Рунный маг империи. Том 3 (СИ) - Сомхиев Георгий - Страница 15

— Ты, грязное отребье… — начал он, но я даже не стал слушать эту словесную брань.

— Достаточно. Вы уже проиграли, но, похоже, сами этого не понимаете. Раз секунданты не объявляют поражение, я вам немного помогу.

Я спрятал меч в ножны, после чего подошёл к нему и вырубил одним ударом по шее. Голова Леонарда дёрнулась, веки закрылись, а тело обмякло внутри ледяной корки.

Я перестал подпитывать корку маной, после чего лёд покрылся трещинами и осыпался на песок мелкими кусками, позволив противнику завалиться набок.

Несколько секунд над ареной стояла почти полная тишина. Затем голос Кирта, усиленный магией, прокатился над трибунами:

— Леонард Вельгард потерял способность продолжать поединок. Победителем дуэли объявляется Энкрид Эйзенхорн!

После победы мне не дали даже толком насладиться реакцией трибун. Стоило Кирту объявить результат, как на арену выбежали целители в белых мантиях. Двое сразу направились к Леонарду, а ещё один подошёл ко мне и, не слушая возражений, заставил опуститься на песок и не шевелиться.

Пока над трибунами гремели крики, мужчина быстро осмотрел порез на боку, провёл ладонью над запястьем и недовольно нахмурился, заметив кровь на штанине. Несколько простых плетений остановили кровотечение и немного приглушили боль, но этим дело не ограничилось.

Меня подняли под руки и практически силой повели к выходу с арены, приговаривая, что ткань одежды могла попасть в рану и вызвать инфекцию.

По дороге я ещё успел заметить Винсента, который пробирался вдоль первого ряда, размахивая руками и что-то выкрикивая в мою сторону. Типичный Винсент… Ох, чувствую, Алиса ему потом вставит по самое не балуйся, чтобы дурью не страдал. И аргументирует она свои действия тем, что это лучше, чем если его исключат из Академии за неподобающее поведение.

Нет, чтобы тебя исключили из Академии за поведение, нужно очень постараться, но, зная моего друга… дай ему волю, он справится за день. Или за несколько часов, организовав массовую драку… впрочем, не хочу об этом даже думать. Ещё вдруг накаркаю…

В лазарете меня уложили на кровать, сняли пропитанную кровью форму и заново обработали все раны. Самой неприятной оказалась длинная полоса на левом боку. Лезвие не задело внутренние органы, но рассекло кожу и часть мышц, из-за чего любое резкое движение отзывалось тянущей болью. В остальном, если не брать усталость, всё сплошные пустяки.

В итоге в лазарете меня продержали целые сутки. В первый день посетителей не пускали, несмотря на то, что Винсент, по словам дежурной целительницы, очень сильно старался попасть внутрь, причём по самым надуманным поводам. То у него, видите ли, живот болел, то голова раскалывалась, то в жар бросало…

М-да уж. И какая пчела его ужалила? Обычно он вёл себя более сдержанно. Хотя, думаю, он просто очень сильно обрадовался моей победе, вот и всё.

На следующий день дверь палаты открылась сразу после того, как целительница разрешила принимать гостей.

Первым внутрь ожидаемо ворвался Винсент. Он едва не задел плечом дверной косяк, остановился возле кровати и несколько секунд молча смотрел на меня, будто проверяя, действительно ли я цел. Затем широко ухмыльнулся и с размаху хлопнул ладонью по спинке стоявшего рядом стула. Хорошо хоть не по плечу, иначе я бы в этом лазарете задержался ещё на денёк-другой…

— Вот это был бой! — выпалил он, усаживаясь так резко, что ножки жалобно скрипнули по полу, угрожая проломиться под его весом. — Ты бы видел лица тех, кто ещё вчера называл тебя Нулёвкой. Особенно, когда появилась вода, а за ней — ледяные стрелы. А потом ты ещё вышел с мечом и начал теснить Вельгарда! Красота! Я чуть голос не сорвал, пока пытался перекричать всю трибуну.

— Мы заметили, — сухо произнесла Алиса, входя следом. Она закрыла за собой дверь и посмотрела на Винсента, который уже успел положить локти на край моей кровати. — Тебя слышали даже на противоположной стороне арены. Думаю, ещё немного, и целителям пришлось бы лечить не Энкрида, а твоё горло.

— Зато поддержка была от чистого сердца, — без тени смущения ответил Винсент и снова повернулся ко мне. — Серьёзно, Энкрид, это было великолепно. Никто даже не понял, что ты собираешься сделать со сферой. Вельгард рассёк её и уже наверняка решил, что победил, а потом примёрз к песку. Вот это поединок! Всем поединкам поединок!

— Рада видеть, что с тобой всё в порядке, — сказала вошедшая следом Виолетта, держа в руках целлофановый пакет с яблоками и апельсинами. — Надеюсь, это поможет тебе поскорее выздороветь.

Подойдя ближе, она положила подарок рядом с комодом.

Алиса тоже подошла ближе и, прежде чем что-либо сказать, внимательно осмотрела повязку на моём боку. Её пальцы на мгновение сжались на ремешке сумки, но затем она выдохнула и опустилась на соседний стул.

— Ты нас напугал, когда пропустил тот удар, — сказала она, нахмурив брови. — Но я до конца верила в твою победу. Уверена, теперь хотя бы никто не посмеет говорить, что твоё место в Академии — это какая-то ошибка.

— По крайней мере, не в лицо, — добавил я, удобнее устраиваясь на подушке. — И спасибо вам за беспокойство. Мне, правда, приятно ваше внимание.

— Ой, да будет тебе, — Винсент захотел хлопнуть меня по плечу, но взгляды девушек тут же его остановили.

Я с трудом сдержал смешок, подметив, что Виолетта научилась парочке приёмов у Алисы. Бедный Винсент, что с ним через пару месяцев будет. Видимо, придётся брать дело в свои руки, иначе моему другу придётся худо.

— Что ж, думаю, моё представление удалось, — сказал я, решив разрядить обстановку, а то уж как-то больно зло девушки смотрели на парня. Ох, чувствую, напортачил он знатно, пока я здесь лежал. — Только подозреваю, что дисциплинарный комитет от меня не отстанет. Да и директор тоже.

— Это да, — согласилась со мной Алиса. — Этот гад явно желал тебе смерти. Комитет до сих пор разбирается, так ли это и что на этого Вельгарда вообще нашло. Скорее всего, разбирательство будет долгим. Ещё эта твоя магия… знал бы ты, сколько в Академии о ней слухов ходит. Не похожа ведь твоя магия на ту, что используем мы. Ещё и это перо — такого магического концентратора еще никто не видел. Навёл ты шороху, Энкрид…

— Не переживай, всё со мной будет в порядке, — сказал я и подмигнул ей. — Тем более у меня много планов. Однако давайте всё-таки о хорошем.

— Дельная мысль! — сразу же поддержал меня Винсент. — Алиса, тебя послушать… хотя нет, забудь, потом ещё прибить меня захочешь. Мне такое счастье на фиг не сдалось.

— Должно быть, в аду сегодня снег пошёл, — усмехнулся я, вспомнив любимую фразу Люция. — Винсент учится на своих ошибках.

— Сама в шоке, — улыбнулась Алиса.

— Да бросьте… он довольно неглупый и тактичный человек, — неожиданно поддержала Виолетта моего друга.

— Ну хоть кто-то в нашей компании меня поддер… — он не успел договорить.

— Правда, он часто ведёт себя очень импульсивно, не подумав головой, — перебила она Винсента, заканчивая свою мысль.

— Как стеклом по сердцу провели, — наигранно произнёс Винсент, сложив ладони вместе и положив их себе на грудь.

— Не дуйся. Мы тебя любим таким, какой ты есть, — усмехнулся я и добавил: — Не переживай, когда выйду отсюда, пойдём в город, фастфуда поедим. Я тебе самый большой бургер закажу, со всеми добавками и восемью котлетами.

— Замётано! — как ни в чём не бывало согласился парень. — Смотри, ловлю на слове. Только чего так мало? Восемь котлет — это так, на один зуб. Там, где мы в последний раз были, они ведь совсем крохотные. На зубок.

— Я, видимо, не устану поражаться, как в Винсента помещается столько еды… — тихо сказала Виолетта, глядя на моего друга и гадая, шутит он сейчас или нет.

— Запомните: еда — это очень важная часть жизни! Вот в Подземельях, например…

— О нет… — сразу же протянула Алиса.

— Что такое? — недоумённо спросила Виолетта, параллельно стараясь слушать Винсента и его рассказ о том, почему консервированные продукты содержат недостаточное количество полезных для мага витаминов…