Рунный маг империи. Том 3 (СИ) - Сомхиев Георгий - Страница 12

— Участникам просьба выйти на арену! — услышав голос Кирта, я подошёл к дверям, открыл их и вышел на саму арену.

Глава 5

Выйдя на арену, я первым делом окинул взглядом место предстоящего боя. Ничего особенного здесь на самом деле не было: обычная широкая площадка, засыпанная ровным слоем песка, ограждавшая её каменная стена с барьером и поднимающиеся над ней трибуны с длинными скамьями.

Практически то же самое я уже видел во время поединка Винсента, разве что эта арена оказалась в несколько раз больше.

На трибунах без труда разместилась бы не одна сотня учеников, благо такого столпотворения не было. Между самими рядами оставались широкие проходы, по которым продолжали двигаться опоздавшие зрители. Их голоса сливались в единый гул, который на мгновение усилился, стоило мне показаться из комнаты ожидания.

Кто-то привстал со скамьи, кто-то ткнул соседа локтем, а несколько учеников возле ограждения вытянули шеи, пытаясь получше меня рассмотреть. Ничего, пусть смотрят. Чем больше народу, тем лучше.

Одно странно — среди собравшихся одного знакомого мне маркиза я не заметил. Алису, Винсента и Виолетту, поддерживающих меня с трибун — да, а вот его нет. До меня доходили слухи, что он на время покинул Академию по делам, но на бой, по идее, должен был прийти. Всё-таки он из тех людей, кто не упускает возможности потешить своё эго.

Впрочем, ладно.

Впереди, примерно в двух десятках метров от меня, стоял Леонард Вельгард. Его форма ничем не отличалась от обычной академической, если не считать закатанных до локтей рукавов. Странно. Я как раз ожидал, что он придёт в чём-то, в чём можно хранить скрытое оружие.

Думаю, он решил, что против Нулёвки будет достаточно одного изогнутого меча с узким лезвием. Неприятное оружие.

Достаточно одного точного движения, чтобы распороть кожу, перерезать мышцы или оставить глубокую рану, после которой продолжать бой будет весьма проблематично.

Похоже, Кирт, действительно, оказался прав. Раз уж Академия позволила Леонарду выйти на арену с таким оружием, дело приняло куда более серьёзный оборот, чем обычная ссора между учениками.

— Итак, позвольте напомнить правила дуэли, — услышал я голос Кирта, но не стал отводить взгляда от своего противника. — Она будет проходить по древним правилам…

Последней новости я не удивился. Об этой детали мне вчера сообщил Кирт, рассказав о формате боя, на котором настоял Вельгард. В целом, правил там было немного, все они были достаточно простыми и меня устраивали.

Ограничений по времени нет. Оппонентам дозволяется использовать холодное оружие, однако смертоубийства и намеренное лишение соперника конечности запрещены. Использование артефактов запрещено, однако допускается применение магических концентраторов. Сражение длится ровно до момента, пока один из противников не сдастся или не сможет дать отпор.

Тут ключевыми словами были «допускается применение магических концентраторов». Моё перо как раз им и являлось. Значит, никто не сможет уличить меня в том, что я принёс с собой артефакт. Очень удобно.

— Также один из секундантов может принудительно остановить дуэль, если посчитает её нечестной, но в случае отсутствия доказательств одному из участников будет засчитано техническое поражение, — как раз закончил Кирт свою речь. — Оба оппонента ознакомлены с правилами, и, поскольку конфликт не может быть решён мирным путём, участникам полагается начать дуэль по первому звуку гонга.

Я позволил уголкам губ приподняться и не отвёл взгляда, когда Леонард наконец посмотрел в мою сторону. Он сразу заметил ухмылку. Пальцы графа крепче сжали рукоять, а клинок описал короткий полукруг, вспоров воздух перед его ногами.

— Недолго вам осталось улыбаться, Ваше Сиятельство, — произнёс Вельгард, медленно проводя большим пальцем по гарде. — Ещё немного, и я смою эту ухмылку с вашего лица. Постарайтесь хотя бы не потерять сознание слишком быстро, иначе зрители останутся разочарованы.

Я ничего не ответил. Лишь чуть расслабил плечи и перенёс вес тела с одной ноги на другую, проверяя, не мешает ли академическая форма движениям. Не то чтобы я не знал ответа, просто делал это по привычке.

Наложенные заранее печати терпеливо ждали моего приказа. Технически правила дуэли я не нарушал, так что на этот счёт никак не переживал. Тем более, даже если кто-то заметит всплеск маны после наполнения их ею, определить его источник будет практически невозможно.

Стоя на высокой платформе, Кирт поднял руку. Гул на трибунах постепенно стих, хотя отдельные голоса всё ещё доносились с дальних рядов.

Через мгновение над ареной разнёсся тяжёлый удар гонга. Звук прокатился по каменным стенам и несколько раз вернулся глухим эхом.

Я ожидал, что Вельгард сразу рванёт вперёд, но тот не сделал ни единого шага в мою сторону. Вместо этого он начал медленно двигаться по кругу, сохраняя между нами прежнее расстояние. Изогнутый клинок вращался в его ладони так легко, словно весил не больше кухонного ножа. Свободной рукой граф дважды поманил меня пальцами, предлагая начать первым.

Я не шелохнулся и продолжил стоять на месте. Со стороны могло показаться, что я вообще не собираюсь сражаться.

Леонард, в свою очередь, продолжал ходить кругами, время от времени меняя направление и перекладывая меч из одной руки в другую. Песок тихо шуршал под его сапогами. По трибунам вновь поползли шепотки, а кто-то сверху громко потребовал начинать бой. Вельгард не обратил на это внимания и снова подозвал меня ладонью.

Так прошло около двадцати секунд. Я повернулся вслед за противником, чтобы не оставлять спину открытой, и наконец нарушил молчание:

— Если вы вызвали меня на дуэль ради показухи, то продолжайте в том же духе. Мне торопиться некуда, а иногда бывает приятно посмотреть на выступление акробатов. Можете ещё поклониться зрителям или подбросить клинок в воздух — уверен, публика оценит ваши таланты.

Я намеренно говорил достаточно громко, чтобы слова долетели до ближайших рядов. На трибунах раздались смешки, однако Леонард даже не ускорил шага. Его клинок вновь перекатился между пальцами и замер остриём вниз.

— Слабовато, Ваше Сиятельство, — произнёс он, слегка покачав головой. — Вам бы стоило попрактиковаться в остроумии. Сейчас ваши слова больше похожи на попытку скрыть дрожь в коленях, чем на настоящую насмешку.

Я хмыкнул и с трудом удержался от смеха. Вельгард слишком старательно изображал невозмутимость, хотя при упоминании столовой его левая щека едва заметно дёрнулась.

— Забавно слышать это от человека, который оказался настолько неуклюж, что сам грохнулся на пол вместе с подносом, лишь бы найти повод для вызова, — я развёл руками и посмотрел на расчерченный его шагами песок. — Можно подумать, других способов не нашлось. Могли хотя бы придумать что-нибудь менее унизительное для себя.

Леонард остановился всего на мгновение, после чего продолжил движение. На его губах появилась тонкая ухмылка, а клинок снова начал описывать короткие дуги.

— Не думаете же вы, что я возьму и признаюсь в том, что повод для дуэли был надуманным? На что только человек не пойдёт, лишь бы избежать дуэли, — он чуть наклонил голову и провёл остриём по песку, оставив неглубокую линию. — Такими речами вы могли бы спровоцировать дурачка Арона Торна или этого бестолкового Осмунда Лайспира. Что первый, что второй умом не блистали, за что в итоге и покинули Академию.

— И зачем мне эта информация? — я приподнял бровь и сцепил руки за спиной, продолжая следить за его ногами. — Решили перед боем провести короткую лекцию о неудачниках? Боюсь, для полноценного занятия вам придётся начать с собственного имени.

На этот раз по трибунам прокатился более громкий смех. Вельгард медленно провёл языком по внутренней стороне щеки, но голос его остался ровным.

— Чтобы перед тем, как упасть на песок, вы хотя бы немного понимали, какая опасность вам угрожает, — он поднял клинок на уровень плеча и посмотрел на меня поверх лезвия. — Люблю, знаете ли, когда мои враги чувствуют страх. Тогда они начинают ошибаться ещё до первого удара.