Архитектор магических форм. Том 1 (СИ) - Громм Гриша - Страница 7

— Рад принести пользу науке.

— Если генетика подтвердит, что вы действительно Соколов, станете ещё полезнее.

— Спасибо.

— Это не комплимент.

— Я понял.

Когда последний датчик оказывается на столе, надеваю футболку. Специалист ещё что-то заполняет, потом открывает ящик и достаёт тонкую брошюру.

На обложке человек сидит в позе лотоса.

— Вы серьёзно? — усмехаюсь я.

— Абсолютно.

— Зачем мне это?

— Рекомендации при перегрузке или травме магических каналов, — мужчина настойчиво протягивает брошюру.

— Я вижу.

— Тогда почему спрашиваете, зачем вам это?

Беру брошюру. Листаю.

«Сядьте удобно. Расслабьте мышцы. Выровняйте дыхание…»

«Не пытайтесь направлять ману усилием воли, пока естественная циркуляция не восстановится».

Лет в семнадцать я, наверное, тоже такое читал. Потом появились нормальная практика, арена, Формы, мастерская и привычка разбирать всё самому.

— М-да… Спасибо. Воспользуюсь.

— Интересно, каким образом? — щурится специалист.

— Самым подходящим, — отвечаю я и перевожу тему. — Какие-то результаты уже можете озвучить?

Мужчина возвращается к экрану.

— Отпечатки совпали. Радужка тоже. Сравнение лица вопросов не вызывает.

— То есть пока что я — это я.

— По этим данным — да.

— Просто праздник какой-то, — смеюсь я.

— Полный профиль будет готов позже. И сразу предупрежу: магобиологические изменения обязательно попадут в заключение.

— Справедливо, — киваю я, хотя мне это и не нравится.

— Завтра вам позвонят.

Выхожу на улицу.

Погода хорошая, люди куда-то спешат, а я стою на крыльце с брошюрой для начинающих магов во внутреннем кармане и официальным подтверждением, что хотя бы пальцы и глаза у меня пока свои.

Считаю, что это отличные новости.

Кабинет «300» в Меркурий Тауэр

Она снова открывает папку.

Страница та же.

Смерть зарегистрирована. Кремирование проведено.

А вчера он вышел из пепла перед камерами.

— Да какого…

Она перелистывает назад, будто там внезапно появится нормальное объяснение.

Дверь открывается без предупреждения.

— Привет, красотка.

— Я занята.

Мужчина всё равно входит.

— И тебе доброе утро. Я вообще-то с хорошими новостями.

— Выкладывай, только быстро, — она закрывает папку и поднимает глаза.

— Мы заключили новый контракт с «Регион-Сталь». Если хорошо попросишь, могу сделать так, чтобы его отдали тебе.

Она поднимает на него глаза.

— Если я захочу этот контракт, то заберу его и без тебя.

— Я просто хотел помочь.

— Тогда сделай одолжение, закрой дверь с той стороны. А свои влажные фантазии засунь куда-нибудь поглубже и подальше от меня.

— Какая ты неприступная. Мне это нравится, — он наклоняется, но поймав её холодный взгляд отстраняется.

— Выйди. Я работаю.

Он подмигивает напоследок и уходит.

Она ждёт, пока дверь закроется, потом открывает нижний ящик стола и бросает папку с данными о Соколове поверх теста на беременность.

Прикладывает палец к биомагическому замку.

Щелчок.

Домой возвращаюсь ближе к обеду.

Сначала ем. Жрать охота просто невероятно. Организм решил, что воскрешение даёт ему право требовать корм каждые два часа. Магазинные пельмени с мазиком его вполне устраивают.

Потом достаю документы.

До результата экспертизы в суд всё равно подать не получится, но остальные бумаги можно хотя бы собрать в одну кучу.

Убираю документы и достаю артефакт. Элемент внешнего контура, который вернула Ди. Пора с ним разобраться.

Снимаю накладку, нахожу в хозяйственном ящике старую отвёртку и аккуратно отворачиваю крепление. Внутри больше пыли, чем хотелось бы, пара контактов потемнела, но ничего критичного на первый взгляд нет.

С нормальным инструментом разобрал бы за вечер.

Нормального инструмента нет.

В мастерскую попасть пока тоже не могу.

Выкладываю на кухонный стол отвёртку, нож и рулон изоленты, который неизвестно откуда вообще взялся.

Мощно, ничего не скажешь.

Пытаюсь подлезть к одному из креплений, понимаю, что ещё немного — и сорву шлиц.

Хватит.

Разломать то единственное, что Ди не смогла продать, будет особенно красиво.

Откладываю отвёртку и вытаскиваю из тайника чертежи.

Детали моего эксперимента, благодаря которому я и помер.

Раскладываю несколько листов.

Я эту схему делал совсем для другого. Тогда задача была проще: заставить существующую систему работать быстрее и точнее. Сейчас существующей системы по сути нет.

Но пока я проводил опыт, понял кое-что очень важное — законы физики и биомагии явно шире, чем нас учили. К сожалению, проверить сейчас свою теорию не выйдет. У меня остались лишь каналы и мана. Потыкать отвёрткой в собственной душе не выйдет, нужна связка.

Вот почему мне необходим второй артефакт, который в руках Макса. А это бесит. И не из-за самого Тарана, хотя кого я обманываю? Он меня раздражает.

Просто с этим усилителем связи с Аспектом Огня я смогу собрать нормальную тестовую систему без своей мастерской. Эти артефакты из одного набора и рассчитаны на совместную работу.

Но думаю, вернуть артефакт будет не так-то просто. Максим Ратников по прозвищу Таран… Он всегда считал меня своим злейшим врагом. Хотя мне на него было плевать.

Первый наш бой Макс до сих пор пересказывает по-своему.

У него тогда была любимая связка: разгон, рывок, удар. Форма выглядела красиво, а исполнение на арене ещё красивее. Если он нормально набирал импульс, встречать его магию в лоб было очень плохой идеей.

Большинство же так и делало — либо ставило защиту, либо пыталось уйти.

Я перед боем посмотрел несколько записей и заметил момент между сбросом старого импульса и следующим набором.

Очень короткий. Но мне хватило.

В нужный момент Макс остался без привычного преимущества и получил.

После боя он долго объяснял журналистам, что я его «подловил».

Ну да. Именно это я и сделал.

Для второго боя он изменил тактику.

Закрыл старую брешь, поменял последовательность Форм и вышел на арену с таким довольным лицом, будто уже выиграл.

Я позволил ему работать первым номером и ушёл в оборону.

Макс решил, что наконец-то гоняет меня по арене, публика ревела, комментаторы наверняка уже готовили речь о великом реванше.

А он просто сжигал ману быстрее, чем нужно. Когда понял мой замысел, было поздно. Я одной атакой отправил его в нокаут.

После второго поражения версия немного изменилась. Теперь я не «подловил», а «не дал честно побороться».

Смешной человек.

Если я знаю, где ты будешь через секунду, а ты не знаешь, где буду я, это тоже сила.

После этого мы какое-то время не пересекались.

А потом Макс однажды поймал меня возле арены после одного мероприятия.

Камер вокруг было полно. Наверное, поэтому он и решил, что момент удачный.

Сначала рассказывал что-то про реванш. Потом про то, что на арене мне помогают условия. Изо всех сил провоцировал и даже предложил показать, что я могу без подготовленных Форм.

Ну, я и показал. Дал короткую Форму огня. Совсем маленькую.

Брови Тарана вспыхнули и исчезли с его лица. Сам он даже не пострадал.

Если не считать гордости и обеих бровей.

Вот с тех пор общение как-то не сложилось.

Смотрю на телефон. Личного номера Макса у меня нет. Через соцсети связываться долго. Да и аккаунты мне ещё нужно восстановить.

Но наверху аренного мира людей не так много.

Нахожу контакт одного из организаторов арены и звоню.

Отвечают только после нескольких гудков.

— Да?

— Мне нужен менеджер Ратникова.

— Кто это?

— Соколов.

— Какой Соколов?

— Гордей.

Тишина.

— Пекло?..

— Да-да, он самый. Контакт есть?