Хроники Тириса. Книга 4 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович - Страница 3

Что самое неудобное в полусфере? К ней невозможно нормально прицепиться. Нет углов, рёбер, выступов. Гладкая округлая поверхность, по которой тросы соскальзывают, как по намыленному груваки знает чему. Рорк с Вексом минут пятнадцать ходили вокруг обломков, пытаясь найти хоть какую-то точку крепления. Но всё было напрасно.

— Может, магнитные захваты? — предложил Вальтер.

— Магнитные захваты на металле предтеч? — Рорк даже остановился, посмотрев на Вальтера, как на ребёнка. — Малыш, ты в курсе, что этот металл вообще ни на что не реагирует? Ни магниты, ни сварка, ни клей. Полная инертность ко всему!

Я сидел в фрегате, в кресле пилота и наблюдал за происходящим через камеры. Полусфера наполовину сидела в грунте, и чтобы завести под неё тросы, требовалось копать. Копать же на безвоздушной планете с гравитацией в треть стандартной — то ещё удовольствие. Грунт не осыпался, а взлетал вверх медленными облаками и оседал обратно минут через пять. Видимость падала до нуля, каналы засорялись руганью, а тросы цеплялись за каждый камень в округе.

Вот только настырность «Малышей» оказалась куда выше каких-то там трудностей. Прошло, наверно, часа три, прежде чем раздался желанный отчёт:

— Готово! — произнёс Рорк. — Шесть тросов, должно хватить. Ксорх, давай, потихоньку! Смотри, не порви мне тут ничего! Сам крепить будешь!

Накаркал! Я дал малую тягу, фрегат качнулся, тросы натянулись — и два из шести лопнули одновременно. Полусфера качнулась, но не сдвинулась. Грунт держал плотно.

— Ксорх, стой, груваки тебе в двигатель! — заорал Рорк. — Третий трос на грани!

Я отпустил тягу и позволил фрегату опуститься чуть ниже, зависнув над обломками корабля предтеч.

— Осталось четыре троса на тридцать пять метров полусферы, — без лишних эмоций произнёс Векс. — При текущей массе и коэффициенте трения о грунт требуется минимум восемь. Лучше десять.

— С тросами, как раз, проблем нет, — Рорк на автомате почесал затылок, но в броне это сделать было тяжело. — У нас точек крепления нет. Нельзя прицепить трос к гладкому шару, даже если от этого зависит чья-то жизнь! Соскальзывают!

— Сеть, — подал голос Аларик. — Не обвязывать. Обернуть. Сплести из тросов сеть и обернуть полусферу целиком.

Судя по тому, как Рорк с Вексом посмотрели друг на друга, подобная мысль им даже в голову не приходила. Хотя лежала, как по мне, на поверхности.

— Может сработать, — медленно протянул Рорк. — Если взять побольше тросов, сцепить их… Лёд, я тебя обожаю! Нет, серьёзно! Если бы ты не был Лиарданом, да ещё и парнем, я бы на тебе женился. Калькулятор, ты нужен! Мускул, Следопыт — шуруйте сюда! Будем плести сетку!

Плетение сети из тросов в перчатках «Призрака ×2» — это как вышивать крестиком в боксёрских перчатках. Пальцы не гнутся, узлы не затягиваются, а тросы в условиях низкой гравитации разлетаются в стороны, словно живые. Кругом стояла забористая ругань, низкая продуктивность и, если разобраться, вполне себе рабочая атмосфера быта космодесантника. Это в рекламных роликах великие воины идут по поверхности планет, поражая противника из бластеров или лучевых винтовок, попутно успевая спасать красивых девушек. На практике же всё это превращается в то, что ты должен в заднице мира вязать металлические тросы, имея в своём распоряжении универсальный инструмент любого техника — синюю изоленту. Да и ту Рорк выдавал неохотно.

Минут через сорок кривая, косая, но рабочая сеть обернула полусферу.

— Пробуем, — скомандовал я. — Все назад.

Тяга. Тросы натянулись. Сеть впилась в поверхность, обхватив полусферу со всех сторон. Один узел поехал, Рорк зашипел, но сеть выдержала. Полусфера дрогнула. Качнулась. Медленно, неохотно начала выползать из грунта, поднимая за собой тучу пыли.

Давать полную тягу я не стал, так что обломки корабля предтеч поднимались так медленно, что хотелось выйти и подтолкнуть. Но толкать полусферу весом в несколько сотен тонн — не самая здравая идея, даже при трети стандартной гравитации. Так что я просто держал тягу, следил за натяжением и молился всем предтечам, чтобы ни один трос больше не лопнул.

Подъём на орбиту занял ещё сорок минут. Несмотря на низкую гравитацию, ветра на планете присутствовали и постоянно расшатывали мой груз, вынуждая Эхо напрягаться так, как никогда раньше. Даже хорошо, что его функциональность выросла до двадцати пяти процентов. Будь у него меньше ресурсов, мог бы просто не просчитать все траектории. Фрегат кидало из стороны в сторону, но именно такое безумие позволяло мне безопасно отрываться от планеты, пока, в какой-то момент, гравитация не отпустила нас из своих объятий.

«Грувака» принял груз в основной трюм и здесь всё прошло достаточно просто. Отключив гравитацию, с помощью манипуляторов и нормального оборудования мы притянули обломки корабля предтеч куда нужно, закрепили их и только потом смогли выдохнуть. Первая часть задания Соларионов была выполнена.

Теперь нужно без приключений вернуться обратно.

Хотя, как можно обойтись без приключений? Не успел я усадить фрегат на своё место, как в личном канале раздался голос Ариса:

— Каэль, нужно поговорить, — произнёс он.

Говорить с бывшим Соларионом мне не хотелось. Он прекрасно видел светящийся корабль предтеч и то, что я просидел внутри обломков шесть часов. Складывать два плюс два Арис умел прекрасно, так что вариант, что меня сейчас начнут шантажировать, был едва ли не единственным на свете. Добавляем сюда знания о вратах предтеч на нашем корабле и всё — готовый объём информации для торговли. По-хорошему, стоит прибить этого человека, чтобы избежать проблем в будущем. И, на самом деле, я на полном серьёзе рассматривал этот вариант. Потому что судьба «Малышей» для меня куда важней судьбы какого-то Солариона. Пусть он и вытащил меня с Агриса.

Арис ждал меня в своей каюте. Заминированная маска, как обычно, скрывала всё, оставляя мне только голос. Но и его хватало с головой.

— Миссия завершена, — начал он без предисловий. — Обломки корабля предтеч у тебя в трюме, осталось только вернуться обратно. Какие распоряжения были отданы на мой счёт?

О как! Признаться, этот вопрос меня слегка выбил из равновесия. Арис не стал задавать вопросы о том, что произошло на планете, не стал ссылаться на свои знания. Он спрашивал, что будет конкретно с ним, словно это было самым важным для него здесь и сейчас. Возможно, к слову, так и есть. Лишившись личностной матрицы, он мог пересмотреть свои ценности, поставив на первую роль самого себя, а не знания. Ладно, ответить на этот вопрос не сложно, тем более что инструкции были получены вполне конкретные:

— Лоран Соларион приказал вернуть тебя обратно, — произнёс я. — На Жердан-4, если не ошибаюсь, но туда тебя доставят уже силы империи. Не мы.

— Ожидаемо, — произнёс Арис после долгой паузы. Его голос был ровным и спокойным, словно речь шла о каком-то мелком бытовом неудобстве, а не о пожизненном заключении на планете-тюрьме. — Хочу, чтобы ты вытащил меня оттуда.

Ага, вот оно. Всё же шантаж. Что же, видимо, план «Б» всё же придётся ввести в действие. Ректору скажу, что Арис попытался снять маску и его разорвало на мелкие части.

— Какой мне в этом смысл? — спросил я, принимая решения. — Вытащить тебя с Жердана — пойти против империи. А такого желания у меня нет.

— Империя всё равно пойдёт против тебя, — не согласился Арис.

— С чего бы? — я даже удивился. — «Малыши» внимательно следят, чтобы не нарушить закон. Нет нарушений — нет гонений. Всё чётко.

— Как был ты наивным юношей с Агриса, так им и остался, — усмехнулся Арис. — Империя начнёт за тобой охоту по той простой причине, что император, её возглавляющий, не человек.

Кажется, сегодня день под лозунгом «О как!». Я смотрел на Ариса и ждал продолжения. Такие фразы просто так не бросают. Тем более Арис бывший Соларион.

— Мою личностную матрицу зовут Альмор, и какая-то его часть всё ещё находится со мной, — произнёс он. — Когда император поглотил его, он забрал не всё. Не смог. Невозможно оставить человека живым, забрав матрицу целиком. Это как вырвать половину мозга — пациент либо умирает, либо остаётся калекой. Я остался калекой. Но живым калекой, у которого сохранился обрубок матрицы. Видимо, раньше император всегда поглощал целиком, как сделал это с Маркусом. Со мной он решил поступить иначе — оставить в живых. То ли в назидание, то ли из каких-то других соображений. И ошибся. Потому что оставшийся кусок Альмора не сдаётся. Не растворяется в его сознании. Он… Проще всего это будет назвать «борется». Он действительно сражается с наночастицами императора, не позволяя тем полностью себя поглотить. Но он не просто сражается — он умудряется передавать мне обрывки информации о том, кем на самом деле является наш император.