Кодекс Магических Зверей X (СИ) - Сорокин Александр Сергеевич - Страница 29

— Ты как здесь оказался? — просипел я, косясь на ушастого перед носом. — Тут же опасно!

Подхватив зайцелопа, я пересадил его на матрас и быстро прощупал его бока под стёганкой — проверил, не досталось ли ушастому в пути. К счастью, обошлось без ран, разве что к гетрам прилипла дорожная грязь. Люмин вдруг моргнул и фыркнул, мол, зря паникуешь, броня надёжная, после чего вывернулся из-под ладони и потрусил в изножье постели.

Я потянулся за ним, чтобы вернуть на место, но резко замер. На краю матраса, упёршись локтями в колени и сцепив пальцы в замок, сидел Ларк, а рядом с ним на полу лежал мой ранец.

— Проснулся всё-таки, — тихо произнёс дядя. — Я уж думал, до вечера продрыхнешь, — он оглядел мою помятую физиономию и хмыкнул.

— Ты что тут делаешь? — спросил я, скрестив ноги.

— А ты думаешь, я стал бы сидеть сложа руки и ждать, пока тебя кто-нибудь когтем полоснёт? — Ларк выпрямился и, дёрнув плечом, уставился в окно. — Вот и потащился за тобой. Тем более Мальвина дошила одежку для здоровяка.

Я опёрся левой рукой о матрас и, наклонившись в сторону, опустил взгляд. За ранцем, вытянув передние лапы, лежал Брумиш. Пластины бронебруса скрывала попона из мешковины, перехваченная старой упряжью. На ткани, сбоку, красовался вышитый… цветочек с большой жёлтой сердцевиной и пятью аккуратными красными лепестками.

Скосив на меня взгляд, здоровяк будто понял, куда я смотрел, и протяжно вздохнул.

— Скажешь хоть слово — треснy, — предупредил Ларк.

— Я молчу.

— Девчонка полночи над ней просидела, все пальцы исколола, — дядя покосился на питомца и добавил тише: — А ведь красиво вышло.

Прикусив щёки изнутри, чтобы не рассмеяться, я пододвинулся к краю матраса и спустил ноги на доски пола. Зайцелоп тут же перекочевал на мои бёдра и подставил ушастую макушку под ладонь. Потрепав его по голове, я спросил:

— А его-то зачем взял?

— Мелкий как смекнул, куда я намылился, так и ходил за мной хвостом, — Ларк развёл руками. — Хольц его так и сяк в сторону оттаскивал, а он всё равно возвращался. Пришлось напялить на него всё это добро и взять с собой, иначе бы мы до сих пор в лавке возились.

Я покачал головой и перевёл взгляд на Кроха, растянувшегося у стены под окном. Двухвостый, растопырив пальцы, старательно обкусывал когти, а восседающая на его макушке Адрия покачивалась в такт его движениям, не сводя с нас глаз.

— Кстати, — Ларк сунул руку за пазуху и вытащил две тряпицы. — Я в лавке мясо для птахи прихватил и шарик для двухвостого. Они только-только умяли.

— Спасибо, — искренне произнёс я, и в этот момент у меня заурчало в животе.

Дядя хмыкнул и указал подбородком в сторону двери:

— Иди уже, на кухне жратву выдают. А я тут посижу, барахло твоё покараулю.

Пересадив Люмина на одеяло, я поднялся и, приглаживая на ходу волосы, вышел в коридор. Аппетитный запах вскоре привёл меня в просторную комнату с двумя длинными столами. У стены полыхал очаг, над которым висел закопчённый котёл, а рядом коренастый мужчина с обмотанным до локтя правым предплечьем орудовал половником, раздавая еду выстроившейся очереди стражников.

— Свенн, налей погуще, — попросил мужчина, протягивая миску.

— Бери, что дают, — отрезал повар и плеснул еду.

Тот хотел возразить, но, поймав хмурый взгляд из-под кустистых бровей, молча направился к столу. Я пристроился в хвост быстро двигающейся очереди. Когда настал мой черёд, взял миску со стопки на приступке очага, прихватил ложку и подставил посудину под половник.

Свенн уже занёс руку над котлом, но, скользнув взглядом по моему лицу, вдруг замер и медленно выпрямился.

— Добрый день, целитель! — произнёс он заметно потеплевшим голосом. — Вам мяса побольше положу.

— Не стоит, кладите как всем, — попытался отказаться я, но повар уже зачерпнул еду половником.

— «Как всем» он хочет, — добродушно проворчал Свенн. — Утром два хозяина спасённых вами зверей завтракали и только и делали, что нахваливали вас, так что не спорьте.

Он плеснул в миску густого наваристого супа, пристроил сверху ломоть хлеба и, покосившись на замершую очередь, тихо произнёс:

— Вы уж не серчайте, но с вашей пичугой я оплошал. Когда разносил завтрак для зверей, углядел ваших питомцев. Мохнатому мяса нарубил — тот умял, да ещё и добавки попросил. А эта… — повар покачал головой. — Я сперва нарезал ей мелкими кусочками, так она понюхала и отвернулась. Подумал, может, не проглотит? Растёр почти в кашицу, но она всё равно нос воротила.

— Не переживайте, её уже покормили, — я невольно улыбнулся.

— Ну, хоть одна забота с плеч, — Свенн облегчённо выдохнул и глянул на заждавшихся стражников. — Идите ешьте, пока не остыло. Только посуду на столе не оставляйте, обратно отнесите.

— Хорошо, — отозвался я.

Подойдя к столу, я присел и принялся за похлёбку, чувствуя лишь, как она обжигала язык.

Неподалёку трое стражников вполголоса обсуждали новости.

— И что теперь делать? — мужчина с изувеченной кистью отломил кусок хлеба и принялся перекатывать его пальцами. — Первую линию прорвали, твари уже вовсю атакуют вторую. Если и её сомнут — третья точно не выдержит, там же одни бочки да разобранные заборы навалены.

— Так её сейчас как раз укрепляют, — отозвался широкоплечий сосед. — Мой десяток туда и перебрасывают, я потому и ем наспех.

— Давно надо было это сделать, — буркнул самый молодой.

— Лишь бы успели, — вздохнул стражник с покалеченной рукой и наконец откусил корку.

Я машинально зачерпнул ещё немного похлёбки и уставился в миску. Значит, сильнейших зверей столицы так и не выпустили на поле боя… Чем они вообще думают⁈

— Добрый день, Эйден. Здесь свободно?

Подняв голову, я увидел стоявшего Зикариуса с дымящейся миской в руках и кивнул:

— Конечно, присаживайтесь.

Кринст опустился на скамью напротив и, поставив перед собой еду, упёрся локтями в доски стола. Выглядел он скверно: под глазами проступали тени, тёмные волосы торчали во все стороны, а на рукаве выделялось засохшее бурое пятно.

— Рад, что с вами всё в порядке, — произнёс он, потерев переносицу.

— Взаимно, — отозвался я. — Вы вообще спали?

— Часа три, — Кринст слабо усмехнулся и взялся за ложку. — Эйден, до меня дошёл слух, будто Велгар… выздоровел. Вы ничего об этом не слышали?

Я невольно выпрямился и слегка нахмурился. Откуда взялись эти слухи? С того дня, как разоритель оказался в моём загоне, Хольц выбирался в город всего один раз, и то за мясом.

— Слышал, — ответил я. — Это правда. Велгара вылечил я.

Кринст на мгновение застыл, а затем медленно опустил ложку и пристально посмотрел на меня.

— Знаете, а я ведь до последнего думал, что это чья-то байка, — произнёс он наконец.

Целитель отвел взгляд, побарабанил пальцами по столешнице и вновь посмотрел на меня, но уже слегка поблёскивающими глазами.

— Тогда получается… Тварей прорыва тоже можно вылечить?

— Да, — ответил я и вздохнул. — Но это долгий процесс.

Кринст опустил плечи и потёр глаза ладонью — его внезапная оживлённость мигом пропала.

— Жаль, — тихо сказал он.

Несколько секунд мужчина молча смотрел в свою миску, а затем произнёс:

— Ладно, не будем об этом. Те пятьсот порций, что Ассоциация у вас выкупила, раздают пострадавшим зверям в тылу. Однако запасы уже на исходе, а раненых с каждым часом всё больше. Скажите, вы сможете приготовить ещё?

— Да, этим как раз сейчас занимается мой помощник, — я кивнул. — Только у него скоро закончатся ингредиенты, а достать их во время прорыва он вряд ли сумеет.

— Это решаемо, — вытащив из-за пазухи сложенный лист пергамента и сняв с пояса дорожную чернильницу с пером, Крист разместил всё на столе и, пододвинув ко мне, добавил: — Напишите, что и в каких количествах необходимо, я организую доставку в вашу лавку.

Развернув лист и придавив его локтем, я обмакнул перо и принялся быстро составлять список. Написав последнюю строку, осторожно подул на чернила и пододвинул пергамент вместе с письменным набором обратно. Кринст сложил лист вчетверо, спрятал его во внутренний карман, закрепил чернильницу на поясе и, взяв ложку, занес её над похлебкой.