Архитектор магических форм. Том 1 (СИ) - Громм Гриша - Страница 5

— Понравилось? Ладно, неважно. Значит, вопрос решён?

— Нет.

— Почему? — искренне удивляюсь я.

— Потому что этот ролик не устанавливает вашу личность. Может, вы просто очень похожи, или сделали пластическую операцию, или магически изменили внешность.

— Допустим. Но есть же магическая подпись. Её не так просто подделать.

— Не так просто не значит невозможно. Именно поэтому существует процедура подтверждения личности.

— И что мне делать?

Она объясняет.

Сначала надо собрать документы, которыми можно подтвердить, кем я был до смерти и что вообще произошло после неё. Потом пройти идентификационную экспертизу и обратиться в суд. Пока суд официально не отменит запись о смерти, новый паспорт мне никто не выдаст.

— То есть я должен доказать государству, что я жив?

— Вы должны доказать, что именно вы Гордей Романович Соколов.

— Это даже обиднее.

Она не реагирует на реплику и снова что-то проверяет в компьютере.

— Наследственное дело уже открыто.

Вот теперь мне становится не до шуток.

— Кем открыто?

Женщина записывает адрес и фамилию нотариуса. Забираю бумагу.

— Если я сейчас приду и скажу: «Здравствуйте, это моё имущество, не трогайте», он остановит дело?

— Нет. Пока вы официально считаетесь мёртвым, ваши слова ни на что не влияют. Но вы можете узнать, что происходит по делу, получить необходимые документы и потом использовать их в суде.

— А экспертиза?

— Направление я вам сейчас оформлю. Пройти сможете завтра. После экспертизы подадите заявление в суд. Когда его примут, получите документы по делу и сможете уже официально добиваться приостановки дальнейших действий по наследству, — говорит она, пока принтер выплёвывает несколько бумажек.

Ставит печать и протягивает документы.

— Следующий!

— И вам хорошего дня.

Нотариальная контора находится недалеко. Проезжаю ещё несколько остановок и захожу внутрь.

Здесь всё совсем другое: тишина, мягкие кресла, ресепшен, люди говорят вполголоса.

Подхожу к девушке за стойкой, показываю бумаги из Центра.

Она сначала читает фамилию, потом большими глазами смотрит на меня.

— Одну минуту.

Кому-то звонит и предлагает мне подождать.

Сажусь. От нечего делать пялюсь по сторонам и замечаю девушку у окна.

Молодая, примерно моего возраста. Тёмные волосы падают на плечи. Мой взгляд скользит по её тонкой талии, идеальным ножкам. Хороша, даже слишком, чтобы я её не заметил.

А на мордашку вообще красотка.

Ну хоть что-то хорошее за сегодня.

Встаю.

Подхожу.

— Привет, красотка. Познакомимся?

Она поднимает глаза.

— Нет.

— Я же ещё не представился.

— Вчера вас показывали все каналы. Сэкономили вам время, — говорит она и снова опускает взгляд в телефон.

Замечаю, что она не листает ленту и не смотрит рилсы, а что-то вдумчиво читает. Умничка какая.

— Значит, вы меня уже знаете? Прекрасно. А вот я вас нет. Это как-то нечестно.

Она смотрит на меня ещё раз, но никак не реагирует на мою улыбку.

— Я не знакомлюсь.

Открываю рот, но к нам подходит девушка с ресепшена.

— Елизавета Викторовна, вас готовы принять.

— Наконец-то, — она переводит взгляд на меня. — Простите, мне правда некогда.

— Зато я всё-таки узнал ваше имя. Ещё увидимся, Елизавета, — подмигиваю я.

— Надеюсь, нет.

— Время покажет.

Она уходит, цокая каблуками. Провожаю красавицу взглядом.

Какая строптивая, мне нравится. Мы с тобой ещё однозначно пересечёмся.

Пока они идут по коридору, секретарша щебечет:

— Начальник лично вас примет! Ваш вопрос для нас очень важен, мы постараемся решить его как можно скорее.

М-м, так Елизавета Викторовна — какая-то важная птица, надо же. Или просто чья-то доченька? Или чья-то содержанка?

Даже интересно выяснить.

Но пока что сажусь обратно на стул и убиваю время, пытаясь найти, не выставил ли кто на продажу моё барахло в интернете.

Через некоторое время вызывают и меня.

Нотариус оказывается мужчиной немолодым и очень спокойным.

— Гордей Романович, добро пожаловать. Чем могу помочь?

— Думаю, вы и так прекрасно знаете.

— Что ж… Тогда сразу к делу. Наследственное производство по вам действительно начато. Но пока ничего необратимого не произошло.

— Уже неплохо.

— Но необходимые процедуры запущены. Все, кто может претендовать на ваше наследство, получили уведомление. Я обязан действовать на основании существующей записи о смерти.

— Даже если покойник сидит напротив вас?

— Даже если так. Для меня документы важнее людей, — отвечает он, сцепляя пальцы в замок.

Надо же, как честно. Даже уважение просыпается, пополам с негодованием.

— Что вам нужно, чтобы остановить дело?

— Подтверждение, что вы живы. После этого появится основание приостановить дальнейшие наследственные действия до решения вопроса.

— То есть сначала экспертиза, потом суд, потом обратно к вам.

— Именно так. И советую поторопиться. Чем позже вы принесёте документ из суда, тем больше действий может быть совершено по вашему делу. И не всё можно будет просто отменить.

Вот тебе и новая задача.

Вчера я собирался сначала отоспаться, потом разобраться с деньгами и спокойно подумать над Огнём. Теперь спокойствие отменяется.

У меня есть справочка из Центра, и этого хватает, чтобы нотариус велел помощнику сделать для меня копии документов дела.

Завещание тоже здесь. Я его когда-то оформлял, но сейчас разбирать собственную последнюю волю нет никакого желания.

— Спасибо, — говорю я, забирая копии.

— Не за что.

Выхожу.

Елизавета снова в фойе. Стоит возле стойки, убирает документы в сумочку. Медленно провожу взглядом по её фигуре.

Она поворачивается ко мне.

— Как насчёт кофе? — улыбаюсь я.

— Я тороплюсь.

— Жаль. Значит, в другой раз. До встречи, Елизавета Викторовна, — улыбаюсь и выхожу на улицу.

Ну что ж, вот и план действий наметился. Завтра экспертиза. После неё — суд. Потом снова сюда.

И чем быстрее я всё это проверну, тем проще будет вытаскивать своё имущество из чужих лап.

Похоже, ближайшие дни будут очень весёлые…

До дома снова еду на электробусе.

Едва успеваю заточить остатки сосисок, как в замке гремит ключ. О, неужели Диана явилась?

Так и есть. Выглядит она, надо признать, обалденно. Платье не сказать чтобы откровенное, но очень соблазнительно облегает её фигуру.

При виде меня Ди застывает и смущённо улыбается.

— Привет.

— Привет. Заходи. Сосиски будешь?

— Фу, нет.

— Я знал, что не будешь. Телефон принесла?

Диана вздыхает и достаёт его из сумки. Наконец-то.

— Артефакт.

На столе появляется свёрток. Разворачиваю.

Один из старых винтажных артефактов со стойки. Тяжёлый, потёртый, крепление с одной стороны разболталось. Я его ни разу не использовал, покупал больше ради коллекции.

— Его никто не взял, — говорит Диана.

— Почему? — удивляюсь я, вещь-то добротная.

— Сказали, не работает.

— Работает. Просто чинить надо. Теперь список.

Ди нехотя достаёт вырванный из блокнота листик.

— Тут все телефоны и имена… Пару вещей я продала через посредника, его записала тоже.

— Вот и правильно.

На этом её задача закончена, но уходить она явно не собирается. Садится за стол:

— Гордей…

— Даже не начинай.

— Слушай, не злись! Я испугалась! Ты умер. Всё вокруг начало рушиться. Я вообще не понимала, что теперь делать.

— Поэтому решила начать с кражи моих артефактов.

— Ну котик… — она встаёт и подходит ко мне вплотную.

Знакомый запах. Это платье. И такая знакомая Ди, которая прекрасно понимает, как на меня действовать.

Раньше бы сработало. Сейчас смотрю на неё и даже не ёкает.

Интересно.

Нет, мой организм работает как надо. С утра дрова можно было колоть. Но дело не в этом, просто я понял кое-что важное.