600 школьных сочинений - Левина Е. В. - Страница 110

Внимательный читатель может найти массу интересных предметных образов в рассматриваемом романе, которые позволят ему углубить представление об идейном своеобразии данного произведения.

Преступление и наказание Родиона Раскольникова в одноименном романе Ф. М. Достоевского

Роман Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание» считается одним из наиболее «проблемных» произведений мировой художественной литературы и характеризуется особой актуальностью. Роман был написан в конце 60-х гг. XIX в. и отразил безысходность в жизни многих людей, вскрыл нравственные пороки общества, вызвав ожесточенные споры, которые продолжаются и по сей день. Главный герой романа — Родион Раскольников — бедный студент Петербургского университета. В уме Раскольникова рождается идея деления людей на обыкновенных и необыкновенных. Необыкновенные люди, считает Раскольников, это великие личности, творцы истории, которые не останавливаются ни перед чем ради идеи.

Достоевский оказывается пророком, так как теория Раскольникова во многом перекликается с теорией богочеловека Ницше, возникшей уже на рубеже столетий. Следовательно, мы уже не имеем права называть Раскольникова психически больным человеком, и идея его не случайна, а закономерна и соответствует веяниям времени.

Достоевский говорит о том, что подобного рода идеи могут рождаться только в нездоровом обществе. В романе сама среда, образ жизни людей становятся причиной рождения этой ужасной теории. Петербург сравнивается Достоевским с домом без форточек: все погрязли в разврате, пошлости, среда неумолимо затягивает людей, делает их либо бесчеловечно жестокими, либо совершенно бессильными, в любой момент готовыми совершить самоубийство.

Одержимый страшной идеей, Раскольников решает проверить свою теорию на самом себе, для чего и замышляет убийство старухи процентщицы. Однако Раскольников не учитывает тот факт, что у каждого человека есть душа, нравственный стержень, моральные устои, которые в любой момент могут восстать против рассудочных выводов и решений. В начале романа живую, искреннюю, сопротивляющуюся злу душу Раскольникова подавляет холодный, одержимый идеей разум, но в конце его духовное начало снова одерживает победу.

Рассказывая о терзаниях Родиона Раскольникова, Достоевский излагает читателям свою концепцию «почвенничества», развивает христианскую идею, согласно которой каждый человек должен жить по велению своей души. Только двадцать процентов в человеке разума, остальное — душа, считает писатель. Ни в коем случае нельзя вступать в конфликт с самим собой, переступать черту нравственности. Достоевский считает, что нужно жить по вечным христианским законам, веря в Бога, соблюдая заповеди.

Эти идеи Достоевский воплотил в героине своего романа — Сонечке Мармеладовой. Именно вера помогает девушке выжить в ужасных условиях. Жертвуя собой, она спасает от голодной смерти свою семью, идет на панель, забыв о стыде. По-моему, Сонечка — это идеальная героиня романа, воплотившая в себе любовь ко всему человечеству, она — символ величайшего страдания, глубочайшей веры и истинной непорочности.

Раскольников ищет в Сонечке союзницу по преступлению, а она в нем — союзника по наказанию. Только Сонечка по-настоящему понимает Раскольникова, помогает ему разобраться в себе и в окружающих, только ей он рассказывает о своем страшном поступке. Можно даже сказать, что именно Сонечка спасает Раскольникова, убедив его признаться в содеянном. Ведь юридическое наказание — это только формальность. Гораздо глубже и сильнее душевные муки человека, совершившего преступление. В этом-то и состоит трагедия Раскольникова, его наказание.

Несмотря на всю тягостность и мрачность повествования, роман заканчивается достаточно оптимистично. На каторге начинается духовное возрождение Раскольникова. Он признает порочность своей идеи, перед ним открывается дорога в светлое будущее.

Роман Достоевского «Преступление и наказание» показывает нравственные и психологические искания героев, доказывает актуальность и жизненность христианских норм. Роман говорит о необходимости полноценной нравственной жизни. Глубокий психологизм и философская направленность произведения делают его необыкновенно актуальным в наше «смутное» время, указывая путь к возрождению духовных традиций общества.

Образ князя Мышкина в романе Ф. М. Достоевского «Идиот»

В основе романа «Идиот» лежит попытка изобразить тип человека, достигшего полной духовной и нравственной гармонии. В «Идиоте» Ф. М. Достоевский попытался собрать вместе всех представителей современного общества и показать, что, как бы ни отличались их идейные взгляды на происходящее, есть все же близкие черты и в положительных, и в отрицательных порывах. Вся эта общность связана с двойственной природой человека.

Главный действующий персонаж произведения — князь Мышкин, возвращающийся после продолжительного лечения за границей в клинике для душевнобольных. Достоевский очень мало повествует нам о самом князе Мышкине. По замыслу автора, подобная «закрытая» личность тяготеет к природному началу. Чистота сознания Мышкина, лишенная каких бы то ни было условностей, приводит к разрушению сословных преград. Данный тип человека был необычайно нов для светского общества. Настасья Филипповна даже восклицает о князе: «Первый раз вижу человека».

Достоевский задумал образ князя Мышкина как человека, максимально приблизившегося к идеалу Христа. Писатель отважился на решительный шаг: посмотреть на современный мир сквозь призму Христовой проповеди.

Образ Христа в произведении Достоевского не случаен. Персонажи романа «Идиот» иногда называют князя юродивым, но не в церковном смысле, а просто как чудака. Описание князя Мышкина, как известно, прямо ориентировано на образ Христа. «На свете есть одно только положительно прекрасное лицо — Христос». Достоевский говорил и о том, что предпочтет Христа истине, если окажется, что истина не с Христом. В черновых записях Мышкин прямо назван «князь Христос».

Существует ряд аналогий между «князем Христосом» и евангельским Христом в произведении. Но князь Мышкин — не посланец Христа, его идея — открытие человеческого в самом человеке. Мышкин подобен образу Христа лишь потому, что так же готов идти на любые жертвы во имя ближнего. Так же, как и Христа, Мышкина не понимают и не принимают в обществе, считая «не от мира сего». Но князь Мышкин — живой человек со своим особым характером. В князе Мышкине поражает то чувство внутреннего достоинства, с которым он умеет держать себя при любых обстоятельствах. Проницательный, наделенный даром сердечного понимания чужой души, Мышкин действует на каждого обновляющее и исцеляющее. С ним все становятся чище, улыбчивее, доверчивее и откровеннее. Но такие порывы сердечного общения в людях, отравляемых ядом эгоизма, благотворны и опасны одновременно. Мгновенные, секундные исцеления в этих людях сменяются порой вспышками еще более исступленной гордости. Получается, что своим влиянием князь пробуждает сердечность и обостряет противоречия больной, тщеславной души человека. Спасая мир, он провоцирует катастрофу.

Душу Мышкина переполняет любовь — сострадание к человечеству. Она же проявляется и в отношениях с двумя близкими его сердцу женщинами — их две, и опять-таки это не случайно. Чувство к одной из них — Настасье Филипповне — автор определяет как любовь-жертву, «любовь для нее». «Любовь для себя» Мышкин обретает в отношениях с Аглаей Епанчиной. Это раздвоение в любви не дает покоя Мышкину. На протяжении всего романа Настасья Филипповна и тянется к Мышкину и отталкивает его от себя. Человеческие поступки всегда сложнее, чем о них привыкли думать, и часто побеждают не те чувства, каких ожидаешь. Вот и для Настасьи Филипповны свершается ожидаемое чудо: такой человек приходит и предлагает руку и сердце. Но вместо ожидаемого мира он приносит Настасье Филипповне обострение страданий. Появление князя, как мы знаем, не только не успокаивает, но доводит до гибели… Но и в любви к Аглае доминирует сугубо возвышенное духовное начало. Аглая однажды говорит Мышкину: «У вас нежности нет: одна правда, стало быть, — несправедливо». Говоря о «несправедливости», Аглая пытается сформулировать, определить свое ощущение от как бы слишком возвышенного характера любви князя.