Путь трёх совершенствований. Том 5 (СИ) - Крам Дмитрий - Страница 51

— Рад познакомиться, господин Маверик, — сказал я, протягивая руку.

— И я, — оценивающе посмотрел на меня он. Здоровый всё же. Казалось, Натаху по арму сложит без разминки и не вспотев. Да и вождю орков способен шею свернуть голыми руками. — Давно хотел тебя увидеть. Думал, ты побольше будешь.

Эй. Я вообще-то накачался в последнее время.

— Он у нас духом сильный, — положила мне руки на плечи Элен. — Всё, пап, нам уже пора, — девушка подхватила меня под руку, а под другую пристроилась Бета.

— Рано сработала, — сказал я, когда отошли. — Мы и примериться к друг другу не успели.

— Ну и нефиг, — отрезала Элен.

— Эй, а вы слышали про новеньких? — воспрял Шон.

— Свежее мясо! — потёр руки Кайрат.

— Вы только не говорите им, что я кинетик, — взмолился Мбаку. — Хоть поприкалываемся.

— Алё, братишка, — помахал ему перед лицом Заур. — Весь город, да что там город, весь союз полисов знает, что ты кинетик.

— Да, бли-и-и-и-ин. Точняк. Я не подумал.

Звонок зазвенел ещё раз, но хоть бы один из нас ускорился. Неа.

— У него больше нет над нами власти, — озвучила очевидное всем Рин.

— Конечно, он ж не ты, — подколол я её.

И все засмеялись.

Глава 24

— Вау, — невольно ляпнул я, когда вошёл в класс и увидел нового классного руководителя. Рин больно ткнула меня под рёбра.

— Я тебе твоё «вау» сейчас знаешь куда засуну, Богданов? — строго спросила наша новая класснуха. — Проходите, садитесь.

Выглядела она всего лет на двадцать восемь. Изящные коричневые брюки из последней коллекции модного дома были заправленные в неуставные удобные берцы. Белая рубашка мужского кроя, при этом воротник стоит и расстёгнута сверху на две пуговицы, явив миру верх загорелой груди примерно третьего размера. Ухоженные короткие ногти покрашены под зелёный цвет глаз. На левой руке тонкий золотой браслет, на правой здоровенные наградные армейские часы. Волнистые русые волосы завитками спускались до груди. Она убрала их за плечи, и стали видны серьги. В правом тонкая серебряная, стилизованная под иголку, в левом малюсенький зеленый компас.

Она опёрлась о стол и разглядывала нас.

— Меня зовут Волкова Вероника Градовна. Позывной Волчица. Для не оправившихся от черепно-мозговых травм прям проговорю — я ваш новый классный руководитель. Для кого-то я и правда буду классным руководителем, для дураков не очень классным. Так, Богданов, посчитай всех и доложи об отсутствующих.

Ну здорово. Всю жизнь мечтал быть наседкой-старостой. Какого хрена?

Я поднялся, оглядел всех.

— Мои все тут, статус Ликтора неизвестен.

— Твои здесь только пропуски в учёбе, хоть и по уважительной причине, — сухо заметила Вероника. Взяла со стола закатанный в противоударный чехол здоровенный мобильник и только начала набирать номер, как в дверь постучали.

— Войдите.

В кабинет сунулся Ликтор.

— На первый раз прощаю, — сказала классная. — На будущее, мне плевать успеваете ли вы к другим педагогам или на свидание, или к мамочке на званый ужин. Ко мне нужно приходить вовремя — это первый принцип наших хороших отношений. Если я вдруг опоздала, вам тоже разрешено опоздать. Но всё же рекомендую уважать время друг друга.

Ликтор прошёл и сел на самую первую парту прямо напротив учителя.

— О вас я уже всё знаю, расскажу немного о себе. Родилась и выросла в Кадии. В возрасте шестнадцати лет переехала в Фатум. В двадцать два после окончания академии вернулась сюда. Четыре года работала в разных подразделениях включая разведку. После очередного ранения перешла на должность инструктора в кадийский университет, постепенно начала преподавать. Вчера была переведена сюда приказом охренеть какого высокого начальства, и не то чтобы этому рада. Но надеюсь, вы не дадите мне помереть со скуки. Сейчас я вас познакомлю с новенькими. Обижать их не надо.

Она вышла, прошествовала в кабинет напротив и привела оттуда пятерых человек.

— Божена Моцарт, шаг вперёд, — скомандовала учительница. Её приказ послушно исполнила прилежная девчонка в юбке, рубашке и жилетке. С косичками и в очках.

— Всех рада приветствовать, — широко улыбнулась она. На вид типичная заучка. Но это хорошо. Хоть кто-то тут будет нормально учиться.

— Спортивная стипендия? — спросил я, и все засмеялись.

— Божене четырнадцать, — произнесла учительница.

Тут улыбки слетели. Четыре класса перескочила. Это мощно.

— Роджер Хок, — назвала следующего Вероника, и вперёд вышел какой-то небрежный и нескладный парень. Рукава рубахи слишком длинные. Руки в карманах джинсов. Патлы почти до плеч. Ему только гитары в руках не хватало до полноты образа уличного музыканта живущего в гараже.

— Йоу, я Родж, — вяло махнул он.

— Нина Силва, — объявила Вероника. Вперёд очень неуверенно шагнула девчонка, одетая в чёрную худи до колен. Учитель сорвала с неё капюшон. Новенькая не смотрела никому в глаза. Ногти были неухоженные, словно обгрызенные, кисти рук исцарапаны, волосы растрёпанные. От вещей пахло самым дешевым в мире порошком напополам с мылом.

— П…п-привет, — еле слышно проговорила она.

— Энтони Вулф, — представила очередного новичка классная.

Шаг вперёд сделал двухметровый парень. Довольно худой. Он за парту-то поместится со своими коленями?

— Анка Чич.

Нам широко улыбнулась эффектная шатенка. Хорошо поставленным голосом она сказала:

— Всем привет.

— На этом всё. Оставляю вас. Богданов, к директору зайдешь.

— Да помню я.

— Остальные не расходитесь, пока он не вернётся.

Волчица вышла из класса, но тут же вернулась.

— И побрейся, Богданов. Это школа вообще-то.

— Нельзя. Врач запретил. Кожа свеженарощенная. Очень чувствительная.

Вероника скептически глянула на меня, перевела взгляд на Элен, и та запоздало кивнула.

— Ну ладно. Но потом, чтоб побрился, — сказала она и вышла.

Я решил сначала основательно познакомиться с новичками, а потом разобраться с Ликтором.

— Ну что, — взял я слово. — Кого как к нам занесло? Начнём с самой младшей. Бажена.

— Да. Я довольно быстро учусь. И в начальной школе я не стала перескакивать. Там было много друзей. Но потом в средней всё поменялось, и смысла задерживаться я не видела, переходила в новый класс, как только осваивала программу. И вот очередной подъём мне не одобрили. Мест в классах не было. Сказали или сюда, или ждать. Я выбрала.

— Что ж… смело, — сказал я. — Никого не бойся, Бажена. В нашем классе тебя не обидят, и в обиду не дадут. Выбирай любое место, только не рядом с убийцей.

Ликтор проглотил первое оскорбление.

— Родж, — посмотрел я на парня.

— Чё?

— Расскажи о себе.

Он пожал плечами.

— Родж. Двадцать лет. Предки настояли, чтобы я учился в центральной школе, потому что она самая лучшая. Но мне вообще пофиг.

— Погоди. Почему двадцать?

— Ну я не сильно усидчивый, могу сбежать из дома и не появляться месяц на учебе, и всякое такое. Два раза оставляли на второй год. А это правда, что вы там из джунглей и всё прочее? Или по телеку просто раздули, как обычно?

— У тебя поразительная способность в неумении подбирать слова, Роджер. Да мы из-за стены. Нет, это не утка СМИ.

— Чем докажете? — качнулся он с пяток на носки, убрав руки в карманы.

Ребята начали растерянно переглядываться.

— Мы тебе ничего не будем доказывать.

— Значит, не были, получается, — усмехнулся он.

— Можно я ему вломлю? — раздался голос Лапы.

— А за что, типа? — удивился Родж. — Ну не все поведутся на ваши сказки, на каждого кидаться будешь?

— Воу-воу, притормози, Родж, — сказал я. — Пока ты себе на пару переломов не наговорил. Поучись с нами пару дней. Осмотрись. Потом поболтаем на эту тему ещё раз. Сейчас лучше не копать в ту сторону, ничем хорошим это не кончится.

— Я не боюсь, ясно вам.

— Ясно-ясно, — уже начал откровенно смеяться я. — Ребят, будьте терпимее. Мы же не дикари в конце концов. Все люди разные. Да? Окей? Чуть менее хищные взгляды.