Идеальный мир для Химеролога 11 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 5

Глава 2

Я заканчивал перебирать инструменты в автоклаве и раскладывать скальпели по ячейкам, когда в дверь постучали и на пороге появился Семён Петрович, заполнив собой весь дверной проём. За время работы на моих «витаминах» ветеран заметно раздался в плечах и обрёл былую стать. Его куртка теперь угрожающе трещала на швах.

— Командир, — Беркут протопал к стойке и опёрся ладонями о столешницу. — Осмотрели периметр. Камеры расставили, перекрыли пару слепых зон со стороны котельной. Что делаем дальше?

Захлопнув крышку стерилизатора, я нажал кнопку пуска. Развернулся к Беркуту.

— Слушай, Петрович. Собери всех наших и рассредоточьте парней по периметру вокруг клиники. На глаза не попадайтесь, изображайте кусты, пьяных дворников или случайных прохожих. Территорию держать под контролем на случай резких движений. У нас тут намечается конфликт с одним местным аристократишкой.

Беркут даже бровью не повёл.

— Ну, война так война, — буднично пробасил ветеран. За его плечами хватало реальных мясорубок, в том числе недавних в Диких Землях. Паниковать из-за столичных разборок он точно не собирался. — Сильный хоть этот ваш аристократ? А то мои парни только рады будут бицепсами померяться.

Я стянул со стола полотенце и вытер руки.

— Да мелочь пузатая. Обычный транспортник с королевскими амбициями. Герцог Любомиров.

Рука Беркута остановилась на полпути к карману с пачкой сигарет. Он поднял на меня потяжелевший взгляд, а зрачки сузились.

— Погоди-ка… Тот самый Любомиров? В смысле монополист транспортной сетки? Хочешь сказать, мы воюем с владельцем флотилий и бронепоездов?

— Знаешь в городе других людей с этой фамилией и такими запросами? — я бросил полотенце в корзину, после чего шагнул к шкафчику с препаратами. — Он самый. Сильно расстроился вчера из-за испорченного костюма и уязвлённого самолюбия.

Семён Петрович машинально вытащил сигарету и покрутил её в пальцах. Прикуривать он не стал. Вспомнил про правила клиники.

— Мы люди старые, пожили своё, — наконец произнёс он. Взгляд старика сфокусировался на мне. — Нам терять нечего, работу свою знаем. Но ты бы, Виктор, поберёгся. Такие фигуры на улице не валяются. У него денег больше, чем у дурака фантиков. Задушит наёмниками.

— Справимся. Расставляй людей.

Ветерана буквально сдуло в коридор. Мне же пришлось вернуться к рутинным обязанностям. Когда закончил вышел в приёмную и увидел, что у регистратуры переминался с ноги на ногу очередной посетитель. Я позвал его в операционную.

Мужичок оказался щуплым и невероятно нервным. Он судорожно прижимал к груди птичью клетку. Внутри сидела здоровая, но прилично ожиревшая от обильного питания канарейка. Птица пялилась на прутья и изредка недовольно попискивала.

— Доктор, у неё одышка! — запричитал клиент. Он водрузил клетку на смотровой стол невероятно бережно. Словно внутри тикала бомба. — Утром она не доела зерно! Наверняка инфекция. Спасайте девочку, она же член семьи!

Я со вздохом открыл дверцу. Птица моментально вцепилась когтями в мой палец и попыталась клюнуть кутикулу. Обыкновенная зажравшаяся истеричка. Её перекормили просом, полностью лишив пространства для полётов. Машинально пустив микроимпульс энергии по пернатому тельцу, я прочистил забитый зоб и разогнал пищеварение.

Плинтус у дальней стены слабо скрипнул.

Мой взгляд скользнул по линолеуму. Чёрный мохнатый комочек вылетел из-под батареи и пулей промчался вдоль кабеля от кардиомонитора. Грызун моментально спрятался за ножку стола. Затем похожий комочек с белой полоской на загривке метнулся в обратном направлении и быстро исчез в щели под медицинским шкафом.

«Восточный угол чист. Смена караула завершена», — пронеслось по ментальному каналу связи.

Я продолжал прощупывать брюшко вырывающейся канарейки. Её хозяин тем временем нервно заламывал себе пальцы и наблюдал, как по плинтусам шла бесперебойная работа. Пушистые оперативники меняли посты и проводили ротацию. Локальная агентурная сеть функционировала без единого сбоя. Хомяки-диверсанты превратили здание клиники вместе с прилегающим участком в надёжную крепость.

— Инфекции здесь нет, — я сунул ошарашенную канарейку обратно и задвинул защёлку. — Уберите из рациона медовые палочки. Хлеб тоже запрещён. Она банально задыхается из-за ожирения внутренних органов. Приходите через месяц на контрольный осмотр. Чистку зоба оплатите на кассе.

Клиент подхватил клетку и торопливо забормотал слова благодарности. Долго задерживаться он не стал, поспешив к выходу.

Я же сел на стул и снова подумал о безопасности. Попугай Кеша остался на контроле воздушного пространства, где трудился без перерывов на обед. Его информационная паутина накрыла все наши объекты. Мне даже пришлось поручить Валерии выделить крупный бюджет чисто на птичий провиант. Расценки пернатой мафии сильно кусались. Запросы некоторых крылатых информаторов откровенно веселили.

Утром Кеша пожаловался на стычку с уличным воробьём. Наглый самец наотрез отказывался мониторить южную крышу складских помещений без жирного аванса в виде шоколадных гаек и болтов. Каким образом в крошечном мозгу сформировалась концепция сладких крепёжных изделий, наука умалчивала. Вымогатель упёрся намертво и всё тут. Ну, после долгих торгов сошлись на горсти вяленой черешни в густом сиропе. Взамен я получил гарантию, что шпионы Любомирова не подберутся к нашим зданиям незамеченными. Любое передвижение фиксировали тысячи птиц. Защита территорий работала безупречно.

Вечером поток пациентов иссяк. Я уложил на сиденье джипа портфель и велел остающимся дежурным держать клинику на замке. Завёл двигатель и поехал в сторону поместья Новиковых.

Было очевидно, что вчерашние откровения разрушили чувство защищённости Агнессы. Оценить реальный масштаб её паранойи я смог километра за три до усадьбы.

Дорогу намертво перегораживал блокпост. Всю ширину проезжей части перекрывали бетонные тетраподы, выставленные в шахматном порядке. В амбразурах огневых точек синеватым светом мерцали артефактные излучатели крупного калибра. Местные гвардейцы носили тяжёлую штурмовую броню. Машину сначала проверили досмотровыми зеркалами, затем прошлись щупами эфирных сканеров вдоль кузова. Финальным этапом стала сверка моей биометрии сразу по трём базам данных. И это был лишь начальный рубеж.

Поездка по аллее напоминала армейскую полосу препятствий. По пути встретились четыре бронированных заслона и пара зенитных расчётов под камуфляжной сеткой прямо на газонах. Территорию прочёсывали патрульные с клыкастыми химерами на цепях. На крыше главного здания крутились радары противовоздушной обороны. Графиня основательно окопалась. Из богатого родового гнезда поместье превратилось в автономную базу под длительную осаду.

Я вошёл в рабочий кабинет хозяйки и плотно притворил дверь. Звуки раций охранников остались в коридоре. Агнесса застыла у окна с телефоном в руке. Бессонная ночь оставила ей тёмные круги под глазами. Плечи графини были болезненно напряжены.

— Впечатляющие меры, — я приблизился к столу и пододвинул удобное руководительское кресло. — Готовишься отбивать прямой штурм бронепоездов Любомирова?

Девушка развернулась. Мобильник со стуком полетел на полированную столешницу.

— Я действовала на нервах, — её голос сорвался почти на крик. — Половину ночи прокручивала в голове ту сцену. Ты вбросил мне этот факт на ходу. Как ты вообще узнал о причастности Любомирова к смерти моих родителей? Мне нужны логичные объяснения, Виктор.

Я откинулся на спинку сиденья. Руки скрестил на груди. Удобно.

— Присаживайся. Наматывание кругов по кабинету ситуацию не прояснят.

Агнесса одёрнула полы пиджака. Глубокий вдох немного успокоил её дыхание. Графиня опустилась в гостевое кресло и требовательно уставилась на меня.

— Я предупреждал, что работаю с энергополями, — спокойно произнёс я. — Ты помнишь зверюгу Любомирова? Якобы Легендарную Геру. Так вот, настоящая Гера наверняка дрыхнет в подземелье рядом с сейфами хозяина. На публику герцог вывел молодого клона. Тварь получилась агрессивной и нестабильной. Химерологи корпорации коряво перенесли в неё генетическую память оригинала.