Путь трёх совершенствований. Том 5 (СИ) - Крам Дмитрий - Страница 47

— По большей части да.

— Погоди! Но ведь все магчастицы разные по структуре тяжёлые или заряженные, летучие, волновые, инертные или резонансные. На каждый тип нужен свой «выводитель».

— Тут я уже не спец. Школу давно заканчивал, знаешь ли, помню всё это плохо. Все частицы не выведешь, думаю, работают просто по тому спектру, который сильнее раздражает систему активации дара.

Я задумался.

— Если так прикинуть, — медленно начал я. — Первую систему вывода можно воткнуть прямо в вентиляцию, в новых моделях она ещё и с ионизацией воздуха, и под этой ширмой за четырёхчасовую сессию можно провернуть любую ингаляцию.

— Вот видишь, это только то, что ты сходу придумал.

— Безумие…– поражённо протянул я.

— Евгеника как она есть. Тёплых мест мало, и надо оставить их за своими детьми. Так было во все времена.

— Но это подло по отношению к человечеству, — меня почему-то это очень возмутило. Хотя, казалось бы, уже столько дерьма видел, должен перестать удивляться, но нет, во мне поднимался какой-то очень непосредственный я бы даже сказал живой, детский гнев. — Если бы было больше одарённых, меньше бы гибло людей!

Столб пожал плечами.

Требовалось всё это хорошенько обдумать. Что мне делать с этой информацией? Как её использовать? Получится ли извлечь какую-то выгоду?

— Ладно, — сказал я. — Спасибо. Если что-то будет нужно, ты знаешь, где меня найти. Кстати, а как тебя зовут на самом деле.

— Иван.

— До встречи, Ваня, — пожал я ему рук.

— До встречи, Анд. Береги себя.

Попрощавшись с ним, я вспомнил про ещё одного человека, который тоже что-то знал. Который прятался на виду. Который был ещё более выпуклый, чем Столб, но взгляд от него отводили куда охотнее.

Сумасшедший Эрл оказался дома. Правда, чтобы не мельтешить на улице, стучал я в запасной выход, который был наглухо заколочен с внешней стороны. Тем не менее, старик увидел меня в окно. И очень неспешно вышел. Заложил руки за спину и, что-то бормоча себе под нос, пошёл.

Пройдя несколько узких улочек он остановился и опёрся о чужое крыльцо, чтобы перевести дух. Я подошёл. Старик хитро улыбнулся, будто я был его внуком, и мы вместе что-то утаили от моих родителей.

— Как ты, Эрл? Какие новости?

— Аха-ха-ха. Ты их всех обстрекатал, — радовался он. — Прыг-скок, прыг-скок обкузнечил всех. Маленький прыткий самородок. Прыг-скок прыг-скок, и они тебя не достали. Сбежал. Молодец. Очень хитро. Очень-очень хитро. Прыг-скок, и вернулся как надо. Да. Да. Как надо вернулся. Аха-ха-ха. Порадовал старика. Прыг-скок. Обкузнечил. Хоть кто-то их обстрекатал.

Ну и какие ещё нужны доказательства? Эрл тоже в курсе всего. Это ведь он про мой проявившийся дар говорит, не иначе.

— Да. Порадовал, старину. Да. Прыг-скок. Тихо! — резко посерьёзнел он, распрямился и двинулся по улице.

Я зашёл в пустой по всей видимости дом и еле заметно выглядывал из-за шторы. Из проулка вышел агент, одетый как типичный член местной банды. И как Эрл его почуял?

Нас похоронили всех вместе на одной алее, друг за другом в алфавитном порядке. Я смотрел на могилы тех, кто не вернулся. Мог ли я их вытащить? Выжал ли максимум?

Конечно, зная будущее, переместившись сейчас назад, я бы мог всё сделать лучше, но, к сожалению, этот мир хоть и безумен, но не настолько, чтобы здесь ещё и путешествие во времени были.

— Здравствуй, — раздался за спиной незнакомый голос.

Я обернулся. Как-то сразу узнал мужика, который кричал мне «Убийца!».

— Ты это… прости, — пробубнил он. — Ребята ваши уже потом подошли и объяснили, что нас использовали. Рассказали, как всё было на самом деле.

Я немного растерялся и кивнул, пожал мужику руку. Он прошёл, положил на могилу Линды свежие цветы, постоял, швыркнул носом и пошёл обратно. Замер, не поворачиваясь сказал:

— Моя жена не совсем в себе. Она убита горем. Знаешь, таким горем которым может быть убита только женщина. Нам не понять. Мы слишком деревянные. В общем, она и слушать ничего не хочет. Она будет свидетельствовать против тебя в суде.

— Это ничего. Я всё понимаю.

Мужик кивнул, сделал шаг и снова замер.

— И спасибо тебе. Спасибо, что она не мучалась.

Настал мой черёд кивать.

Я стоял, покрываясь мурашками. Задул прохладный ветер. Солнце спряталось за плотную завесу облаков.

Я бродил меж могил, смотрел на фото, словно искал у них совета. Словно они могли подсказать мне, что делать.

Было неприятно смотреть на свою могилу. И на могилы тех друзей, которые выжили. Надо убрать это. Я не суеверный, но всё же не по себе от такого.

— Так и знала, что ты тут, — прозвучал голос Рин.

Я повернулся.

— Элен всё рассказала. Точнее, то, что знала. А знала она немного. Все волнуются, и мы решили собраться.

— Зачем?

— Звонили по поводу Саманты. Она пришла в себя, и нам разрешили навестить её.

— Хитрозадые какие, — сказал я. — Хотят там меня поймать.

— Ты пойдешь?

— Естественно. А где все собираются?

— Тут и собираются.

— Нда. Местечка повеселее не нашлось.

— Не все тут были, так что…

— Угу. Я понял.

Народ прибывал. На всех место производило разный эффект. Кого-то вгоняло в тоску, другие, наоборот, словно глубже осознавали, как им повезло.

— Надо сказать, чтобы нас отсюда убрали, — подвела итог Софи.

— Я поговорю с этим горе-куратором по обратной адаптации, — пообещал я. — Идёмте.

Я подошёл к Тору, который подвис.

— Ты чё, мутант гибридный, ты как вообще передвигаешься?

— А мне Элен позвонила, сказала, что к Саманте ехать надо, услышала мой жалобный голос и исцелила. Я сейчас. Подождите меня.

Он прошёл и положил цветы на могилу Алёны.

— Вы с ней были близки? — спросил я, когда мы шли обратно.

Он пожал плечами.

— Раньше думал, что нет. Чисто рабочие приятельские отношения. А сейчас оборачиваюсь назад, и понимаю, что да. Даже до катастрофы. Я любил её, но боялся признаться.

— А потом?

— Потом начало что-то наклёвываться. Хотя говорят из френдзоны не выйти. Но потом Алёна узнала такого меня, которым я раньше был только в игре. Она мне даже говорила: «Если спасёмся…» и всякое личное добавляла, каждый раз разное. И я этой мечтой тешился. Мы обсуждали, как будем знакомить родителей.

Я даже не знал, что ответить. Зато точно знал, что ему нужно выговориться.

— И как теперь быть с карьерой? — продолжал изливать душу Тор. — Я себя в комментаторстве без неё не представляю. Её живой эмоциональный голос идеально сочетался с моими сухими информационными репликами. Не знаю, как буду работать с кем-то другим. Это нереально. Ей не было равных. Её никто не заменит.

— Вопрос будущего остро стоит для нас всех, — заметила подслушавшая нас Софи. Вот уж точно. Для неё он острее прочих.

Мы вышли к стоянке. Оказалось, приехал целый кортеж. Мы расселись по машинам, кто куда. И двинулись в сторону больницы.

На входе в лечебницу охранник растерянно проводил нашу делегацию взглядом. Ещё больше офигела женщина, стерегущая приёмный покой.

— Куда такой толпой⁈ — возмутилась она.

— Всё нормально, — остановил её мужчина в халате. — Вам сюда. Указал он на палату.

Окна были плотно занавешены. Из света только аварийные таблички над каждой дверью.

На кровати нас встречала бледная копия Саманты. Девушка была болезненно худая, под глазами синяки, губы обескровлены. Словно это не она чуть не стала вампиром, а её семья кровососов неделю дегустировала.

— Ребята, — тихо протянула она. Я молча сел рядом и взял её за руку. Элен села с другой стороны койки и двумя руками сжала ладонь девушки. Остальные просто окружили ложе. Место в палате резко кончилось, а воздуха стало не хватать. — Ребята, — ещё тише повторила Сэм. — Вы все пришли, — глаза её заблестели голос дрогнул. — Мне не снится. Мы правда в Кадии. Мы правда спаслись. Теперь я верю. Теперь верю, — голос её всё больше исчезал с каждым новым словом. Она уткнулась в меня и тихо заплакала.