ведущей на террасу.

— Идем, устроим пикник.

Я выхожу следом и устраиваюсь на мягком двухместном диванчике. Подставляю лицо солнцу и позволяю морскому бризу трепать выбившиеся из пучка пушистые завитки. В этом мгновении прекрасно абсолютно все.

Дев молча ставит поднос и протягивает мне стакан лимонада, а затем садится рядом.

— Как ты успел так быстро все это организовать? — спрашиваю я, чувствуя прохладу стакана в ладони.

Он обнимает меня одной рукой, а указательным пальцем другой касается моего плеча.

— Во-первых, я очень богат. Я могу заплатить, чтобы мне организовали практически все что угодно. А во-вторых… — он прижимает к моей коже еще один палец, — Я умею пользоваться интернетом и заказывать вещи.

Я подношу стакан к губам, скрывая улыбку.

— Придурок, — бормочу я в лимонад.

— О, еще какой. Но тебе нравится?

Я оглядываю потрясающий вид вокруг, отпиваю лимонад и делаю вид, будто всерьез обдумываю ответ.

— М-м-м… Думаю, получилось неплохо.

В отместку он проводит губами по моей челюсти и слегка прикусывает кожу у самого уголка. Когда я поворачиваюсь и прижимаюсь щекой к его щеке, то чувствую его улыбку.

— Умница какая, — тихо произносит он. — Кстати, мне нравится на тебе это платье. По-моему, у меня хороший вкус.

— Даже спрашивать не буду, откуда ты узнал мой точный размер.

— А я тогда не стану признаваться, что сегодня утром рылся в твоих вещах, пока ты была в душе.

Я смеюсь и немного отстраняюсь, обхватываю ладонью его щеку и тону во тьме его глаз.

— Я знаю, что уже говорила это, но все равно спасибо. Это… это потрясающе. Именно таким я и могла представить идеальное свидание.

Потому что на самом деле мне нужен только он.

Его взгляд скользит по моему лицу, а брови едва заметно сходятся.

— Тебе не нужно благодарить меня за такое, Уиллоу. Никогда. Ты заслуживаешь, чтобы с тобой обращались именно так.

У меня снова щиплет глаза от подступающих слез. Чтобы не дать им пролиться, я прижимаюсь губами к его губам. Поцелуй невинный, с сомкнутыми губами, но до боли нежный.

Дев отстраняется первым и несколько секунд всматривается в мое лицо. Потом тихо смеется, опускает голову и взъерошивает волосы, словно смущенный подросток после своего первого поцелуя. Для мужчины, которого я без колебаний назвала бы невероятно сексуальным, выглядит он сейчас очаровательно.

— Так, хватит с нас этого, — говорит он, снимая с подноса тарелку с мини-сэндвичами. — Ешь.

Я с благодарностью беру один, откидываюсь на спинку дивана и откусываю мягкий хлеб с сыром.

— Ты рад, что теперь можно немного отдохнуть от гонок? — спрашиваю я, прожевав.

Он кивает и тоже берет сэндвич.

— Как бы сильно я ни любил гонки, отдых мне тоже нравится. Приятно несколько недель никуда не спешить и не мотаться с места на место.

После того как я колесила за ним по всей Европе, я прекрасно его понимаю. Но тут до меня доходит, что больше я этого делать не буду. Все… закончилось. Мне больше не придется садиться на ночные рейсы или тесниться в фургонах, которые возят нас на трассы.

Малибу — наша последняя остановка в этом безумном приключении, а после свадебных выходных Алиши истекает срок моего контракта с Девом.

От этой мысли грудь пронзает такая боль, что у меня едва не перехватывает дыхание. Я не хочу, чтобы эта часть моей жизни заканчивалась, даже если именно это позволит нам перестать скрывать наши отношения. Для меня было огромной честью помочь ему восстановить почти разрушенную репутацию. Мне нравилось узнавать людей из Argonaut — за исключением Бака и Натаниэля, которые за все время не сказали мне ни слова, — и нравилось от имени Дева благодарить их в его соцсетях за всю работу, которую они делают. Мне нравилось… все.

Я никогда не думала, что мне понравится такая работа — с постоянными поездками и событиями, где все происходит в бешеном темпе. Долгое время я представляла себя сотрудницей огромного маркетингового отдела какой-нибудь спортивной команды: сижу за столом и целыми днями щелкаю мышкой. Что-нибудь спокойное и надежное. Поначалу работа с одним-единственным человеком казалась мне шагом назад. Но теперь? Я уже не представляю, как могла бы проводить дни в офисной кабинке и, скорее всего, даже не встречаться со спортсменами, которых продвигаю. Времена, когда я стремилась именно к этому, кажутся другой жизнью. Будто и не моей вовсе.