Миры Доставки 1-14. Компиляция (СИ) - Иванович Юрий - Страница 7

— Не задавайте глупых вопросов! Всем приказано оставаться в своих комнатах!

И убежал. Вздохнувшие с облегчением ребята вернулись к окну, а Гарольд высказал общую мысль:

— Может и пронесёт?

Тогда как высокообразованный и «яйцеголовый» Заяц высказался с присущим его философии словоблудием:

— По логике концептуальности и правилам вселенской энтропии, подобная стрельба в нашем захудалом заведении стремится к значению ноля в семнадцатой степени.

Танти не выдержал и с некоторой издёвкой поправил товарища:

— Ошибка! Не в семнадцатой, а в восемнадцатой!

А потом и обиделся:

— И почему «захудалом»? Ведь здесь учатся такие парни, как мы!

— Ну да, — оживился Заяц. — И девочки…

— О-о-о!.. — дружно затянули его оба товарища, закатывая глаза на лоб. — "Наша песня хороша, начинай сначала!"

Данный вопрос считался для их высокоинтеллектуального друга прямо-таки краеугольным. Стоило ему только увидеть любую сверстницу противоположного пола, как он, по мнению остальных ребят, вообще превращался в полного идиота. Начинал угождать, помогать, хвалить и восторгаться любой девочкой, не взирая на её страшненькое личико, полноту, кривизну ног, несуразность фигуры или иные негативные детали внешнего вида. Склочность, скандальность, задиристость и прочие отрицательные черты характера у противоположного пола им тоже полностью игнорировались. Стоило хоть одной из соучениц приблизиться к нему, как он сразу превращался в бравого, но совершенно недалёкого рыцаря, готового совершить любой подвиг ради "прекрасной дамы". Само собой разумеется, что этой слабостью не пользовалась только самая ленивая девочка данного детдома-интерната.

Вообще-то у Зайца имелись имя с фамилией, как у каждого нормального человека. Но довольно редкие по звучанию, не всегда употребляемые самим хозяином: Роман Бровер. Когда он, пять лет назад, прибыл в этот интернат, то перестал носить контактные линзы из-за раздражения слизистой глаз, а в огромных очках очень напоминал худого, угловатого и нескладного зайца-"умника" из популярного в то время мультфильма. Вдобавок большой нос очень походил на птичий клюв. Поэтому старшеклассники, любящие придумывать прозвища новичкам, сразу спросили:

— Выбирай: Грач или Заяц?

— Не-е, Грач мне на первом этапе надоел. Лучше уж…Коршун!

Над ним тогда здорово посмеялись и навешали подзатыльников. Ну и вполне понятно, что гордое прозвище из класса пернатых хищников за Романом Бровером так и не закрепилось. А вот Заяц — в самый раз. И любая девочка этим нагло пользовалась. Достаточно было какой-нибудь замухрышке обратиться к нему «Коршун», и попросить что угодно, как тот отдавал всё и сразу. Будь то личная вещь, часть одежды или карманные деньги.

Увы, такие любительницы поживиться находились нередко!

Поэтому оба друга год назад с самыми благими намерениями занялись перевоспитанием Зайца и поклялись сколотить из него истинного мужика, взамен существующей тряпки. Только под их контролем он тратил свои мизерные карманные средства, в их плотной «коробочке» учился грубить и свысока отвечать представительницам прекрасной половины человечества, а любая чересчур хитрая мздоимица потом была не рада, что воспользовалась необычайной щедростью прославленного рыцаря и джентльмена. За этот год Роман Бровер намного вырос в собственном самосознании и в глазах друзей, его теперь уважали все остальные ученики, но всё равно, в присутствии девочек он оставался…безвольной тряпкой. Да что там "в присутствии", хватало лишь одного упоминания!

Но друзья рук не опускали. Старались действовать со всей настойчивостью и последовательностью. Хотя порой и вся троица из-за своей крепкой дружбы попадала под язвительные пересуды, смешки и презрительные высказывания. Особенно им доставалось из-за явной диспропорции их внешнего вида, и все не только шутили, но и были уверены, что "…Амбал и Дыня, пользуясь своей силой, забирают у субтильного Зайца не только всю еду, сладости и воскресный доппаёк, но даже соки и компот!" И действительно, будучи ниже Танти всего на пару сантиметров, Заяц выглядел рядом с ним как несчастный дистрофик, а уж по сравнению с силачом Гарольдом!.. И потому от одного их вида большинство учеников интерната сразу пробивало на смех. Но зря они так веселились. Даже три года назад, когда Танти и Гарри только прибыли в школу и сразу выбрали себе в товарищи Зайца, "в дыню" получали все самые резвые старшеклассники обоих вышестоящих лет обучения.

Между прочим, несколько раз созданные комиссии из преподавателей и постоянный надзор воспитателей непосредственно в столовой, с уверенностью доказал: ученика Бровера никто не объедает, он порой съедает и три порции. А частенько ест больше Гарольда Стенеси. Просто у парня невероятный, а скорей всего, существенно нарушенный обмен веществ. Или, если выразиться более научно: повышенный метаболизм.

Вот такой была небольшая часть истории жизни этих трёх юношей, завершающих среднее образование, и которые сейчас, стоя возле окна, продолжили обсуждение возможных жизненных осложнений в результате неожиданных смертоубийств. Избыточное выделение адреналина давно прекратилось, а спать так и не хотелось.

Да и сбежавшиеся со всего Китланда полицейские спокойной ночи желать не собирались. Предположения по поводу вездесущей прессы тоже оправдались на все сто. Но если основную массу пишущей и снимающей братии удалось приостановить на воротах, то корреспонденты, имеющие персональные или служебные флайеры, осуществили настоящий штурм непосредственного места событий, пытаясь сделать хоть какие-то фотографии или получить хоть какие-то комментарии. Когда им это не удалось, некоторые флайеры рванули к жилым корпусам, где прямо через окна принялись фотографировать взъерошенных, полуголых учеников и мечущихся по внутреннему двору воспитателей.

Озарилось фотовспышками и окно троих друзей. Но те, к тому времени, уже сидели под подоконником. Гарольд привычно держал вырывающегося Зайца, который болезненно обожал фотографироваться, а Тантоитан ворчал, словно старик:

— Только не хватало нам на первую страницу какой-нибудь газетёнки попасть!

— Подумаешь! — сипел вырывающийся Роман Бровер. Отсутствием чувства юмора он тоже не страдал: — Зато как здорово смотрелись бы ваши рожи под заголовком: "Их товарищ мог бы выжить при хорошем питании!"

— Троглодит! — возмущался Амбал, любовно награждая товарища тумаком между лопаток, — Ведь больше меня жрёшь!

— А кто поверит? На тебя глядя… Ой! Пусти! Руку сломаешь, придурок!

— Эй, ты там осторожнее… — забеспокоился Танти, опустивший тем временем светонепроницаемые шторы на окнах. — И хватит дурачиться! Давайте лучше комнату осмотрите, и на подоконник гляньте: вдруг мы какой след оставили! А я — костюм достирывать.

Через полчаса друзья навели полный порядок и устранили все подмеченные мелочи соучастия в сегодняшнем событии. Полиция и пресса к тому времени тоже стали рассасываться, и ничего не оставалось делать, как завалиться спать.

— Утро вечера… — Танти начал было цитировать народную пословицу, но его с ехидным смирением перебил Заяц:

— …Прожорливее!

— Да нет! Я хотел сказать…

— …Голоднее? — встрял теперь уже Гарольд. — Это ты прав, приятель! Хотя я бы уже сейчас пожрать не отказался.

— И я не откажусь! — с готовностью приподнялся на кровати субтильный, с врождённым нарушением обмена веществ Роман Бровер. — Хотите, к девочкам сбегаю, попрошу чего пожевать?

— Не хотим! — рявкнули сразу две глотки. Уж друзья знали прекрасно, что посыльный может и не вернуться до самого завтрака. Сердобольные девочки обязательно отыщутся, накормят Зайца от пуза прямо на месте, а то и запрягут в какую-то бессмысленную работу. Зато для его товарищей фиг что дадут.

Глава вторая

Губернатор города без стука ворвался в кабинет управляющего имперской безопасности и, на правах старого друга, запричитал прямо с порога: